Клиентка по вызову (СИ)

— Совсем-совсем прошло? Совсем не боишься?
— А давай проверим? — с наглостью гопников старшее поколение зажало бедную Весту в углу, поставив перед ней планшет.
Аэрофобия есть? А если найду?
Ей последовательно проиграли ролик из авиасимулятора, видео с садящимся самолетом и даже кадры авиакатастрофы. И после каждого захода пристально вглядывались в лицо.
Веста сжимала зубы, вынужденно улыбалась, а золотистые веснушки удачно скрывали, как она бледнела на самом деле.
— Неприятная ты какая-то сегодня, Веста, — вынесли ей вердикт. — Отдай наши огурчики, иди к девчонкам своим.
Казалось бы — свобода?
Но кадровичка осталась в седле даже в такой безнадежной ситуации. Ведь начальников HR-отдела дьявол посылает на Землю, чтобы забрать у людей всю радость жизни.
— Ну и ладно, — подхватила она Весту под локоть. — Зачем, в самом деле, этим старушкам лететь? Им уже к земле привыкать пора, а не к небу. Ты молодец, да. Но, знаешь, в Египте одинокой женщине так опасно! Взяла бы кого-нибудь из мужчин!
Веста не успела открыть рот, а ее уже подтолкнули к программисту в свитере с оленем. У оленя был красный пластиковый нос и косоглазие.
— Мишенька, например, тоже любит Египет!
  
9. Веста и ее бегство
 
На танцполе играла какая-то то ли новогодняя, то ли рождественская медленная мелодия, и Весте пришлось согласиться, когда Мишенька протянул ей ладонь, приглашая на танец. Неудобно как-то было парня отталкивать, как будто он совсем противный.
— Любишь Египет? — вежливо спросила Веста, покачиваясь с едва уловимой амплитудой. Она положила ладони ему на плечи, и ткань свитера неприятно колола их, так что хотелось чесаться.
— Не очень. Бедуины эти немытые… дикари, — скривился Мишенька.
И сразу разонравился Весте.
Хотя не сказать, что до этого она его прямо любила.
— Это одна из самых древних цивилизаций… — попыталась она сказать, но Мишенька уже не слушал.
— Хочешь, я нажму кнопку, и у оленя загорится нос? — спросил он и полез куда-то за пазуху, выпустив Весту из рук.
Чего ей точно не хотелось — это лицезреть Мишенькин дряблый животик, который обнажился при этом действе, но об этом ее никто не спросил.
Зато очень удачно кончилась песня, и Веста, воскликнув: «Какая красота!», отпрыгнула от Мишеньки, у которого на свитере и правда светился олений нос.
Мишенька вообще-то был неплохим парнем. Всегда безропотно помогал подвинуть мебель и приносил кофе, если его попросить. Был вежливым и всегда в выглаженной рубашке. Но очень уж тоненько хихикал, когда играл в «Доту» за рабочим компом. И еще с ним была связана какая-то романтическая история, ходила в офис девушка с опухшим красным носом, пыталась прорваться через охрану.
Веста тогда еще удивилась, она была уверена, наверное, из-за смеха, что Мишенька не очень девушками интересуется.
В общем, героем, достойным второго билета из выигранной путевки, Мишенька не был. Несмотря на светящийся нос оленя.
Но кадровичка зорко следила за Вестиной потенциальной нравственностью в Египте и, стоило избавиться от оленя, сразу предложила замену:
— А вот еще Сережа отличный парень! — провозгласила она, цепляя Сережу за рукав.
Тот не был настолько оленем, насколько Мишенька, к приказам посторонних женщин не привык, поэтому сначала вырвался, потом смерил агрессоршу уничтожающим взглядом и только потом обратил внимание, на что его соблазняли.
— Сережа! Тут у нас Веста ищет, с кем лететь! — провозгласила несломленная кадровичка, тут же поднимая свои акции на несколько пунктов. — На Новый год! Одной же нельзя, а Весточке не с кем!
Веста в этот момент мгновенно вспыхнула алыми зорями. Спасибо, в мечущейся огнями полутьме и зеленоватой подсветке этого видно не было.
Сережа — серьезный, высокий, темноглазый, с темно-синей спортивной «Тойотой» — он нравился ей с самого первого дня в компании. Поэтому она только сильнее склонялась над клавиатурой, когда он проходил мимо, никогда не просила его поменять бутыль в кулере и, если видела, что он уже зашел в лифт, отворачивалась и делала вид, что совсем не спешит на свой этаж.
 
Короче, ни единого шанса привлечь его внимание у Весты не было, но сегодняшняя ее личная Купидонша сделала все за нее.
— Лететь? Куда? — Сережа поскреб свою сексуальную трехдневную щетину и с интересом посмотрел на Весту.
— В Египет же! Бесплатная путевка, а Веста…
— Путевка… — Сережа тщательно ощупал взглядом Вестины коленки, потом бедра, потом задержался на груди, и глаза его стали масляными.
Ей захотелось загородиться, спрятаться, укутаться — хоть в пуховик. Еще почему-то в душе росло возмущение. Да как он смеет вот так нагло, сально смотреть! Смотреть туда, где ее трепетно целовал мужчина с теплыми глазами — так благоговейно, словно возносил молитву и коленям ее, и бедрам, и груди… Особенно груди.
Липкий взгляд симпатичного ей когда-то Сережи словно стирал эти нежные отпечатки совсем других губ, и их стало до обидного жалко, захотелось закричать: «Прекрати! Прекрати!»
Пока Сережа решал, стоят ли его высочайшего внимания Вестины прелести или даже халявная поездка в Египет недостаточная плата, дело в свои руки взял Андрей, их менеджер по социальным сетям, высокий болтливый блондин, который никогда не упускал случая получить выгоду.
— Веста! — обрадовался он и сразу прошелся ладонями по всем местам, где пока Сережин взгляд только лениво скользил. — Тебя-то я и ищу! Разве ты не обещала мне танец?
— Обещала? — нахмурилась Веста, стараясь как-то незаметно освободиться, но тот лишь крепче прижал ее к своему твердому торсу.
— Тебе? — удивилась кадровичка.
— Конечно! — ответил он обеим, крутнул Весту, уводя из-под взгляда Сережи и потащил ее в центр толпы на танцполе. — Короче, так. Летим вдвоем, чемоданы легкие я привезу, закупимся масляными духами, бабы сейчас по ним текут, стоят копейки, продавать можно как люкс! — жарко зашептал он Весте на ухо, кружа ее в энергичном танце под заунывную «Jesus to a Child» из колонок. — Я тебе все места покажу, расскажу, жить будем вместе, тебе понравится, а если и ты мне понравишься, то с прибыли подарю айфончик. Устраивает?
Веста аж задохнулась от такой наглости.
— Нет, позволь, — тут их нагнал проснувшийся Сережа, в котором в свою очередь проснулся инстинкт охотника. — Девушка взывала о помощи ко мне! Веста, ведь мы вдвоем летим?
И руку Андрея на талии сменила рука Сережи, не менее наглая.
— Вест, а хочешь я тебе свитер с елочкой куплю, у нее гирлянда будет зажигаться? — вдруг откуда ни возьмись вынырнул Мишенька, подбадриваемый кадровичкой.
— Послушай, да не гляди ты на этого идиота, — продолжал гудеть на ухо Андрей. — Мне Ленка сказала, у него десять сантиметров в лучшие годы, поверь мне, я тебя не разочарую…
— Веста, я тебя подвезу, — настаивал в другое ухо Сережа.
Моргал лампочкой нос оленя, и Весте хотелось зажать уши и завизжать.
Но она была вежливой и скромной девушкой, поэтому только топнула ножкой и заявила:
— Ни с кем не полечу!
— Как так? — удивились все четверо хором. — Одна?!
— Не одна! У меня… — она судорожно искала, кого бы назвать. С папой? Глупо. С мамой? А как же без мужчин… Приплести айтишника Ваню, который честно надирался сидром в углу и не участвовал ни в борьбе за путевку, ни в охоте на поддатых юных продажниц?
На лице Андрея расплывалась понимающая ухмылка, в глазах Сережи разгоралось презрение и даже до Мишеньки доходило, какая легкая добыча эта глупая Веста.
— У меня жених есть! — в отчаянии соврала Веста.
 
— Да кто твой жених-то? — удивилась кадровичка. — Первый раз слышу. Когда успела?
— А вот сегодня и успела! — самозабвенно продолжала сочинять Веста. — Психолог, у которого я была. Любовь с первого взгляда! Искра, буря, безумие — и вот мы летим в предсвадебное путешествие в страну фараонов!
— Да врешь ты все! — ее, конечно, тут же раскрыли.