Истинная для суженого (СИ)

Мы поехали на такси потому, что Борис был ослаблен и мама настояла, чтобы он не рисковал, садясь за руль. Борис вышел у медицинского комплекса холдинга, а я откинулась на заднем сиденье и закрыла глаза. Предстоящая радость от общения с цветами накатывала волнами. Хотя, кого я обманываю –мне не терпелось увидеть Тарена. И цветы, конечно.
Я предупреждала о приезде, но по дороге получила сообщение о том, что он задерживается. Пришлось воспользоваться своим комплектом ключей, торжественно врученным мне на новый год.
Я поливала цветы в оранжерее. В наушниках играла популярная песенка из хит— парада. Помещение было залито ярким солнечным светом. Стоял исключительно погожий морозный денек. Огромные окна давали ощущение простора и свободы.
Я пританцовывала в такт мелодии и чувствовала себя бабочкой, порхающей над цветами. С какими-то растениями я перебрасывалась несколькими словами, некоторых листьев слегка касалась кончиками пальцев.
Куст розаринд занимал почетное место на самой красивой антикварной подставке. Я протянула руку и нежно погладила листья, а затем цветы. Растение радовало пышным цветением. Цветы буквально светились изнутри сквозь рубиновые прожилки. Я закружилась под музыку и блаженно прикрыла глаза — маленькое растительное царство дарило ощущение безграничного счастья.
«Тарен, все у тебя будет хорошо», — пронеслось в голове. На этой мысли перед глазами возник его образ. Он подарил мне этот маленький мирок: выкупил и перевез сюда мои селекционные проекты, отремонтировал оранжерею, купил оборудование и вставил эти огромные окна, раздолбив часть стен.
Я приоткрыла веки и неожиданно осознала, что это был не образ, а реальный мужчина, привалившийся к дверной притолоке в раскрепощенной позе и наблюдающий за мной. Задумчивое выражение блуждало на его лице.
Я застыла от неожиданности и смущения. Он подсматривал? К щекам и шее постепенно приливала кровь. Сегодня он опять застал меня врасплох. Была некоторая интимность в том, что он наблюдал за мной в момент полной расслабленности и наслаждения счастьем.
Я медленно подняла глаза и поймала его взгляд. Секунды вязко тянулись, а он глазами проникал мне под кожу. Мурашки пробежались по телу и скрылись в районе солнечного сплетения.
Он не сдвинулся, не промелькнуло и тени напряжения. Он просто стоял и смотрел. И молчал. От растерянности я поддержала эту игру в гляделки. Он обещал, что больше не будет меня беспокоить, с некоторой грустью мелькнуло, и было решительно отметено мной на задворки сознания. Наконец, Тарен улыбнулся и промурлыкал, все еще не изменив своей ленивой позы в дверном проеме:
— Добрый день, Дара. Рад тебя видеть.
— Тебя не учили, что подсматривать нехорошо? –я постаралась добавить строгости в голос, но соскочила с образа и неожиданно для самой себя улыбнулась.
— Ты выглядела умопомрачительно счастливой. Я не мог испортить такой момент.
— Почти закончила на сегодня, — я покосилась на часы.
Тарен тоже посмотрел на настенные часы и присвистнул:
— Давно пора обедать! Ты, наверное, жутко проголодалась?
Общаясь с цветами, я не заметила, как пролетело время и только сейчас поняла, что, действительно, очень хочу есть и охотно кивнула.
— Забыла предупредить, скоро должен подъехать Борис. Может он успеет к нам присоединиться. Ты не возражаешь?
Тарен постарался скрыть досаду:
— Мира тоже собиралась приехать сегодня. У нее назначена встреча с замерщиками из салона штор на после обеда.
Мы шли по направлению к кухне, я оглянулась вокруг:
— Она проделала огромную работу.
Тарен меня поддержал:
— Успела подготовить все основное к празднику, а теперь предстоит «навести шик», как она выражается и исправить недоделки.
Мне пришло сообщение от Бориса: «Еду».
На кухне у Тарена оказался полный холодильник еды, в том числе несколько ресторанных блюд. Потребовалось лишь разогреть их и накрыть на стол. Я помогла приготовить свежий салат.
Мы резали овощи на кухонном острове, а я мельком поглядывала из— под ресниц на то, как он ловко шинкует огурцы огромным ножом со скоростью шеф— повара.
 
— Мне нравится что-нибудь приготовить в охотку, время от времени, — он все-таки уловил мои разглядывания.
В комнате царила домашняя атмосфера, даря спокойствие и уют. С грустью я осознала, что за все время, проведенное с Борисом, я не испытывала ничего подобного.
Борис успел как раз к обеду. Он был молчалив и задумчив, рассеянно плюхнулся за стол, пододвинул к себе тарелку и стал бездумно отправлять в рот вилку за вилкой.
— Борис, салат? –гостеприимно предложил Тарен.
— Спасибо, — он протянул тарелку на автомате, оставаясь погруженным в свои мысли.
Я мельком просканировала энергетические контуры его тела. Все было гораздо лучше, чем после того, как с ним поработала мама. Видимо, Тарен проделал тоже самое, он удовлетворенно протянул:
— Тебя сегодня неплохо подпитали!
— Что? — Борис вынырнул из задумчивости и в непонимании уставился на Тарена.
— Контур в норме, — Тарен схематически очертил в воздухе его тело.
— А, ну, да. Они немного удивились, что я неплохо себя чувствовал.
— Значит, они ожидали плохих результатов, — подытожил Тарен, — а ты, их не оправдал…
Я подхватила:
— Борис, они ничего не заподозрили? Ты выглядишь расстроенным.
Мой парень встрепенулся, расправил плечи и окончательно стряхнул с себя рассеянность:
— Нет, что ты, — слишком поспешно возразил он, — Все отлично!
У меня закрались подозрения в его искренности, но я не стала спорить в присутствии Тарена.
Зато перед глазами Бориса проносились эпизоды его разговора с Виланом. И, может же человек наводить такой животный ужас на собеседника! Но, он держался молодцом, или ему так казалось. «Ничего не знаю, ничего не понимаю», — был основной мотив всех его оправданий на неудобные вопросы.
Вилан прижал его лишь в конце разговора, припечатав, что ему известно о взломе пароля секретной базы холдинга в рабочую смену Бориса. Борису пришлось признаться в том, что он знает о провале экспериментов и выразить опасения по поводу своей жизни.
Борис искренне надеялся, что удалось выкрутиться из ситуации. Итогом беседы стало обещание Вилана приложить все усилия для поддержания его стабильного состояния в обмен на информацию. Борис продолжил разыгрывать святую невинность, но осадок от встречи не покидал всю дорогу. Вилан не избавился от подозрений, Борис отчетливо это осознавал. Он будет выжидать.
Его размышления прервал звонок домофона.
— Наконец-то Мира пожаловала. Правда, она опоздала на обед, — бросил Тарен и пошел открывать дверь.
Борис ущипнул меня под столом.
— Я скучал, солнышко, — он заискивающе поймал мой взгляд, — Ты меня еще немножко подлечишь, дорогая? Я чувствую упадок сил. Они меня там особенно не балуют, — и он протянул накопитель.
Я мягко улыбнулась и распечатала тонкую струйку, начала вытягивать из нее шакти. Борис на глазах повеселел.
— Хватит, — я остановила поток и чмокнула его в щеку.
В комнату вошел Тарен с незнакомой женщиной.
— Замерщица приехала. А Миры пока не наблюдается. Это на нее не похоже, — Тарен потянулся за телефоном.
В трубке отчетливо послышался сигнал об отсутствии подключения, и затем последовало сообщение о нахождении абонента вне зоны действия сети.
Я позвонила девочкам. Ни Ивонна, ни Лина не знали ничего о том, где могла находиться Мира. Ивонна предложила заехать на нашу квартиру, она как раз была в магазине недалеко от дома.
Спустя двадцать минут встревоженная подруга перезвонила и сообщила, что дома Мира тоже не отзывается.
Я вспомнила, что наши телефоны настроены на поиск друг друга по GPS. Мне удалось засечь сигнал. Он шел из ее квартиры.
Извинившись перед замерщицей, мы вызвали такси, высадили ее по дороге и поехали на квартиру Миры. У меня были ключи, но мы не обнаружили ее дома, зато нашли телефон.