Гильдия Злодеев. Том 5 (СИ)
— Именем Его Преосвященства Мейра Второго. Простолюдин Римус Супермен, вы подозреваетесь в нарушении святых законов Аббатства и свершении тяжких преступлений, а именно: убийства, грабежа, некромантии, шпионажа и использовании магии высшего порядка. Вы будете задержаны до выяснения всех обстоятельств ваших возможных преступлений. Ваш разум и тело будут подвергнуты испытаниям правды. Ваше имущество будет конфисковано, а слуги задержаны до выяснения всех обстоятельств. В случае немедленного признания своей вины и раскаяния в грехах вы будете подвергнуты очищающей каре огнем уже в омертвлённом виде. В случае отказа — в живом. Вы сознаётесь в выдвинутых обвинениях?
Глава 8
Ну вот, как-то так.
Одно радует: перед тем как меня загребли, я успел шепнуть директору маленькую просьбу. Помочь моим слинять от инквизиции. Ведь раз Торн и Лия посещали меня, значит до них не добрались. Ваш Кэп. То есть ваш Ден.
Директор похихикал и сказал, что должок платежами красен. Мол, он прямо помогать не будет, но шепнёт моим о надвигающейся опасности и подскажет, где можно ненадолго спрятаться.
Я надеюсь, что директор успел. А ещё на Торна и Альдавира. Эти двое точно не дали бы застать себя врасплох.
Вздыхаю, сидя на упругом орочьем заде. Почему на орочьем? Инквизиторы запихнули меня в клетку с двумя орками. Дурдом? Я бы тоже так подумал, но кто-то, похоже, решил, что неплохо бы оценить способности Римуса Супермена. Почему-то они были уверены, что два злобных и зелёных бугая не станут мне помехой и что до допроса я доживу. Ну и оказались правы. Так бы я не стал махать кулаками, а тут пришлось…
Двое инквизиторов с серьёзными минами наблюдали, как я калечу засранцев, решивших показать мне, кто главный в клетке.
Показали, ага. Теперь похрюкивают с фингалами. Сильно я их не калечил: чёт жалко стало. Выглядят они грозно, но что-то есть в них такое… Это как обижать даунёнка-переростка.
Формально орки считаются монстрами и нечистью, но не зря же весь мир так старается подлизаться к обитателям Гурум-Хупа. Например, эти двое были охранниками одного сатира — представителя самого влиятельного стада. Они малость погорячились в местном развлекательном заведении, нажрались, не оплатили и начали буянить. Так и оказались за решёткой.
К сожалению, открытие даже третьих врат не помогло справиться с засранцами, которые, к слову, были настроены крайне враждебно и хотели порвать меня пополам. Пришлось показать и им и инквизиторам свои таланты, применив ускоренное время. Плохо, но что поделать.
Куда же пропал этот обормот Костя? Без привычного бубнежа в голове уже как-то… не то. Подсел я на Костю… э-э-э… фу.
— Ну что, товарищи гастарбайтеры? — Шлёпаю по зелёной спине. — Сами нарвались. Надо было вливаться в цивилизацию.
Орки — те ещё красавцы. Огромные, под два метра, а шириной ненамного меньше, чем в длину. Нижние выпирающие клыки, носы картошкой, шрамы, татуировки, кольца в бровях и ушах. А уж силищи в них… кулаком выбил камень из стене. Даже сомневаюсь, сам я справился или их просто укачало, пока они вертелись, пытаясь меня поймать?
И вообще! Где мой суд? Почему я тут? Я что, в следственном изоляторе?
Из предъявленных мне обвинений я понял одно: меня вовсе не обвиняют, а пока подозревают и запугивают. Сознался под страхом сожжения живьём — молодец, сэкономил следствию кучу времени, держи печеньку и всё равно гори на костре, но вроде как уже мёртвым. Но я человек не из пугливых, а обвинений в своём мире пережил много…
Так что я отказался признавать вину. И ладно бы они меня обвини только в использование магии высшего порядка. Но некромантия? Грабёж? Глупость какая. Это точно не про меня…
Однако в голове сигнализирует тревожный звоночек. Откуда инквизиторы узнали? Неужели признали во мне Армза? А ведь грим Лии просто шикарен. Она способна одного человека превратить в другого — вблизи не увидишь разницы. Я уж не говорю про то, что даже повадки свои менял и голос.
Второй орк издаёт не самый приятный звук непонятно каким отверстием, открывает глаза, с рыком встаёт, но бьётся головой о низкий потолок, снова падает, опять храпит.
Вздёргиваю бровь.
— Оу… а вы не очень умные парни, да?
Кстати, одеты они в кожу и мех, как аборигены. При себе у них ничего нет, что неудивительно: мы в тюрьме. А вот у меня ничего не было с момента, как меня обнаружили обугленным. Даже золота. Либо кто-то обокрал, либо… Костя стащил всё в анклав перед тем, как пропасть.
Эх, если бы у меня был катализатор, выбрался бы отсюда за секунду и вскоре орёл уносил бы меня подальше от этой безумной страны.
Чувствую себя каким-то неполноценным… Или же… Если посмотреть с другой стороны… Я не остался ни с чем. Костя неосознанно поделился со мной парочкой трюков.
Надо попробовать…
Выковыриваю из памяти всё, что делал Костя. Эфир разливается по конечностям. Это непросто, но… возможно. Чёрт, обязательно произносить вслух? Не знаю почему, но так и правда легче.
— Техника обители бледной зимы…
Чёрный эфир бурлит, становится прохладнее, и я резко прерываю плетение. Ну нафиг, оставим эту уберштуку на крайний случай.
Поразительно… Кто бы знал, что древняя магия настолько сложнее и одновременно проще той, которой обучают сейчас в академии. Надо просто вот так, потом вот тут, здесь, жмык… тьфу ты. Это вообще не объяснить. А сделать легко, но только если сделал хоть раз раньше. Такой вот каламбур и главная сложность одновременно.
— Слезть…
— О, очнулся. — Я пересаживаюсь с зашевелившегося орка на скамью. — Если будешь барагозить, ляжешь обратно. Всё ясно?
— Ясно. — Орк встаёт, потирая зад. Ох, у него зрачки стали смотреть в разные стороны. — Ты сильный. Сильней, чем я. Бить, я падать.
— Эм, ну да, так оно и было.
— Жрать есть? Хотели тебя жрать, но ты не дать.
— Меня?
— Пять дней не жрать. Думать: тебя нам отдать, чтобы пожрать. Но ты нас сам жрать, да? Бить и жрать. — Он зачем-то щупает себя в области паха. — Нет, не жрать. Хорошо…
Пять дней? Даже животных и то кормят, а эти хоть и близки к ним, но всё же разумны. Что-то жёстко инквизиция карает за пьяный дебош. Попахивает расизмом.
— Еды у меня нет.
— Нет? Как нет? Нет… — Орк вздыхает, как паровоз. — Как звать?
— Римус.
— Вкусный имя. Моя имя — Бум, а тот брат — его имя Бо.
— Бум и Бо. Ага, ясно. Красивые имена.
— Тоже так думать? Имя красивый. А твой имя — дерьмо. Длинный имя. Сложный.
— Вот как. Поэтому твоё имя длиннее, чем у брата, на одну букву?
Судя по тому, как стал пыхтеть орк, я задел его за живое. Хмыкаю, примирительно поднимаю руки:
— Но твоё мне нравится НАМНОГО больше.
Вроде помогло. Орк садится рядом, чуть не проломив задом каменную лавку.
— За что тебя сажать в клетка? Тоже «эльф — бутылка — жопа»?
Морщусь, но всё же не выдерживаю, слегка улыбаюсь. Я ж говорил — переростки-дурачки. В чём-то книги не врали. Говорят, орков осталось не так уж и много именно поэтому. Почти что вымирающая раса. Гоблинов и всякой другой нечисти — намного больше.
— Даже не хочу знать, за что вас сюда посадили.
Может, и правда заслуженно?
— Эльф — говно. Мы его не трогать, а он говорить говно про Орду.
— Надо было ему культурно объяснить, что он неправ. А вы… бутылкой. Так же не делается.
— Я сказать. Говорить, что эльф — говно. Не помогло.
— Странно, почему бы…
— Я тоже так считать. Если эльф — говно, то почему эльф обижаться?
— Действительно…
— А ты умный. Жрать тебя нельзя. Думали можно. Думали — еда. А ты не еда.
— Спасибо за похвалу, Бум. Она бесценна.
Вот так и познакомился и побеседовал с Бумом и Бо! Точнее, только с Бумом. Бо оказался молчаливым малым и лишь иногда кивал и булькал.
Как там мне рассказал Бум?
«Бо не иметь язык. Кушать быстро, когда мелким быть. Откусить, сжевать свой язык. Говорить, что его язык — самый вкусный. Теперь он любит все языки. Но другие не такие вкусный».