"Фантастика 2023-203", Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Он распахнул дверцу и обнаружил едва заметный в клубах густого пара смуглый силуэт. Люпита! Но как она здесь оказалась в такое время? Обычно они встречались через час после ужина, когда солнце опускалось за горизонт, когда спадала жара.
– Ты как здесь? – спросил Тика, старательно делая вид, что он нисколько не удивлён и не напуган.
Но все надежды на благополучный исход рухнули буквально через мгновение. Люпита повернулась к нему лицом, и только теперь он разглядел, что её смуглая кожа покрыта множеством пузырьков от ожогов, что она стоит под струями кипятка и, кажется, вовсе не чувствует боли. И глаза! Раньше они были чёрными, а теперь в них блестела холодная сталь, а во взгляде читалась бездна, в которую можно провалиться навсегда, если немедленно не отвести взгляда. Тика не в силах был пошевелиться, мысли и чувства буквально заледенели.
Люпита сделала шаг в его сторону, выходя из-под раскалённых струй, обняла его за шею руками, покрытыми ожогами, и пузыри варёной кожи начали лопаться, издавая неестественно звонкие хлопки. А потом и ноги её обвились вокруг его талии. Всё это время она неотрывно смотрела ему в глаза, и бездна, что в них таилась, разверзлась. Падение казалось бесконечным, а снизу их подхватывали то ледяные, то раскалённые воздушные потоки. Постепенно они разорвали в клочья униформу, что была на Тике, и теперь он кожей чувствовал, как скользят по его телу на смазке из крови и пота её обожженные руки. Всё кончилось также внезапно, как и началось. Падение остановилось, хотя никакой опоры под ногами Тика так и не почувствовал. Люпита исчезла. Вокруг была непроглядная тьма, от которой внутри всё холодело, которая нагнетала ощущение небытия. Может быть, это смерть? Как не вовремя…
И вдруг во тьме сверкнули глаза. Её глаза. Те самые – со стальным блеском, И было непонятно – то ли радоваться, что в этом мире ещё хоть кто-то существует, то ли трепетать от опасного соседства. Конечно, можно было ещё надеяться на то, что это просто бред, дурной сон, который вот-вот схлынет – и перед глазами возникнет потолочный вентилятор, висящий над его кроватью.
Но вместо этого из темноты выползла огромная змея со стальными глазами и смуглой шкурой, покрытой множеством светящихся волдырей. Впрочем, она тут же начала вылезать из обожжённой кожи и обвивать его обнажённое тело. И когда её голова оказалась напротив его лица, змея раскрыла пасть и прошептала: «Теперь ты мой…»
Всё исчезло мгновенно, но очнулся Тика не на своей кровати под желанным вентилятором, а на полу возле распахнуто дверцы душевой кабины, из которой валил пар и вылетали горячие брызги. Он лежал в луже и, попытавшись подняться, обнаружил рядом обожжённое тело Люпиты. Она явно была мертва.
 
16 января, 22 ч. 45 мин. Пустыня Го-Мака, 1640 ли на юго-запад от г. Дуньхуан
 
Копи в глубине пустыни Го-Макан только казались заброшенными. На самом деле под барханами возле гряды скал, пересекающих пустыню с севера на юг, кипела жизнь и работа.
И найти эти копи оказалось не так просто. Три недели они метались над барханами, и лишь твёрдость духа не позволила никому из них предаться отчаянью. Они, возможно, в ночи пролетели бы мимо, и поиски могли затянуться ещё не на одни сутки, но глазастая Цзян Синь заметила, как внизу ненадолго вспыхнул едва теплящийся огонёк. Как потом оказалось, на единственном наблюдательном посту, что находился на поверхности, как раз происходила смена караула и офицеру надо было расписаться в ведомости сдачи-приёмки объекта под охрану. Завидев людей, будто свалившихся с неба, рядовые стрелки охраны были настолько ошеломлены, что, побросав оружие, попытались разбежаться в разные стороны, и только два пэйчанга попытались оказать сопротивление. Один из них даже успел выстрелить, прежде чем автоматическая винтовка расплавилась в его руках. На второго это произвело такое впечатление, что тот начал отвечать на вопросы, прежде чем Чжоу Хун, бывший сотник хунбаторов, начал их задавать. Оказалось, что добыча «металла богов» здесь не прекращалась ни на минуту. Раз в году сюда прилетал на личном дирижабле высочайший сяйго Чан Бойши, который, видимо, и забирал всё, что удавалось добыть. И сейчас его ждали со дня на день, однако высший сановник Империи почему-то задерживался, и несколько унций «металла богов» лежало в сейфе управляющего копями. Едва прозвучало это признание, как, подняв песчаный смерч, исчезла Чань Хэ, чтобы буквально через несколько секунд таким же образом появиться снова, но уже со стальным ларцом в руках. Она торопила. Она хотела, чтобы все семеро наконец-то занялись единственным, что было, по её мнению, действительно важно, – спасением её детей.
 
Но только теперь, когда у них было уже достаточно «металла богов», можно было считать, что Дракон наконец-то вылупился из яйца. Понадобилось лишь мгновение, чтобы перенестись на узкую улочку, застроенную трёхэтажными хибарами из необожжённого кирпича на окраине Дуньхуана. Несмотря на поздний час, город ещё не спал. У подъездов горели редкие фонари, по булыжной мостовой разгуливали припозднившиеся парочки, большинство торговых лавок и чайных заведений было ещё открыто. Внезапное появление среди улицы семерых незнакомцев, казалось, никого не удивило и не напугало. Так уж воспитаны подданные Солнца Поднебесной, проживающие в глухой провинции: здесь было не принято чему-либо удивляться или чего-либо страшиться, поскольку на всё есть воля императора. Если что-то случилось, значит, это было неизбежно. Так же большинство подданных Солнца Поднебесной относилось к любым несчастьям, будь то голод, стихийные бедствия или смерть близких людей.
– Куда идти? – поинтересовался Яо Вай, заметив, что молодая вдова тёмника ВДВ растерянно озирается по сторонам.
– Мы… – Чань Хэ явно была чем-то встревожена. – Мы опоздали. Они уже там.
– Откуда тебе знать, женщина?! – воскликнул Чжоу Хун, бывший сотник хунбаторов.
– Я чувствую. Они уже там.
– Это ещё не значит, что мы опоздали, – попыталась ободрить её Цзян Синь.
– Давай перенесёмся прямо туда! Прямо сейчас! – предложила Лянь Джебе, для которой риск был привычным делом.
– Вы не поняли. Они нас ждут. Стоит нам появиться, и они убьют моих мальчиков.
– Они – это кто? – спросил Лао Дун.
– Сами посмотрите.
И тут Яо Вай ощутил присутствие иной силы, готовой противостоять беглому Дракону. Это было совершенно новое удивительное чувство, как будто само мироздание отзывается на возникающие у него вопросы, извлекая из своих глубин видения, звуки и запахи. Пахло подгоревшей картошкой, которую престарелая нянька готовила на газовой плите, когда в квартиру на шестнадцатом этаже прямо сквозь стены ворвались неизвестные личности в чёрных мантиях и матерчатых масках с прорезями для глаз. Нянька, которую кто-то из незваных гостей оттащил в угол соседней комнаты, лежала без чувств, но о том, чтобы выключить плиту, никто не позаботился. Для них, казалось, вообще унизительно было находиться в этом помещении – стандартной квартире в монолитной высотке, какие милостью Солнца Поднебесной выдавались ветеранам армии и прочих силовых ведомств, а также семьям героев, павших при исполнении служебного долга. Дети сидели на полу, забившись в угол гостиной, и рядом с ними, обнажив короткие мечи, стояли двое бойцов. Ещё один сидел в кресле, и Яо только по глазам узнал в нём Мо Джучи, своего первого учителя Пути, который, видимо, счёл своего ученика недостаточно стойким, слишком своенравным, а значит – нарушающим внутреннюю гармонию Дракона. Возможно, он был прав. Едва ли им удалось бы найти общий язык. Брать в заложники детей – величайшая низость, достойная лишь презрения.
– Если мы не придём, они всё равно их убьют, чтобы доставить тебе боль, чтобы сделать нас всех слабее, – обратился к Чань Хэ бывший старший писарь канцелярии верховного наместника провинции Фэй. Лао Дун и раньше не раз демонстрировал прозорливость и здравомыслие.
И тут Яо понял, в чём состоит план Мо Джучи! Он жаждет встречи в открытом бою, а значит, сейчас сделает то, после чего битва на уничтожение станет неизбежной. Он уверен в своём превосходстве, и от принятия рокового решения его отделяет только одно: он не пока не уверен, что противник уже видит и слышит, что происходит в захваченной квартире. Как только это произойдёт, у мальчиков не останется ни единого шанса выжить. И ещё так Мо Джучи намерен расколоть единую волю беглого Дракона. Нетрудно понять, кого Чань Хэ будет винить в гибели своих детей.