Эгоист (СИ)

— Привет-привет! — с жестким русским акцентом заговорила она.
Этот акцент тут же ударил по переполненным яйцам. Фак, раньше я как-то не осознавал весь трагизм этого совпадения: как и Лучше Ноги Туниса, мое развлечение на эту ночь тоже были русскими.
Две девчонки-модели из России — Ольга и Наталья.
Обычно, они плавились в моих руках, как льдинки в коктейлях, а сексу отдавались целиком и совсем неважно где. Я нечасто бывал в Токио, поэтому, когда все-таки прилетал, отрывался по полной.
Иногда это начиналось прямо в клубе, иногда в закрытой комнате в караоке. Иногда я успевал несколько раз кончить прежде, чем мы вообще добирались до постели.
Они обе мечтали стать певицами, моделями, актрисами или фэшн-блоггерами, и я давно сбился с череды их однотипных увлечений. Ночами напролет они танцевали, много пили и делали сотню снимков за один поход в туалет. Рейсы в Токио это как снова стать подростком, только теперь у меня есть деньги на все эти удовольствия.
Минет в лимузине? Запросто, капитан!
Они обе были гладкими, длинноногими и молодыми. Иногда в темноте или при свете неона я совсем не отличал одну от другой. Это и неважно — обе могли заниматься сексом до утра, а потом упорхнуть на очередной кастинг как ни в чем не бывало.
Они звали меня «Капитан Джек Воробей». Им было по двадцать, что с них возьмешь? И пока они так самозабвенно и оглушительно стонали, они могли звать меня, как угодно.
— Заняты? — спросил я. — И где Нат?
— Тебе всегда нужны мы обе, не так ли? — хохотнула Ольга, повернула телефон и в объектив попала Натали — высокая брюнетка в ультра коротком платье.
— Дже-е-е-ек! — взвизгнула она. — Нам тебя не хватает! Когда в Токио?
— Не знаю, крошки. Я тоже скучаю. Так сильно, что хочу свое персональное шоу прямо сейчас.
Они звонко расхохотались, глаза в темноте заискрились. Даже мне было достаточно, чтобы понять, что, возможно, они не только пьяны, но и под чем-то серьезней.
— Ладно, — хохотнула Ольга. — Но нам нужно найти тихое местечко, Джек! Мы на вечеринке в клубе.
— Разве? Вы никогда особо не стеснялись, — заметил я, и снова получил взрыв хохота.
— Так и есть! — хохотнули они. — Тогда идем.
Камера запрыгала и задергалась, а музыка стала чудовищно громкой. На экране ноутбука замелькали лестницы. Девчонки плюхнулись на какой-то диван в темном углу, а Натали пригнулась к телефону и произнесла прямо в динамик:
— Что мне с ней сделать, Джек? Что ты хочешь увидеть?
— Просто сделай ей хорошо, Нат, как ты умеешь.
Она улыбнулась и тут же накинулась на губы Ольги. Та едва раздвинула ноги, совсем немного, но и этого было достаточно, чтобы белые трусики вспыхнули во флуоресцирующих лампах ночного клуба.
Шоу для тех, кто в первом ряду, началось.
Это было куда лучше интернет-порно. А девчонки всегда отдавались процессу с куда большим энтузиазмом, чем оттраханные в три смены работницы киноиндустрии.
Ольга стиснула бедра за миг до оргазма, но Наталья сама шире развела ей ноги, добавив к одному пальцу второй, и тогда Ольга выдохнула на родном русском:
— Ох блять, дааа…
И мне снесло крышу.
Я старался не анализировать хотя бы сейчас, пока кончал на полотенце, почему меня так клинит на русской речи. В мозгах моментально воцарился знакомый после оргазма туман, и при желании можно было успеть на второй круг, потому что шоу на экране, о котором любой мужчина мог только мечтать, продолжалось.
Но что-то было не так. Я хоть и кончил, но так и не почувствовал удовлетворения.
— Скажи ей что-то по-русски, — велел я.
Ольга хмыкнула и начала шептать что-то, судя по всему до ужаса похабное. Я не различал слов, только рубленный ритм грубого славянского языка, а мой член оставался глухим к стонам, влажным характерным звукам.
Он, проклятье, среагировал исключительно на русскую речь и сразу же вытянулся наизготовку, как и почетный караул, у Мавзолея.
А вот это уже пиздец, Хьюстон.
— О да… — вдруг донеслось на чистом русском из коридора.
По позвоночнику пробежала искра, и я дернулся всем телом. На узнавание голоса хватило доли секунды, и это было паршиво, очень паршиво. Я ведь не превращаюсь в верную собачонку, правда?
 
Мигом опустил крышку ноутбука, как будто она могла застукать меня за просмотром порно. Девчонки меня поймут, впрочем, они все равно слишком заняты друг другом. Номер погрузился в тишину и темноту. Свет горел только в ванне.
Может, мне просто послышался ее голос, а?
И тогда же в коридоре снова раздался тихий женский смех, а певучий мужской голос горячим шепотом стал выводить какие-то французские вирши. Да ладно, блять! Он ей что, стихи читает?!
Меня моментально сдуло с кровати, и я приник к двери собственного номера, почти не дыша. Это была она — Элен Романова. И это она тихо смеялась, пока мужчина неразборчиво говорил на французском, постоянно прерываясь, как если бы ему требовались краткие мгновения на то, чтобы покрывать ее плечо и лицо поцелуями.
Пикнул электронный замок соседнего от меня номера. Хлопнула дверь. Все стихло.
Не могу в это поверить.
Она. Привела. Мужика!
Нет, ну не пиздец ли? Меня отшила, а сама решила дать какому-то левому хмырю!
И этот мудак окучивает ее своим проклятым французским, от которого у любой женщины иррационально подгибаются колени. И сейчас он в ее номере, наверное, уже закончил с сонетами и перешел к трусикам.
Влажным из-за меня трусикам!
И это на его плечах сегодня будут ее ноги.
Треснул кулаком по двери, так что член качнулся недовольным метрономом. Да, приятель. Я знаю, что ты ее осуждаешь, но не убивать же лягушатника?
Хотел уже отойти от двери, как вдруг громкий леденящий душу визг за мгновение выпотрошил и вывернул наизнанку. В ту же секунду схватил с двери ванной комнаты другое полотенце и вылетел в коридор.
А может, и убью.
  
Глава 5. Элен 
 
Сначала все было нормально.
Я даже решила, что Вселенная одумалась и вот-вот загладит свою вину передо мной за паршивые прошлые сутки. Никак иначе было не объяснить эту случайную встречу в здании миссии между этажами с тем самым Полем Анри.
Француз своей тактике соблазнения не изменял. После второго бокала холодного белого вина в итальянском ресторане на набережной, куда мы направились под ручку, он пересел ко мне ближе, чтобы шептать на ухо хриплым голосом стихи Бодлера, выводя восьмерки на моем плече.
И правда, зачем мужчине менять тактику, если она вполне рабочая?
Я самоотверженно прослушала три или четыре стихотворения, а после Поль стал частить и сбиваться. Видимо, выученный репертуар подходил к концу и дольше никто из женщин не ломался. Я не стала говорить, что на этот раз можно было бы обойтись вообще без Бодлера. Я бы ему все равно дала.
Тем не менее, было приятно купаться в мужском внимании. Поль был вежлив и галантен, то есть играл по всем правилам соблазнения и не сообщал мне с порога, например, как хорошо мои ноги будут смотреться на его плечах. Хотя все к тому и шло, в общем-то.
К моему разочарованию, при виде Поля мое сердце не выпрыгнуло из груди, а тело не отреагировало также стремительно, как на британца, повышая уровень влажности в трусиках, но предвкушение секса (а еще алкоголь) медленно, но верно все-таки делали свое дело.
Его легкие поцелуи в плечо и ненавязчивое поглаживание коленок подушечками пальцев хоть и не пробуждали во мне голодную тигрицу, готовую нагнуться прямо в ресторане, но хотя бы помогли расслабиться. Принять неизбежное.
Поль был удобен. Я знаю его, уже спала с ним и эта ночь ничего не испортит, даже с учетом того, что пришлось наступить на горло из-за табу о служебных романах. У нас нет и не будет отношений. Это будет просто приятный, надеюсь, обмен оргазмами, в котором я отчаянно нуждаюсь, и все. А значит, мне должно быть плевать, что бабочки в моем животе при виде Поля вместо того, чтобы порхать, решили дружно сдохнуть.