Хранитель ядов (СИ)
– Ошибка ваших людей. – Я покосилась на сияющего Джерара. Присутствие Мастера вдохновляло его даже больше, чем общение с юными прелестницами. – Аналогичный ответ последовал от меня и на вопрос вашего помощника.
– Было дело, – охотно подтвердил Джерар.
– Что ж, полагаю, вопросы задавать мне больше бессмысленно. – Я, криво улыбаясь, развела руками. – Корите своих людей. Ничего другого не остается.
– Корень «лунного стона».
У меня перехватило дыхание.
– Что?
– «Лунный стон». – Граф поднял руки, облаченные в темно-зеленые перчатки, и с любопытством оглядел их, будто видел в первый раз. – Эксклюзивная вещь. Не то растение, что можно встретить в лавках травников. Его слишком сложно добыть, а потому добровольцев не находится. Сами его добывали?
Я предпочла промолчать.
– Пересыхание слизистой носа, черный остаток в полости, надсадный кашель, кровавые сгустки, перемешанные с черной слюной, при отхаркивании. – Граф сложил руки одну на другую и побарабанил пальцами по запястью. – Лукка и его люди, несомненно, угостились дымом горящего «лунного стона». И как же это они умудрились его отыскать на пути к Роберту Сильва? Какая удача. Если, конечно, позабыть о побочных эффектах.
Капелька пота стекла по моему виску и впиталась в волосы. При первой встрече граф сказал моему отцу, что занимается врачеванием. Значит, это не было ложью. Он осмотрел того человека – Лукку? И его людей? И понял, что они отравились дымом «лунного стона»? Да кто он такой этот Хранитель ядов?!
– Кто вы, госпожа Сильва? Травник? Целитель? Рубежный торговец?
Я едва не расхохоталась. В то время как меня мучили вопросы по поводу графа, он задавался теми же вопросами относительно меня.
– А может, ведьма? – весело предположил Джерар.
Мои ноги едва не подкосились. О Первосоздатели, они же не станут втягивать сюда и Святую Инквизицию? С Организацией шутки плохи. Решат, что я ведьма, и мне конец.
– Мне не по нраву Святая Инквизиция, ты же знаешь, Джерар. – Граф поморщился.
– Всего лишь шутка, Мастер. – Настроение Джерара уже было ничем не испортить. – Тоже не перевариваю их воинов. В прошлый раз они перевернули все вверх дном в моей комнате. До сих пор не могу найти то кружевное белье, что презентовала мне на прощание милая леди Шаграль. Видать, эти скоты утащили с собой.
– Джерар, – граф тяжело вздохнул, – напомню тебе, что у нас в гостях дама. Веди себя прилично. И прошу, приведи себя наконец в порядок.
– Но я всего лишь ублажаю взор прелестной госпожи Сильва. Ведь она так и пожирает меня глазами. – Джерар подмигнул мне, распахнув края рубашки в последней демонстрации тела, и принялся застегивать пуговицы. Неловкое движение, пустая склянка выскользнула из его рук и покрыла пол зелеными осколками. – Ах, вот же черт его возьми! Намусорили мы с вами знатно, госпожа Сильва. Прибраться бы. Где же Вальтера носит? Обычно старикашка приносит сюда свои трухлявые кости, едва Мастер выйдет из своих покоев.
– Даже трухлявые кости необходимо выносить с достоинством.
Джерар подпрыгнул от неожиданности и оглянулся на человека, который появился за его спиной, словно призрак. Судя по всему, тени особняка подыгрывали не только графу.
– Вальтер! – В голосе Джерара проскользнула фальцетная нотка. – Ты меня напугал!
– И, как ни странно, это принесло мне несказанное удовольствие.
Говоривший обошел юношу и сдержанно поклонился графу. Тот ответил на приветствие таким же сдержанным кивком.
Аккуратно подстриженные усы и короткая поросль бороды мужчины имели оттенок девственно чистого снега. Длинные седые волосы были собраны в хвост. Глубоко посаженные глаза на узком лице блестели, как жемчужины в открытой раковине под лазурью ледяной воды. По коже бледных щек и лба проходила запутанная сеть морщин, но использовать в отношении этого человека определение «дряхлый» у меня бы просто не повернулся язык. Его осанке и походке мог бы позавидовать любой надменный юнец, а манера поворачивать к собеседнику голову, но при этом удерживать взгляд на чем-то ином, тем самым открыто и без всяких слов выказывая свое пренебрежение, непроизвольно вызвало у меня симпатию к нему. Хотя бы потому, что прямо сейчас Вальтер свое пренебрежение выказывал именно Джерару.
В одеянии же Вальтера прослеживалась некая уютная отстраненность. Поверх белой рубашки с широкими рукавами, оканчивающимися кружевными вставками на запястьях, был надет угольно-черный жилет под цвет брюк. За ворот жилета крепились очки с тонкой оправой. Одно стекло было цвета чистых прибрежных вод, который плавно переходил в насыщенный голубой оттенок у самой оправы. Второе стекло напрочь отсутствовало. В брюки вместо ремня была вдета тонкая серебристая цепь, на всем протяжении которой висели ключи самых разных размеров.
– Вальтер, что-то случилось?
По всей видимости, Вальтеру действительно не были свойственны задержки, раз даже граф проявил едва видимые признаки беспокойства.
– В покоях Джерара я обнаружил спящую девушку. По моим сведениям, эта особа является помощницей торговца сырами с центрального городского рынка. Сегодня утром она доставила в особняк заказанные накануне сыры. А затем оказалась в постели вашего помощника.
– Эй-эй, Вальтер. – Джерар панибратски похлопал мужчину по плечу. – Не мог бы ты добавить в рассказ больше эмоций, а то как будто про похождения разорителей могил по заброшенным кладбищам рассказываешь. Там могила, тут могила, а здесь… о труп!
– Джерар, – голос графа стал тише. – Тебе известны правила. Никаких посторонних в особняке быть не должно.
– Знаю, Мастер. – Юноша, не таясь, облизнулся, прожигая меня взглядом. – Но мой зов плоти столь велик.
– Так обуздай его, Джерар.
– Больше не повторится.
– Полагаюсь на твою честность. Вальтер, разбуди девушку и выведи ее через коридор прислуги.
– Уже исполнено, Мастер.
– Ох-ох-хох, – закряхтел Джерар и усмехнулся. – Какой исполнительный. Хоро-о-о-о-оший старикашка. Умница, господский песик. Тяв-тяв. Хочешь погрызть косточку?
– Не раньше, чем ты сумеешь удержать брюки застегнутыми в течение хотя бы одного часа, – сухо отозвался Вальтер, даже не посмотрев на наглеца.
– Придется прибегнуть к посторонней помощи. – Джерар огладил себя по бокам. – Мое сокровище, знаешь ли, так и рвется наружу, требуя ласки и внимания. Брюки – не слишком крепкое препятствие.
– Господа! – Граф Бланчефлеер скорбно покачал головой. – Буду премного благодарен, если вы воздержитесь от вульгарных замечаний в присутствии госпожи Сильва.
– Всенепременно, Мастер. – Вальтер послушно кивнул.
Джерар же, каверзно улыбаясь, помахал мне, и, когда я, недоуменно хмурясь, повернулась к нему, буквально прилип к боку Вальтера.
– Кстати, Сильва, – Джерар ткнул мужчину пальцем в грудь, – это наш дворецкий.
– Домоправитель, – поправил Вальтер.
– Один черт.
– Отнюдь. Не говоря уже о том, что звучит лучше.
«Мне все равно, – раздраженно подумала я, косясь на графа. – Это что, посиделки за чашкой чая? Что за атмосфера? Чувство, словно мне усыпляют бдительность».
– Нас прервали, госпожа Сильва. – Граф спрятал руки за спину, чуть наклонился вперед и выжидательно уставился на меня. – Однако я все еще изнемогаю от желания узнать о значении вашей роли во всей этой неразберихе.
– Она племянница Роберта, – сообщил Джерар и вновь затих, как послушное дитя, терпеливо ожидающее, когда отец закончит с делами и сможет с ним поиграть.
– Не знал, что у Сильва есть родственники. – Граф, задумавшись, возвел взор к потолку. – И Роберт даже поддерживал с ними связь? Что ж… вряд ли это помешает моим планам. Но о чем это я? Небольшие трудности у нас уже возникли благодаря вам, юная леди. Вмешаться в это дело вас попросил сам Роберт?
– Что? – Я открыла и закрыла рот, потрясенная предположением о том, что у отца могла возникнуть мысль избежать исполнения условий договора. А ведь он мог защитить Эстера. Хотя бы постараться. Это его обязанность как отца, в конце-то концов!