Ты только мой...

– А ты помнишь, что произошло?
Она кивнула.
– Да… Там был скорпион и…
Дрожь пробежала по ее телу. Брэд склонился над ней, его руки обняли ее и притянули ближе к себе.
– Эта проклятая тварь укусила тебя – и это была моя вина. Я не сбросил ее сразу и опоздал. Я боялся напугать тебя, если сделаю слишком резкое движение и…
– Мне самой надо было быть осторожнее, – прошептала Изабелла. – Всем известно, что в этих местах полно скорпионов.
– Да, но трудно было предположить, что скорпион залезет на насосную стойку. Что этой твари там понадобилось?
– Тогда, значит, это вина скорпиона, – слегка улыбнулась она. – Он оказался там, где ему не следовало быть.
– Да, об этом я не подумал, – сказал Брэд и снова обнял ее и привлек к себе.
Она закрыла глаза, слыша биение его сердца, успокаивающе действующее на нее, ощущая теплоту его рук, которые держали ее, и тот свежий мужской запах, который исходил от него. Потом слегка отстранилась.
– А… моя рука? – спросила она, с тревогой глядя ему в глаза.
– Рука на месте. Как и все остальное. Ты вне опасности.
– Слава богу. Я никогда не могла поверить, что скорпионы, в самом деле, способны так больно кусать. То есть я, конечно, слышала всякие рассказы…
– Да. Я видел немало таких укусов, и пустячных, вроде пчелиного, и очень серьезных, таких, что не дай бог. – Он протянул руку и отвел влажные рыжеватые завитки с ее лба. – Но мы со Стивом доставили тебя в больницу очень быстро.
Изабелла оглянулась вокруг: белые стены, широкое окно, стеклянный шкафчик в углу с блестящими инструментами. Иглы, вспомнила она, иглы, пронзающие ее тело… И она вновь невольно содрогнулась.
– Что такое, – забеспокоился Брэд. – Тебе нехорошо?
– Нет, нет. – Смущенная улыбка пробежала по ее лицу. – Просто я ужасно боюсь уколов, а тут иголок и шприцев полно.
Он весело хмыкнул.
– Это уже позади. Тебя искололи разными вливаниями, начиная с адреналина и кончая противостолбнячной сывороткой. Но, главное, ты теперь вне опасности.
Изабелла вздохнула и закрыла глаза.
– Ужасно, до чего я чувствую себя изможденной, – прошептала она. – Словно не спала много дней.
– Это стресс, – мягко сказал Брэд. – Тебе нужно немного поспать.
Он нежно погладил ее по волосам и закрыл глаза, вдыхая их запах. Розы, подумал он, она пахнет розами даже после всей этой пыли, жары и больничной вони. Не в силах удержаться, он прижался губами к ее виску. Боже, какая она нежная! Какая женственная. И какая хрупкая.
Он должен увезти ее отсюда. Она совершенно обессилела; он чувствовал это по тому, как расслабленно она лежала в его объятиях. Ей нужно покоиться в мягкой постели, а не на этой жесткой холодной кушетке. Ей нужно лежать на чистых белых простынях, лежать в его объятиях…
– Мисс Найт?
Брэд отстранился, хотя все еще держал Изабеллу за плечи, и повернулся к двери: там стояла женщина в белом халате.
– Да, – ответила Изабелла, – я…
– Мисс Найт отдыхает, – вмешался Брэд. – Могу я быть вам полезен?
Женщина проигнорировала его.
– Как вы себя чувствуете, мисс Найт?
– Кажется, неплохо.
– Она очень устала, – сказал Брэд, нахмурившись.
Женщина кивнула.
– Понятно. – Она посмотрела на руки Брэда, все еще сжимающие плечи Изабеллы, потом на него самого. – Если вы не возражаете…
Он помедлил, но потом отступил. Врач взяла здоровую руку Изабеллы за запястье.
– Что вы делаете? – спросил Брэд.
– Щупаю пульс мисс Найт.
– Это ясно. Но зачем? Ее уже осматривали.
Женщина засмеялась.
– О, я знаю. Но я должна снова осмотреть ее.
Изабелла слегка кашлянула.
– Брэд, может, ты подождешь в коридоре? То есть я хочу сказать…
– А что за причина? Мисс Найт тут занимались целых два часа, и я не вижу никакой нужды беспокоить ее снова.
Женщина вздохнула.
– Насколько я понимаю, вы мистер Джонсон?
– Да, – кивнул Брэд.
– Джентльмен, который начал командовать у нас еще в приемном покое.
– Ну и что? – напористо спросил Брэд.
– Медсестра в приемном покое делала свое дело, мистер Джонсон. Она обязана была задавать вам вопросы.
 
– И я был бы рад ответить на них, – сказал он. – Но не тогда, когда у меня на руках была больная женщина.
– Брэд? – спросила Изабелла. – О чем она говорит? В чем проблема?
– Тут нет никакой проблемы, – сказал он, скрестив руки на груди. – Я просто пытался отвязаться от какой-то приставалы, которая остановила меня на пороге с целой кипой бланков и анкет. Она требовала заполнить их, в то время когда тебя срочно нужно было показать врачу.
– Ну что ж, если тут есть какие-то бланки, которые я должна заполнить…
– Я здесь не для того, чтобы просить вас заполнить эти бланки, мисс Найт, – прервала женщина. – Я просто хочу провести несколько быстрых тестов.
– Зачем? – Голос Брэда был резок. – Есть подозрения, что что-то не так?
– Нет, мистер Джонсон, вовсе нет. Это просто обычная процедура.
– Брэд, – вмешалась Изабелла, – я ценю твою заботу, но я и сама могу говорить за себя.
– Видите, мистер Джонсон? Мисс Найт понимает, что у меня нет желания напрасно беспокоить ее.
– Но вы ее беспокоите. Разве вы не видите, что ей плохо?
Изабелла издала слабый смешок.
– Послушайте, вы оба, – сказала она, – если бы кто-нибудь из вас остановился и потрудился узнать мое мнение…
– Где врач, который осматривал мисс Найт? – холодно осведомился Брэд. – Если она нуждается в дополнительном осмотре, я хочу, чтобы это сделал врач.
– Эй! – Изабелла приподнялась на локте. – Вы слышите, что я говорю? Вы что, забыли…
– Я и есть врач, мистер Джонсон. Я доктор Майлс, главный токсиколог.
– Ах вот как. – Щеки Брэда порозовели, но взгляд оставался таким же недовольным. – Так почему вы сразу не представились мне?
– Ради всего святого! – Голос Изабеллы резко прозвучал в маленькой комнате. Брэд повернулся к ней, и она бросила на него негодующий взгляд. – Что такое? У меня же не в порядке рука, а не голова. Я вполне способна отвечать за себя сама.
Брэд открыл было рот, но тут же закрыл его. Конечно, Изабелла вполне могла говорить и сама.
Он улыбнулся, стараясь выглядеть непринужденно, словно ничего необычного не произошло.
– Я… я выйду и посмотрю, что там с теми бланками…
Всю жизнь он ненавидел бюрократическую волокиту. Терпеть не мог людей, которые находили удовольствие заниматься ею. Но если быть честным перед собой, то не это заставило его вступить в спор с медсестрой.
Та назойливая медсестра была ни при чем, когда он ворвался в двери больницы с Изабеллой на руках. Дело было в ужасе, в том ужасе, который он почувствовал, когда Изабелла упала без сознания там, на нефтеразработках. Держа ее безжизненное тело, он был потрясен ее пугающей беспомощностью и беззащитностью.
Брэд посмотрел в дальний конец коридора, туда, где сидела медсестра. У него по-прежнему не было желания иметь дело с анкетами и бланками, но тревога не оставляла его. В самом ли деле был необходим этот повторный осмотр или они что-то упустили раньше?
Его переполняло желание открыть дверь и потребовать ответа на волнующий его вопрос. Взяв себя в руки, Брэд выругался про себя и зашагал в конец коридора.
Укусы скорпионов не были чем-то из ряда вон выходящим в их деле. Эти дьявольские твари частенько попадаются в местах, где добывают нефть: пустынных, теплых и поросших кустарником. И укусы их для нефтяников не редкость, хотя и последствия бывают разными по степени тяжести.
Поездка по бездорожью через прерии показалась Брэду очень долгой. Никогда еще он не чувствовал себя таким беспомощным и бесполезным в жизни. Тихо стонущая женщина на руках, ее кисть, угрожающе вспухшая, несмотря на попытку высосать яд; все, на что он был способен, – это лишь шептать ей, снова и снова, что все будет в порядке. Хотя ничего, и он это знал, ничего от него не зависело.
Он не должен был брать Изабеллу с собой на нефтеразработки. Она была совершенно не подготовлена для этого, и неважно, что она согласилась ехать с ним. Но какой выбор у него был? Эта женщина настаивала, что она должна руководить «Найл ойл». Если бы он мог ей приказывать, он бы держал ее подальше от этих мест, но он…