Кастелян (СИ)
На этот раз Снейп не стал ничего переспрашивать. Дослушал тираду до конца, помолчал, откинулся поудобнее и сказал:
— Рассказывайте. С начала.
Я посмотрел на дверь. Снейп это заметил.
— Время есть, не беспокойтесь. Судя по тому, что я увидел, Коновалу работать ещё долго.
— К…коновалу? — куда он меня привёл? Что-то номера на двери не видно.
— А вы думали, что регистрацией в Министерстве занимается специально выделенный человек? Вас слишком мало. Я имею в виду, тех ид… анимагов, что решили зарегистрироваться. Так и не понял, зачем вы это делаете.
— Я не собираюсь таиться. Форма слишком удобная. Да и… кто-то может узнать и шантажировать…
Снейп, конечно, понял, о чём и о ком речь. Быть может, даже слишком хорошо понял?
— Ладно. Об этом в другой раз. И не тряситесь вы так. У клиента, который сейчас в кабинете, иные проблемы. Коновал не только регистрирует, но вам это пока не грозит. Рассказывайте.
Успокаивает это его «пока». Я собрался с мыслями и достал «письмо счастья» — сохранённое для истории приглашение на учёбу в Хогвартс.
— Вот, — я передал его Снейпу. — Особый купаж. Сгорает неохотно, сильно чадит, половина дыма — в комнату. Не иначе как бодяжили из вторичного пластика.
— Поттер, выражайтесь нормально. Я не всегда понимаю ваш арго.
— Этого добра нам пришло полторы тонны.
— Да вы что! Взвешивали?
— У тёти Петуньи есть большой ларь для мешков с торфом, — я игнорировал его сарказм. — Летом пустует. Мы туда сваливали.
— Зачем? И что именно сваливали? Приглашения в Хогвартс?
Я вздохнул.
— Профессор, пользуясь вашими выражениями… Это непросто, но вы попробуйте, — я указал на конверт, игнорируя опасный огонёк в глазах. — Копии этого предмета. В большом количестве. В течение недели. Ларь почти заполнился. Понимаете?
Я отвернулся в сторону. Что ж ты злой такой? Сам задаёшь вопросы и не хочешь слушать ответов.
— Сжигать не получается. Выкидывать на помойку нельзя. Дядя Вернон хотел, но тётя Петуния сказала, что *они* будут очень недовольны, если кто-то найдёт хоть одно.
Снейп молчал, осматривая листы послания.
— А ещё совы, — продолжил я. — Каждое письмо приносит сова. Сотни сов в час. Закидывают, садятся передохнуть… Все крыши, деревья, ограды в округе были оккупированы совами. Загадили селитрой капитально. И письма, находящие любую щель, чтобы влететь в дом и шлёпнуть тебя по лицу.
— Столь серьёзное нарушение Статута…
— Соседей будто кто-то заколдовал. Никто ничего не замечал, и это добавляло жути. Хотя, почему «будто»…
— Что за «Чулан под лестницей»? — Снейп изучал конверт.
— Я долго над этим думал. Обычно, к адресу «Тисовая, 4» вы не добавляете «второе окно от кухни». Вероятнее всего, «они» хотели показать, что знают то, чего даже соседи не знают. Говорю же, почтовый террор.
— Что знают? Какое отношение к вам имеет некий «Чулан под лестницей»?
— Не берите в голову. Там нормально, к тому же потом меня переселили в комнату. Мой кузен и мои выбросы — вот в чём была главная проблема. Ну и то, что… неважно. Мы так до Хагрида сегодня и не дойдём.
Моих опекунов кто-то заставлял держать у себя ребёнка-мага. Людей, панически боящихся магии, принуждали держать рядом с собой ходячую бомбу. Отдать в приют? Забудьте, черви, ведь тогда о выбросах узнает слишком много непричастных, а это лишняя работа для нас. Отдать меня магам? Вот здесь не знаю, почему так не сделали. Есть ли у магов приюты для сирот-магов?
— В Британии — нет, — ответил Снейп. Видимо, этот вопрос я задал вслух. — Сирот забирают родственники. Но война многое изменила.
Он помолчал.
— Петуния, значит. И цветы любит. Ладно, что там с Хагридом?
— Да, Хагрид… У нас нормальный район, днём работают, ночью спят. Он вломился аккуратно в полночь. Грохнул пару раз, выбил дверь…
— Не понял. Куда вломился?
— К нам домой.
— Зачем?
Я молча смотрел на Снейпа. Эта его манера переспрашивать… Да откуда я знаю, зачем?
— Хорошо. Он вломился. Как он это объяснил? «Отдайте Поттера, я знаю, вы прячете его в чулане»?
— «Здравствуй, Гарри. С днём рождения! Я помню тебя совсем маленьким. Может, чайку? — Спасибо за оперативность, мистер. Чаёк до утра потерпеть не может?
— Дык, я ж письмо тебе принёс. — Ещё раз спасибо, ящик для спама переполнен.
— Тебе ж, наверное, не сказали… Вы что, ничего ему не сказали? — Основное я знаю сам, подробности потерпят до утра.
— Тогда нам нужно в магазины… — Именно в полночь? Они открыты?
— Да нет же, давай чайку, и я у вас заночую…»
— Поттер, что за бред вы несёте?
— Он остался у нас на ночь. Выпроводить его возможности не было.
Снейп вздохнул.
— Трудно понять логику произошедшего по рассказу, сделанному в вашей манере. Раз уж вы видели больше, у вас есть предположения?
— Только очень шаткие. Он отрабатывал порученную ему сцену не в том месте. А импровизировать не умеет.
— Что?
— Говорю же, звучит безумно. Скажите, есть возможность… трансгрессировать не на место, а к другому магу?
— Вы полагаете… Напрямую — нет. Из косвенного и не требующего особых затрат — использовать домовика или аппарировать на маяк, принесённый почтовой совой. Если другой маг не защищается, конечно.
— За два дня до визита Хагрида дядя Вернон задумал бежать из дома. С нами и минимумом вещей. Интенсивность потока писем усиливалась, он просто не выдержал. Мне пришлось раскрыться, сказать, что я читал послание, что их не виню, и что если нас травят целенаправленно, то скрыться от мага может только другой маг, специально обученный.
— И он решил остаться.
— Верно. Это почему-то не отследили. Хагрид был проинструктирован для другой ситуации: он появляется в глухом углу, вламывается к прячущимся тиранам, раскрывает мне правду о происхождении…
— Очень натянуто. Уровень интриг, обычный для… в общем, не тот это уровень.
— Другой версии у меня нет. Я вообще не понимаю, зачем такие сложности. Послали бы ко мне Спраут — и я был бы их полностью, со всеми потрохами. Столько тепла…
— Чтобы вы попали на Хаффлпафф?
— Не попал бы я на Хаффлпафф, — буркнул я. Не попал же я на Рэйвенкло.
— Ну да… куда ж ещё может попасть человек с вашей фамилией, — сказал Снейп несколько раздражённо. Поднялся с лавки и прошёлся туда-сюда. Вот чего он опять разозлился?
— На колдографии в «Пророке» вы в очках.
— Хагрид заставил надеть. «Гарри, не надо портить зрение, одень очки. Где они? А если найду»? Применил какое-то недоученное «Акцио», вытащил из-под шкафа в прихожей… Столько лет они там валялись, я уж и забыл.
Да. День, разделивший мою жизнь на «до» и «после». Если не считать смерти родителей, конечно. Но там я ничего не помню, а здесь… Я поёжился.
— Разве в очках вы видите лучше?
— Хуже. Первую часть нашего похода я вообще почти не видел. Какой-то грязный паб, какие-то люди жмут руки… Где-то здесь меня и сфотографировали, наверное. Потом была мутная история в банке.
На самом деле, я был не настолько слеп. Второе зрение позволяло ориентироваться среди людей и зданий, насыщенных магией. Сегодня я придумал бы что-то ещё: незаметно выдавил стёкла, или сформировал поверх них нейтрализующую линзу из… да хоть из агуаменти-воды. Но месяц назад я почти ничего из этого не умел. Колдовать на ходу, например.
— Что за история? Гоблины не желали принимать ключ?
— Всё они приняли. Похоже, моего присутствия вообще не требовалось, а те деньги можно смело списывать.
Если они вообще мои, добавил я про себя. По крайней мере, на следующий день я вернулся в Гринготтс и возместил всё, взятое накануне из «Сейфа Поттеров», с небольшой добавкой. Не хотелось бы оказаться должником непонятно кого с набежавшими процентами. Мало ли что мне в уши льют о владельце хранилища? Бумаг я не видел, остальное ничтожно.
Стоило мне компенсировать взятое, и там, прямо у стойки в общем зале, ко мне подошёл «поверенный рода Поттеров», непререкаемым тоном «пригласил» в кабинет и, с целью подтверждения личности для дальнейшего конфиденциального разговора, предложил пройти «проверку», добровольно «заполнив своей кровью эту чашу» литра на полтора. Был вежливо послан. Потом невежливо. Потом, стоя в прицелах жезлов вызванной охраны, я ледяным тоном уведомил, что если прямо сейчас покину банк, то очень навсегда.