Высота в милю (ЛП)
Его глаза полны беспокойства и озабоченности, но в них нет осуждения.
Иронично, на самом деле, в том, что его старый приятель по колледжу здесь и обошелся со мной в десять раз хуже, чем Зандерс когда-либо обращался со мной. Но Райан не знает, как Бретт относился ко мне, точно так же, как не знает, что Зандерс относится ко мне, как будто я важна.
— Я люблю тебя, и беспокоюсь, вот и все, — Райан одаривает меня извиняющейся улыбкой, прежде чем закинуть руку мне на плечи.
И это маленькое напоминание о том, что он беспокоится, наталкивает меня на мысль, что, возможно, я тоже должна беспокоиться. То, что я чувствую или пытаюсь не чувствовать, это именно то, что я обещала себе не делать после того, как у нас с Бреттом все закончилось. А именно — чувствовать что-то к другому спортсмену, особенно к тому, кто находится в центре внимания так часто, как Зандерс.
— Извините, что прерываю. — Великолепная, высокая женщина подходит к моему брату, становясь очень близко и ни капли не заботясь о моем пространстве. — Но я хотела бы представиться.
Она встает между мной и Райаном, спиной к моему лицу.
Господи. Может, ей стоит наклеить себе на лоб надпись «охотница за спортсменом»?
— Я Рейчел.
— Райан. — Мой брат протягивает руку, чтобы пожать ее, но она задерживает хватку чуть дольше, чем нужно.
Эта сучка Рейчел оглядывается через плечо, ее глаза встречаются с моими, затем снова сканирует толпу, как будто ее могут поймать на том, что она здесь.
— Я знаю, кто ты, — она снова поворачивается к Райану. — Я видела тебя на нескольких городских мероприятиях, и мне всегда хотелось представиться.
— Что ж, приятно познакомиться.
— Мне тоже, — Рейчел откидывает волосы на плечо и бьет меня ими по лицу. — Я буду здесь всю ночь, так что найди меня.
Она уходит, но оглядывается, подмигивая моему брату.
— Ни в коем случае.
Райан смеется.
— Значит, тебе можно спать с людьми, которые мне не нравятся, а мне нельзя?
— Мы не… не важно. — Райан не захочет этого слышать. — А эта цыпочка… просто нет.
— Просто взбесила тебя. Мне и так хорошо, — Райан поворачивается, опираясь предплечьями на высокий стол и чокаясь своим бокалом о мой. — Мы должны заключить договор близнецов, по которому никто из нас не ходит на свидания.
— Ха-ха. Забавно. Это говорит парень, который не ходит на свидания.
Его глаза сверкают озорством, прежде чем он подносит пиво к губам.
— И мы тоже не ходим на свидания, чтобы ты знал. Зандерс и я.
— Так что же вы тогда делаете? Потому что для меня это звучит так, будто самый большой придурок в городе мутит с моей сестрой.
Я не знаю, как на это ответить, но прежде чем успеваю попытаться, Мэддисон подходит к нашему столику.
— Привет, — улыбается Мэддисон, его рука переплетена с рукой его жены.
— Привет, Стиви, — добавляет Логан, слегка помахав рукой.
— Привет, ребята. Логан, ты прекрасно выглядишь. Зеленый — твой цвет.
— Могу сказать то же самое о тебе и синем. Ты отлично выглядишь. Вы двое хорошо проводите время?
— Да. Это место потрясающее.
Мэддисон и Логан переводят взгляды с Райана на меня, прежде чем я осознаю, что они не были представлены друг другу. Это странно. Обычно все знают моего брата, а я — сестра, которая ходит за ним по пятам.
— О, простите, — я поворачиваюсь к Райану. — Райан, это Мэддисон, он капитан команды «Рэпторс», а это Логан, — показываю на красавцу с рыжими волосами. — Они живут в нашем здании. А это мой брат, Райан Шей.
Щеки Логан приобретают легкий оттенок розового.
— Я собиралась подойти и притвориться, что не знаю, кто ты, но на самом деле я твоя большая поклонница.
Райан смеется.
— Ты замужем за капитаном лучшей хоккейной команды в лиге на данный момент, и ты моя фанатка?
— Вот же хрень, да? — добавляет Мэддисон с сарказмом.
— Не поймите меня неправильно, — начинает Логан. — Сейчас я фанатка хоккея, но баскетбол — моя первая любовь.
Райан чокается своим бокалом с фужером для шампанского Логан.
— Это мой тип людей.
— Ну, мы хотели подойти и поблагодарить вас, ребята, за то, что пришли, — вмешивается Мэддисон. — И Райан, я видел, что ты пожертвовал семейные билеты и индивидуальное занятие с тренером на тихий аукцион10. Это круто, чувак, спасибо.
— Конечно. Рад, что смог помочь. Этот фонд, который ты создал, чертовски крут.
— Ну, вообще-то, не только я…
Кто-то прерывает Мэддисона на полуслове, шепча ему на ухо.
— Мой выход, — говорит Мэддисон. — Сейчас вернусь, детка, — он целует свою жену, а затем следует за человеком, который его прервал.
— Удачи! — кричит Логан, обходя стол и вставая рядом со мной, и мы обе смотрим на сцену, куда направляется Мэддисон.
— Шей! — зовет Дом из бара.
Райан стучит меня по плечу.
— Я отойду? — я киваю в ответ. — Приятно познакомиться, Логан.
— Мне тоже, — говорит она, прежде чем мой брат уходит общаться со своими товарищами по команде.
Мэддисон выходит на сцену вместе с парнем, который увлек его за собой.
— Кто это? — спрашиваю я Логан, нас осталось только двое за высоким столом, менее чем в десяти футах от сцены.
— Это Рич, — Логан закатывает глаза. — Он менеджер Илая и Зи, и он самый худший. Я имею в виду, он сделал парням кучу денег, но морально я не его фанат.
Наблюдая, как Зандерс выходит на сцену с Мэддисоном, я в замешательстве хмурю брови.
— Что происходит?
— О, они собираются выступить с приветственной речью и поблагодарить всех за то, что пришли.
— И Зандерс тоже?
— Конечно, — Логан слегка смеется. — Он — половина «Активных умов». Он и Илай основали фонд вместе четыре года назад.
Мой рот слегка приоткрывается.
— Что? — Мой взгляд прикован к красивому мужчине на сцене, пока он готовится у микрофона.
— Ты не знала? Он не сказал тебе?
Качая головой, я отвечаю Логан «нет».
— Именно Зи привел Илая на терапию, когда мы учились в колледже, и он очень любит помогать детям найти поддержку, в которой они нуждаются. Если бы не Зи, не знаю, был бы Илай таким, какой он сейчас.
Блядь.
Блядь. Блядь. Блядь.
Я не готова узнать эту сторону Зандерса. Я уже борюсь со своими чувствами. Мне не нужно знать, что он полностью осознает себя и является активистом, когда дело касается психического здоровья.
Во рту пересохло, когда я пытаюсь сглотнуть, поэтому допиваю остатки пива, нуждаясь не только в жидкости, но и в мужестве.
— Люди встречают его или слышат о нем в таблоидах или новостях, и им кажется, что они его знают, — продолжает Логан. — Они думают, что им нужно его изменить. Женщины пытаются изменить его. Люди предполагают, что ему нужно какое-то огромное развитие как личности, но правда в том, что Зи — удивительный парень, и всегда таким был. Он наш лучший друг, относится к нашим детям как к своим собственным, и он очень заботливый. Зи очень любит и заботится о своих близких людях так, что другим и не снилось. Так что в нем нет ничего, что нужно менять. Ему просто нужно, чтобы кто-то принял его таким, какой он есть, и оценил его заслуги. Зи всегда будет высокомерным, непримиримым и чертовски прямолинейным, но именно это делает его таким, какой он есть. Ему просто нужно, чтобы кто-то увидел, кто он есть, и принял его.
Мой взгляд остается приклеенными к сцене, пока Мэддисон и Зандерс подходят к авансцене, но мое сердце бьется со скоростью мили в минуту.
— Ему так же нужен кто-то, кто защитит его.
«Не моргай. Не моргай. Не моргай».
В уголках моих глаз образовалось немного влаги, но я не знаю почему. Я просто чувствую себя потрясенной в этот момент, узнавая о значительной части того, кем является Зандерс.
Единственная вещь, в которой я нахожу утешение, когда речь заходит о Зандерсе, это его неспособность лгать. Мне лгали больше раз, чем я хотела бы признать, но с Зандерсом я чувствовала себя совершенно свободно, зная, что парень скажет именно то, что у него на уме. Но вот он лжет о том, кто он есть, и независимо от того, что делает он это, чтобы скрыть удивительную часть своей жизни, это неожиданным образом выбивает меня из колеи.