Всё, что нужно для счастья (СИ)
Всё, что нужно для счастья
Евгения Стасина
Глава 1
Вода из крана бежит ледяная. Ледяная и ржавая, в очередной раз напоминая мне, что верить малознакомым людям в моём возрасте уже просто неприлично. Сорок шесть тысяч за квадратный метр, и это в нашей-то богом забытой глубинке! Да я могла отгрохать себе двухэтажный коттедж, а вместо этого уже три минуты стою у раковины в семиметровой кухне, призывая ЖЭК сжалиться над моим пустым желудком. Я же просто хочу чашечку утреннего кофе и пару капель чистой воды для Макса!
Словно почувствовав, что от размышлений о несовершенстве городского водоснабжения все мои мысли свелись к нему, пёс жалобно скулит из прихожей, царапая новую дверь своими нестрижеными когтями. Спрашивается, зачем запиралась, если его завываний я на дух не переношу? Сердце жалостливо сжимается, а ноги уже сами несут меня спасать бедолагу от одиночества.
- Жди, - спасти, спасла, но суровую маску на лицо нацепить не забыла.
С ним иначе нельзя: дашь слабину и будешь минут десять начёсывать его пухлое брюхо. Вон уже виляет хвостом и сверлит меня миндалевидными глазами. И как тут устоишь? Я одинока, а он единственный мужчина, перед которым я хожу нагишом. Единственный, кто терпит мои срывы и вылизывает пятки после тяжёлого трудового дня, ни разу не упрекнув меня в несовершенстве.
Делать нечего: я торопливо закручиваю вентиль и присаживаюсь на корточки перед обаятельным кобелём Джек Рассел терьера. Бракованным кобелём, ведь уши его даже во сне всегда начеку, и как две антенны старательно улавливают сигналы живущей этажом ниже мопсихи. Видите, даже у моего пса с личной жизнью дела обстоят куда радужней. И плевать, что его возлюбленная безобразно толста ... Может, и мне немного занизить планку?
- На, ешь уже. Хоть кто-то из нас останется сытым, - шепчу, обхватив ладонями бело-рыжую морду, и чмокаю прямо во влажный нос.
Корм воняет ужасно, но парню, похоже, нравится. Так и сидим - он с жадностью вылизывает тарелку, а я с завистью наблюдаю за его трапезой. Подхватываю с пола коричневую гранулу и под громкое урчание собственного живота начинаю гадать, чем ему так приглянулся расхваленный ветеринаром холистик. Уверена, что ценой. Такой уж достался мне пёс - дешёвку жрать ни за что не станет.
- Доволен, сытая морда? - когда спустя минуту заметно повеселевшее животное вытягивается на полу у моих ног, я от безысходности принимаюсь грызть отсыревшее печенье.
Ну никакая из меня хозяйка! Почти год как одна, а ни готовить, ни затаривать морозилку полуфабриками так и не научилась. Овсяные хлопья, которые просто заливаю кипятком, сдобрив ложечкой мёда, и те покупаю через раз.
Права моя подруга - я без мужика загнусь. Это лишь вопрос времени... Только о том, как много его осталось в запасе, прежде чем у меня откроется язва, мне не даёт задуматься пронзительная трель дверного звонка. Надеюсь, это доставщик воды, иначе работу я бессовестно прогуляю: ну куда с такой рожей?
Макс срывается с места первым, громко клацая ногтями по новенькому паркету, а я плетусь следом, расставляя по местам задетые им коробки. Нужно было брать Йорка, так что зря я Ирку не послушала. Ходила бы важная по улицам на своих шпильках и периодически трепала торчащую из сумки пушистую морду. Глядишь, может, и привлекла бы кого. Мужчины же любят таких блондинок? Чтоб ухоженные, женственные и беспомощные до тошноты, а у собаки на голове непременно бантик в цвет хозяйского платья.
А с этим что: кроссовки да спортивный костюм, иначе живой с прогулки ты не вернёшься. Вот и кому понравится тридцатилетняя баба, которую выгуливает бракованный сумасшедший пёс? Думаю об этом и так и замираю у зеркала. Причесаться, что ли? Вдруг на этот раз мне повезёт, и курьер окажется симпатичным?
Звонок вновь повторяется, правда теперь куда настойчивее, и мысли о расчёске я благоразумно отодвигаю на задний план. Даже в глазок не смотрю, сосредоточившись на действительно важных задачах: замок заедает, и чтобы его открыть, на дверь нужно хорошенечко навалиться, а Макс... Он пёс и попихать его ногой в бок, чтобы не бросился на радостях на гостя, будет нелишним.
- Ну, наконец-то, - правда, открыв дверь, я тут же его отпускаю, во все глаза таращась на визитёров.
Верка! Стоит прямо напротив меня и даже бровью не ведёт на путающуюся под ногами собаку.
- Рот-то закрой, а то сейчас челюсть отвалится! Я тебя всё утро по городу ищу, как только занесло в этот район?
Так, после развода... Как год назад развелась, так и задумалась о переезде. Чтобы как можно реже ходить по тем местам, что ассоциируются у меня с Некрасовым: парк, в котором мы впервые поцеловались; ресторан в двух кварталах от нашего семейного гнёздышка (мы в нем ужинали по субботам); загс, в котором он задурил мне голову, пообещав верность и любовь до гроба... Господи, нашла время об этом думать!
- Сонька, не стой! Обними тётю Васю! - моя младшая сестра уже расшнуровала грязные кроссовки и теперь заманивает в моё жилище девочку пяти лет.
Её я видела лишь дважды - на выписке из роддома и спустя три дня на перроне вокзала, когда моя дорогая сестрица, обвесившись тяжёлыми котомками, решила вернуться на малую родину. А спустя месяц перебралась в городок в полусутках езды от родительского дома, чтобы уже там осознать, что настоящая жизнь кипит в Москве. Дождалась, когда Соньке исполнился год и умотала в Белокаменную. И видит бог, знать, чем она там занималась я не хочу. Обижена, ведь Верка даже номер сообщить не удосужилась, лишь пару раз ответив на мои сообщения в социальных сетях. В одном рассуждала о том, как лучше лечить мамину подагру, а в другом сухо сообщила, что на её похороны приехать не сможет.
- Тётя Вася, - и вот сейчас та, что даже отдалённо непохожа на врезавшегося в память розовощёкого младенца с большим красным бантом на ажурном одеяле, насмешливо выгибает густую бровь. - У вас имя как у нашего кота!
Кот, кстати, тоже здесь. Его девчонка, согнувшись в три погибели, втаскивает в дом, и слава богу, что не торопится открывать пластмассовую клетку. Потому что Макс хоть и поел, но от такого десерта ни за что не откажется. Нарезает круги, довольно виляя хвостом на неприветливое шипение, и больше не норовит облизать членов моей семьи. Ему теперь кота подавай.
- Обними хоть! Чего стоишь как неродная?
Ответить я не успеваю: Верка выше меня на голову, да и тяжелее раза в полтора. Притягивает к себе, не давая опомниться, и, стиснув в объятиях, похоже, планирует переломать мне кости.
- Постарела-то как, Васька! И тощая, как селёдка! Боже мой, время тебя не щадит!
И это она мне говорит? Невзрачная женщина в драных джинсах и с дурацкой банданой на голове?
- А ты всё так же мила, - вымученно улыбаюсь и похлопываю её по спине, то ли в знак приветствия, то ли умоляя ослабить хватку. - Пусти уже, мне дышать нечем.
- Эх! Как была бесчувственной, такой и осталась. Ладно! - бьёт в ладоши и принимается отдавать указания. - Сонька, беги в ванную, а ты Васька давай штаны натягивай.
- Зачем это?
- Вещи занести нужно. Я их у консьержки оставила. Некрасов дома? Там шмотья целый воз, без мужика не справимся.
Некрасов... Вот что значит полное отсутствие сестринской связи! С такими темпами ни одна из нас знать не будет, на каком кладбище искать могилку единственного родного человека.
- С Некрасовым у нас всё. Разошлись ещё в прошлом июле.
- Да ты что? - она бледнеет, а я старательно делаю вид, что меня эта тема не трогает. - Насовсем?
Киваю.
- Бедная! Ну, и кто кого бросил?
- Я его, - ему-то жилось неплохо: дома я, пусть и совершенно бесполезная в быту, а за дверями квартиры с десяток подружек. Кто добровольно от такого отказывается? - И что значит "воз шмотья"? Вы что надолго?
- Конечно! Зря, что ли, пёрлись двое суток на перекладных? С пересадками между прочим! Ладно, сами справимся. На крайняк, консьержку попросим, она вроде ничего, отзывчивая. И закрой уже своего пса, коту освоиться нужно, у него и так стресс. Правда, Васька?