Keeping 13 (ЛП)

— Мы ничего подобного не делаем, — солгала я сквозь зубы. — Мы только держимся за руки.
— Угу, — хихикнул Тадхг. — Ты продолжаешь говорить себе это, Шэн.
— Так вот почему он прислал билеты на музыкальный фестиваль, на который он поведет ее, когда вернется домой? — Спросил Олли. — Чтобы он мог увидеть ее сиськи?
— Возможно, — рассмеялся Тадхг.
Не обращая внимания на своих братьев, я разорвала коробку и ухмыльнулась, увидев зеленую майку с номером 13, выгравированным на спине. Вытащив ее, я прижала к груди, вдыхая его запах. Дрожа, я вспомнила наш телефонный разговор на прошлой неделе…
— Ты этого не делал!
— Да, Шэн, я так и сделал.
— Ты лжешь.
— Иногда, но никогда с тобой.
— Невозможно. — Я покачала головой, не доверяя этому безумному разговору. — Билеты на концерт были распроданы в течение нескольких месяцев.
— Ты недооцениваешь мою силу убеждения, детка, — промурлыкал он в трубку. — Я подумал, что мы могли бы снова жить в одной палатке.
— Боже мой, ты действительно серьезно, не так ли? — Мои глаза расширились от волнения. — Я не могу в это поверить, — практически закричала я, исполняя небольшой счастливый танец. — Ты действительно достал нам билеты на Oxegen!
— На сто процентов, Шэн, — ответил он. — Это все, о чем я думаю. Никаких родителей. Никаких надоедливых гребаных братьев. Никакого обучения. Никакой драмы. Только ты и я, палатка и немного приличной музыки на весь уик-энд.
— Кто будет хедлайнером в этом году?
— Грин Дэй и Foo Fighters, — ответил он.
— Боже!
— Я знаю.
— Но, Джонни, я никогда не смогу туда пойти. Там только больше 18-ти.
— Опять ты, кажется, недооцениваешь мою силу убеждения, — усмехнулся он. — Я проведу тебя, Шэн. Даже не забивай об этом свою хорошенькую головку.
Я закатила глаза, а затем взволнованно закричала. — Мы действительно идем?
— Правда, правда.
— Только мы?
— Только мы, — подтвердил он, прежде чем быстро пойти на попятную. — Ну, нет, не только мы. Гибс идет по пятам — и он, вероятно, приведет Клэр.
Я ухмыльнулась. — Впрочем, это своего рода данность.
— Угадай, кто еще играет? — затем он сказал.
— Кто?
— Джимми ест мир.
У меня отвисла челюсть. — Нет. — Моя песня. Гимн моей жизни. У меня был шанс услышать ее вживую? — О, боже мой…
— Эта майка стоит денег, — заметил Олли, отвлекая меня от моих мыслей. — Много.
— Даже не думай об этом, — предупредила я, торопясь натянуть его через голову, пока мой коварный брат не решил попытаться обманом лишить меня выигрышной майки моего парня.
При ближайшем рассмотрении майки, в которой я в данный момент плавала, Олли скривился. — Не-а, это только для U20, - сказал он мне, выглядя слегка разочарованным. — Возьми сегодняшнюю, Шэн. Это майка для выпускника — это майка для денег.
— Ты помешан на деньгах, — пожурила я. — Это выходит из-под контроля.
— Не-а, — огрызнулся он в ответ. — Джон говорит, что я акула.
— И каким образом это хорошо?
— Он говорит, что это будет хорошо, когда я буду в суде. — Сияя, он добавил: — Я собираюсь быть таким же казначеем, как и он.
— Барристер, — поправили мы с Тадхгом. — Не казначей.
— Именно это я и сказал, — фыркнул Олли. — Я собираюсь стать казначеем.
— Рад видеть, что все те сеансы логопеда, на которые Джон тратится, приносят свои плоды, Олли, — саркастически парировал Тадхг. — Вы с Шоном — это нечто другое.
— Так и есть, — согласился Олли. — Мы лучшие мальчики.
— Ты заноза в моей заднице, — пробормотал Тадхг, — вот кто ты такой.
— Ты просто завидуешь, — фыркнул Олли. — Потому что ты не можешь пойти.
— О да, я так завидую тому, что умею четко произносить свои слова, — протянул Тадхг.
— Не волнуйся, — успокаивал Олли. — Ты все равно сможешь ходить с нами на игровую терапию.
— Я не играю на этих сессиях, — проворчал Тадхг. — Я рисую.
 
— Тебе стоит поиграть, — возразил Олли. — Это так весело.
— Я собираюсь играть на тринадцатом, — фыркнул Тадхг. — Я больше не играю.
— Это позор, — сказал ему Олли. — Ты не знаешь, чего лишаешься.
— О, заткнись, ты, маленький придурок, — проворчал Тадхг.
— Тебе сказали на консультации, что ты не должен использовать свои гневные слова, — напомнил ему Олли. — Когда ты злишься, ты должен считать до десяти и дышать. — Он повернулся ко мне и улыбнулся. — Дыши глубже, не так ли, Шэн?
— Да, — согласилась я, сдерживая смех при виде возмущенного выражения лица Тадхга. — Глубоко дыши, Тадхг.
— О, уходи и расскажи о своих чувствах кому-нибудь, кому не все равно, — выпалил он в ответ. — Эта дыхательная техника не работает, когда я злюсь.
— Это работает, — пообещала я, ободряюще улыбнувшись ему. Он вывернулся наизнанку с тех пор, как переехал сюда. — Дай себе время.
— Во сколько за тобой заедут друзья, чтобы посмотреть, как играет Джонни? — Тогда Олли спросил.
Я взглянула на свой телефон и улыбнулась. — Сейчас.
— Сейчас, — передразнил Тадхг, хлопая глазами. — Боже, ты такая девочка.
— Я знаю, — возразила я со смехом. — А ты сопляк, — склонив голову набок, я ухмыльнулась. — Я надеюсь, что ты будешь относиться к девочкам на своем курсе лучше, чем ко мне, когда в следующем месяце перейдешь в Томмен.
Тадхг фыркнул. — Я ни для кого не собираюсь переодеваться — и на мне нет гребаного блейзера.
— Тадхг, — предупредила я. — Не ругайся.
— Ну, это не так, — хихикнул он. — Меня не волнует, как мило, по словам Делли, я выгляжу в нем. Я с террасы, Шэн, и я швыряюсь. Я не могу разгуливать повсюду, как все эти шикарные регбисты…
— Не ругайся! — Вмешался Олли. — Это плохие манеры.
— Знаешь что? Блейзер подойдет тебе, когда ты начнешь работать через пару лет, маленький подлиза, — насмехался Тадхг. — Это дурной тон. — Он закатил глаза. — Я не знаю, где мы тебя взяли, Оливер Твист.
— Меня это устраивает, — невозмутимо ответил Олли. — Я все равно буду носить много блейзеров, когда стану казарменным служащим.
— Адвокатом.
— Совсем как Джон, — с гордостью подтвердил Олли.
— Ну, я собираюсь стать механиком, — парировал Тадхг. — Совсем как Джоуи.
— Но Джоуи не механик, — нахмурившись, ответил Олли. — Джоуи болен.
— Да, — фыркнул Тадхг. — Но как только ему станет лучше и он вернется домой, он снова будет механиком.
— Он скоро вернется домой? — Спросил Олли.
— Нет, — прорычал Тадхг. — Потому что ему еще не лучше.
— О. — Брови Олли нахмурились. — Что с ним опять не так?
Мое сердце сильно сжалось в груди. Я не видела Джоуи и не разговаривала с ним с похорон в мае. Он проходил лечение почти два месяца и все еще отказывался позволять мне навещать его. — Он просто отдыхает, — заставила я себя сказать. — Он действительно устал.
— Правда? — Олли сморщил нос. — Я думал, это потому, что он баловался с гелием.
— Тот самый гелий?
— Да. — Олли невинно кивнул. — Фредди из моей футбольной команды сказал, что его мама сказала маме Донала, что Джоуи в больнице, потому что он баловался с гелием и иглами. — Он сморщил нос. — Зачем Джоуи возился с иголками и воздушными шариками? Они бы не лопнули?
Тадхг сверкнул глазами. — Это не гелиум, дурачок, это геро..
— Нет, нет, это из-за гелия, — быстро вставила я, бросив умоляющий взгляд на Тадхга. — Помнишь?
— О, да, — согласился Тадхг, съежившись. — Это верно.
— И он действительно устал, — добавила я, вздохнув с облегчением. — Значит, он хорошо отдохнет.
— Да. — Тадхг выдавил улыбку. — От присмотра за нами.
— Да, но ему больше не нужно этого делать, — невинно ответил Олли. — Теперь это делает Делли. — Он лучезарно улыбнулся. — И Джон.