Михаил Гущин. Ростовская академия
Выйдя на крыльцо, я неожиданно для себя увидел Ведагора, стоявшего у калитки. Похоже, волхв пришел попрощаться. Казалось бы, за последние лет десять я его и видел всего-то пару раз, а все равно приятно. Хоть кто-то в этом мире волнуется за тебя.
– Едешь, значит, – заметил старик и похлопал меня по плечу. – Оно и верно, ты молодой, нужно стремиться ввысь.
– Думаете, справлюсь? – решил поинтересоваться у него, хотя сам уже точно знал – справлюсь и не обсуждается.
– Смотря какую цель ты себе поставил, – старик хитро сощурился и посмотрел на меня. – В любом случае, желаю тебе успеха. За последние годы тебе пришлось пережить много лишений…
– Вся наша жизнь состоит из успехов и неудач, но я не собираюсь сдаваться. Если вешать нос из-за каждого поражения, тогда не будет места победам.
– А ты повзрослел! – Ведагор нашел в себе силы улыбнуться. – Не знай я тебя раньше, решил бы, что ты вовсе не тот мальчишка, который бегал здесь и швырялся зелеными яблоками в ворон.
«Да, изменился. Знал бы ты насколько, старик», – подумал я, но решил промолчать. Не хватало, чтобы старый волхв начал что-то подозревать. Сейчас он относится ко мне очень хорошо, и я не хочу что-то менять.
– Ну, бывай, не буду задерживать! – старик увидел выходящую из дома Арину с единственной сумкой и хлопнул меня по плечу. – За дом не переживай – присмотрим по мере возможностей.
– Вот об этом я, кстати, и хотел попросить, – я посмотрел волхву в глаза. – Вполне может быть, что очень скоро сюда заявятся подозрительные люди. Они очень опасны, я бы даже сказал, смертельно. Прошу, не вмешивайся, даже если они захотят проникнуть внутрь и перевернуть весь дом вверх дном, но по возможности пришли мне весточку, если это возможно.
– Не волнуйся, ты узнаешь об этом в кратчайшие сроки, – успокоил меня старик.
Когда поезд подали на платформу, я не смог сдержать трепета. Это был уже второй раз за последние несколько дней, когда мне предстояло пользоваться этим транспортом, но сейчас я волновался не по этой причине. Меня ждало испытание, которое должно было кардинально изменить мое будущее, и я переживал из-за того, что могу не справиться.
– Ерунда, все получится! – прошептал я себе под нос и достал свой билет.
– Что это ты там шепчешь? – поинтересовалась Арина, и я улыбнулся ей в ответ.
– Говорю, что ты сегодня прекрасно выглядишь! Запомни этот день, сегодня наша жизнь изменится к лучшему!
Глава 7. Экзамен
В академию мы приехали вовремя – первый экзамен у меня начинался в десять часов, всего через полчаса после того, как мы с Ариной оказались на месте. Мы оставили свои вещи в камере хранения и разбрелись кто куда – я в актовый зал, где собирали всех претендентов на поступление, а Градова ушла на кухню, где ее ждало собеседование.
– Смотрите-ка кто пожаловал! – Макар Игнатьев в компании своих дружков заметил меня, стоило подойти к толпе претендентов.
– Еще один Игнатьев? – я разыграл удивление. – Неужели и тебя сопроводить на тот свет? Записывайся, сегодня у меня неприемный день.
– Да как ты смеешь, ублюдок! – выпалил Макар и рванул ко мне, но его тут же придержали.
Я даже не дернулся и смотрел спокойно на эту показуху. Он не идиот и ни за что не рискнет пропустить экзамен из-за обычной драки.
– Говорю как есть, мне скрывать нечего.
– Хорошо, Гущин. Мы с тобой еще потолкуем с глазу на глаз, а как вернусь домой, заставлю твою сестру чистить ботинки и убираться в сортире, где вам самое место.
Зацепил. Вот теперь зацепил твареныш, но показывать этого нельзя, иначе будет только хуже.
– Пользуйся своим шансом, пока можешь. Кто знает, может, пока ты вернешься домой, ее там уже не будет, как и твоего паршивого домишки.
– Чего ты сказал?
А вот сейчас я увидел в глазах Игнатьева страх. Он промелькнул всего на мгновение, но его нельзя было не заметить. Хорошо, пусть боится. Может, и зря я выдал свои планы, но пока это лишь пустые слова. Вряд ли кто-то из Игнатьевых примет их всерьез и будет начеку.
Я видел, что Макар не решался продолжать полемику. Мой спокойный вид его настораживал. Похоже, он ожидал совсем не такой реакции, или вообще рассчитывал, что я брошусь на него с кулаками, и меня выгонят с экзамена. В любом случае, его план провалился.
Интересно, мои слова о сгоревшем доме вызвали лишь страх в его глазах, и как это понимать? Знал ли он, что поместье Гущиных сожжено дотла и испугался, что я могу мстить? Но как я это сделаю, если я один? Скорее всего, он бы не упустил возможности отпустить колкую издевку в ответ, но торопиться с выводами рано. Пока я изучил его слишком плохо.
– Дамы и господа претенденты, прошу всех за мной! – в зал вошла Андриянова и взмахнула рукой, приглашая следовать за ней.
Уже на выходе нас разбивали на четыре группы. Каждая из групп направлялась в аудиторию, где нам и предстояло писать экзамен. Запечатанные конверты уже лежали на каждом столе, как и письменные приборы со стопкой чистых листов.
Первым экзаменом была история. Мы устроились в большой лекционной аудитории на расстоянии друг от друга. Через несколько минут в аудиторию вошла несравненная Ирина Николаевна, а следом за ней ввалился гладковыбритый низкорослый старичок в годах, который представился Петром Алексеевичем.
– Вы можете использовать листы для черновиков, но необходимо сделать на них соответствующую пометку. Черновики тоже необходимо сдавать. Положите их под низ вашей работы, – Ирина Николаевна подошла к двери и резко повернулась, окинув нас взглядом. На какое-то мгновение ее взгляд остановился на мне. – И еще, удачи на экзамене!
Понимаю, что фраза прозвучала для всех, но в этот момент она смотрела на меня, поэтому я истолковал ее намек верно. Андриянова выскользнула из аудитории, оставив нас наедине с учителем и заданиями.
Так-с, что тут у нас? Государственное устройство Великого княжества Российского. Ха! Так и думал, что этот вопрос обязательно включат в экзамен, потому выучил его на зубок. Во главе государства стоит Великий князь, ему подчиняются остальные восемь князей. В управлении государством помогает первый заместитель – десница, и второй помощник – шуйца. Как правило, помощники набираются из ближайшего окружения Великого князя, но могут быть и исключения. Все глобальные указы на уровне государства исходят непосредственно от Великого князя или его помощников. Местечковые указы, которые касаются исключительно собственного княжества, исходят от назначаемых перстов, а за их исполнением следит специальный поставленный человек – длань. Ну и, конечно, советники. Главные княжеские советники, которые стоят у престола – бояре, а на местах советниками выступают думари, которые решают споры, судят и следят за порядком.
Та же картина и в остальных княжествах. Куча людей у власти выполняет законодательные, исполнительные и судебные функции.
– Фух! – я тяжело выдохнул и посмотрел результаты своих трудов. Пока отвечал на первый вопрос, исписал почти половину первого листа.
Краем глаза посмотрел на остальных. Где-то впереди маячил затылок Игнатьева, к своему удивлению заметил Ингу. Выходит, они не родные брат и сестра, иначе я тогда не знаю как они могли быть не близнецами и поступать в один год. Разве что этот идиот Макар провалился в том году, но в памяти Михаила не было этой информации, а такое событие он был просто обязан запомнить. Покрутив головой, вернулся к изучению вопросов. Времени на ответы дали мало, да и смысла глазеть по сторонам не было – больше никого из присутствующих я не знал.
Что там дальше? Перечислить Великих князей и годы их правления. Ой, ну вот этот вопрос можно было и не указывать. Зачем? Какую он пользу мне принесет в жизни? Чистая потеха самолюбия. Ладно, сейчас правит Василий Кириллович Преображенский. До него Великим князем был его отец Кирилл Мстиславович, а еще раньше – Мстислав Олегович. Вроде так, а вот дальше… Кто правил перед Великим князем Олегом я уже и не помнил. Если не ошибаюсь, тогда было Смутное время и государством правили не Преображенские. Надеюсь, то, что я вспомнил хотя бы четверых Великих князей, будет достаточно для хорошей оценки.