Ник и другие я (СИ)
– Ого, – только и сказала Ник, выходя из-под душа. Она посмотрела на насторожившегося мужа, заметила его голодный, темный взгляд и смилостивилась, спешно заворачиваясь в полотенце.
– И я теперь готовлю ему месть. – немного злорадно сказал Лин.
Ник вздрогнула, другим полотенцем вытирая волосы:
– Подожди, это же Брендон у нас мстительный, а ты…
– Я теперь тоже, – хмыкнул Линдро. Он притянул Ник к себе, прижимаясь щекой к мокрым, взъерошенным волосам. – Ники… А ты знаешь, что я болван?
Она прошептала ему в шею, осторожно прикусывая теплую, пропахшую пряным деревом кожу:
– Откуда столько самокритики?
– Днем звонила Ма. Очень недовольная Ма.
Ник резко подалась в сторону, упираясь ладонями Линдро в грудь:
– Чем хочешь поклянусь – я с Анной не ругалась, когда забирала Диего. Честно-честно-честно.
Лин грустно улыбнулся:
– Дело не в тебе… Я забыл о наших первых годовщинах, о чем мне и поведала Ма.
– Ой, – вздрогнула Ник. – А ведь я тоже забыла! И ничего тебе не приготовила. Ни на первую встречу, ни на вторую, ни на отъезд… Вот же… Простииии…
Он фыркнул, снова притягивая её в объятья:
– Кажется, это моя прерогатива была просить прощения.
– Но я-то тоже забыла, – напомнила Ник. – Так что квиты.
– В одном я точно уверен – настоящую годовщину мы с тобой ни за что не забудем.
Ник счастливо потерлась носом о грудь Лина и заметила:
– Новый год мы точно никак не пропустим. – Она не выдержала и вновь поцеловала Линдро в шею у самой ключицы. Да гори оно все синим пламенем, она тоже соскучилась, она тоже уже не может без него, она имеет право на легкое безумство… Она скинула полотенце и потянула вверх его футболку. Лин сопротивлялся недолго. Ровно до того момента, так она прикусила его мочку уха.
Только когда они вдвоем с Линдро вернулись к костру, где продолжали отдыхать и болтать ни о чем парни с девушками-техниками, Ник поняла, почему Лин при расспросах о Диего волновался. Диего, действительно, спал. На руках у Рика – кажется, тот в предвкушении свадьбы готовился и к роли будущего отца. Только вот выглядел Диего не совсем обычно… Вместо простого ребенка в кружевном одеяле спал… Наверное, все же лилигренок. Яркий, оранжевый, пушистый, довольный жизнью лилигренок.
– Да рогатые ор… – не сдержалась Ник от неожиданности.
– Шшш! – дружно зашикали на неё со всех сторон, и Ник тут же заткнулась – Диего вместо сирены можно использовать, голос у него тот еще.
Рик прошептал:
– Он спит, не буди лихо!
– Что вы с ним сделали?! – возмущенным шепотом сказала Ник.
Ответил ей Ульв:
– Мы – ничего. Видимо, он замерз и решил так согреться.
Лин, садясь на свое место у костра, притянул к себе за руку Ник. Сидевший рядом Жердь, уже успевший подняться из Колыбели и даже переодеться после задания, накинул на плечи Ник плед.
– Но… – вздохнула она. – Полный же оборот не бывает так рано…
Ульв хмыкнул:
– Тебе зеркало дать?
– Зачем?
– Затем, что посмотришь в зеркало и вспомнишь, что сама такая – мелкое невозможное чудо… И не стоит волноваться – Диего согреется и обратно обернется. Никуда не денется. Но поварам на камбузе я уже отдал распоряжение – паровые котлеты специально для Диего они будут готовить – без специй и соли.
Ник зажмурилась, вспоминая оговорку Лина: «Накормлен и напоен!».
Ульв заметил её гримасу:
– Не бойся, я проверял – зубов у него более чем предостаточно.
Лин притянул Ник к себе в объятья:
– Не бурчи. Ульв знает, что делает. Все будет хорошо.
Она лишь вздохнула. Лин оценил глубину её вздоха и прошептал:
– И в качестве извинений, я с тобой полетаю. Вот закончим все тут, и сразу же полетаю. Хорошо?
Она опять, но уже счастливо вздохнула:
– Хорошо. Я просто одна боюсь летать…
– Ясно. Будем летать вместе и вместе бояться.
Он взял с бревна свой планшет, который бросил тут, когда увидел возвращение Ник, и вновь погрузился в работу. Ник одним глазком заглянула в планшет. Там привычно были фотографии нежити, каких-то повреждений, снимки места преступления…
– Это я месть для Джека готовлю, – подсказал Лин, потирая шрам на виске.
Рик в который раз напомнил:
– Да не сработает это, Лин. Второй округ отмахнется только от наших бумаг. Ну, фото пострадавших – так нежить же, ну, признательные показания – так выбили же на допросе! Лин, что ты как маленький иногда…
Лин указательным пальцем постучал по экрану планшета:
– А я это не только администрации округа отправлю. Я это и своим братьям отошлю – пусть посмотрят, может, кто решит, что пора прекращать ломать психику молодым львам, пора прекращать безнаказанность.
Ник встрепенулась:
– Братья? У тебя есть братья? – заметив удивленные взгляды окружающих, она виновато поправилась: – ну да, почему бы у тебя не быть братьям.
Лин с грустной улыбкой поправил ей ползшую на глаза челку:
– У меня их десять, Ники. Десять из тех, кто достаточно силен, чтобы взять власть в прайде в свои руки. Одного из них ты даже видела – Кайо Эрреро, правда, тогда его не представили...
Ник нахмурилась, вспоминая:
– Подожди, это тот недовольный парень, который стоял за спиной Эрреро, когда он пытался угрожать мне? Я думала, он охранник…
– Недовольный? – переспросил Лин.
– Однозначно – тот парень был очень недоволен действиями Эрреро, я тогда еще подумала, что, может, в прайде само все решится.
Лин снова потер старый шрам на виске:
– Кайо, значит… Забавно… – он решительно стер с экрана девять почтовых адресов, оставив только адрес Кайо. – Что ж, попробуем. Не сработает с ним – возьму отпуск. И не надо так меня всем сверлить глазами – никому из вас внезапный отпуск не грозит. Эрреро – моя ошибка, и мне исправлять. – Он скосил глаза на Ник: – и нет, малыш, твой просящий взгляд тоже не сработает.
Рик скупо выдавил из себя:
– Еть… Я все же ставлю на доходягу – именно он приструнит прайд, а никак не Кайо. Тот давно бы приструнил, если бы хотел. Вот так-то, Лин! – он осторожно переложил спящего Диего в переноску.
Лин снова погрузился в планшет, что-то там отмечая, пролистывая, делая какие-то заметки… Ник откровенно засыпала, привалившись к теплому, удобному боку – усталость после вылазки брала свое. Кто-то уходил от костра, кто-то приходил, а Ник спала… Лин же продолжал работать. На него слишком многое свалилось. Слишком много бумажной работы, слишком много кабинетных дел, когда он, наоборот, привык к движению и свободе. Хорошо еще, что у дела с Колыбелью был высший приоритет, так что вместо Лина в Либорайо отдувался за все Парра, внезапно оказавшийся замом Росси. Он формировал новые команды, следил за отбором экспертов и набором медиков, за формированием материальной базы и расселением нового персонала… Ульву достался весь медицинский отдел, Мика возглавлял технический, Энни командовала техниками, Жердь отмахался от всех повышений, оставаясь просто бойцом. Рику достанется отдел в Алисо. Ворону… Если он, конечно, вернется, придется смиряться с тем, что его штурм-отряд сформировали без его ведома. Лин вновь потер висок. Оставалось меньше сорока часов, когда с Софи Клауд или снимут неприкосновенность, или… Не снимут, и тогда Лину самому придется уходить в бега, спасая семью. Мика клятвенно заверял, что у него с Умником и Гением все под контролем. Знать бы еще, чье сознание они запихали в тело бывшего Тамиора? И чем это поможет Закату? Мика говорил, что это будет сродни чуду, которое как раз и просил Закат.
Глава 55 Зачем мне небо без тебя?
Ви, сидя на водительском месте в машине, судорожно сжимала и разжимала… Когти. Огромные волчьи когти. Только зачем ей это, если Ворон…
Она сжала зубы, но хриплый вой все равно прорывался через скованное болью горло. Вот зачем ей вернувшийся полиморфизм такой ценой?! Почему с ней всегда все не так… Она закрыла глаза и заставила себя вновь стать вампиром. Снова обычным, прокля́тым хомофилом. Ви открыла глаза – рука послушно изменилась, а вот Ворон нет. Он так и продолжал лежать на переднем сиденье автомобиля бледный, неподвижный, но еще живой. И ведь она помнила предупреждение Дайо – никогда не связываться с простыми вампирами, держаться от них подальше, только не удержалась – слишком была голодна, а Ворон был слишком настойчив. И зачем она согласилась!? И почему он не оттолкнул, когда уже понимал, что она убивает его, не в силах остановиться?