Друзья по падению (СИ)
- Да, но только в этот раз допрос будет в немного другой форме, - прошептала она мне на ухо и потянулась к ремню на джинсах. Мои глаза округлились, когда я почувствовал, как её ловкие пальчики начали расстёгивать мой ремень, но шок быстро сменился приятным удивлением, поэтому я припал губами к её шее. Она отодвинула резинку боксёр в сторону и достала мой возбуждённый член, издав при этом вздох удивления. Как я люблю вызывать у девушек такую реакцию.
- Я смотрю, ты не слишком опытна в этих делах, - пробормотал я ей на ухо, а затем медленно спустился губами к её ключице. - Не хочешь поехать ко мне домой, чтобы я тебя там всему научил?
- Я никогда не окажусь у тебя в постели, - парировала она и начала медленно водить своей мягкой рукой по моему члену. - Довольствуйся тем, что имеешь.
Я делал с ней столько грязных вещей, сколько не делал ни с одной девушкой. Но она ни разу не дала мне даже намёка на то, что она чувствует ко мне хотя бы что-то. Почему? И зачем тогда были нужны все эти игры во влюблённых с Адамом?
Потому что я грёбанный мудак. Точно.
Я столько раз говорил ей о том, что от девушек мне всегда нужен только секс, что сам забыл, в какой момент это правило перестало касаться её.
Мне было правильно прямо сейчас поехать к ней в больницу, но мне просто интересно что этот ублюдок сделал с ней после того, как понял, что она влюблена в меня.
Лучше бы я не смотрел дальше.
Он поцеловал её, а когда понял, что её сознание сопротивляется, потому что я целовал её не один десяток раз, и она наверняка успела выучить наизусть каждый миллиметр моих губ, вновь дал ей Альфу.
А после этого занялся с ней сексом на этом чёртовом стуле.
Я понимал, что это уже было, что она делала это совершенно неосознанно, но ноющая, острая боль засела где-то внутри меня, словно кто-то раз за разом проворачивал в сердце нож, когда Адам касался её тонких изгибов талии, мягкий бёдер, упругих грудей, как она впивалась ногтями в его плечи, запрокидывала голову назад и с её губ слетали стоны.
Мне надо было перемотать это видео и не смотреть его, но я не мог. Я испытывал дикую ненависть к Адаму из-за того, что он так касался Эмили, что он использовал её, мою девочку. Но я мог лишь от бессилия сжимать кулаки и практически невидящим взглядом продолжать смотреть это видео.
- Но я никому больше не позволю притрагиваться к себе так.
- Ты больная на всю голову, Эндрюс. Не говори таких вещей.
Это я не должен был позволить никому больше притрагиваться к ней так.
И опоздал.
Когда всё закончилось, он вновь дал ей таблетку и привязал к стулу. Не знаю, зачем, но я продолжил смотреть дальше. Пришлось опять долго перематывать видео, но наконец я нашёл момент, когда она очнулась.
- Кто-нибудь! - крикнула она во тьму, когда поняла, что привязана. Она вновь попыталась освободить руки, но, кажется, верёвка стянула её, из-за чего она тихо вскрикнула. - Артур!
От этого окрика я вздрогнул, словно от пощечины.
В её голосе звучало отчаяние, а затем я услышал, как она тихо всхлипнула после того, как поняла всю безвыходность ситуации.
- Ты обещал, Артур! - крикнула она в сторону двери, и я не видел, но точно знал, что по её щекам текут слёзы. - Обещал, что присмотришь за мной...
- Мне страшно, Артур, - пробормотала она, сидя на каменной раковине и внезапно уставилась на свои руки. - У меня очень плохое предчувствие насчёт Бубонника.
- Эй, - прошептал я, делая один неуверенный шаг в её сторону, но всё же не смог совладать с эмоциями, и поэтому обнял её. - С тобой ничего не случиться. Я обещаю тебе.
Одна рука покоилась на её затылке, а второй я крепко сжимал её талию, надеясь лишь на то, что она не оттолкнёт меня прямо сейчас. И она не оттолкнула. Её пальцы вцепились в мою футболку, и я услышал, как она судорожно втянула носом воздух, придвигаясь ко мне ещё ближе.
- Но я волнуюсь и за тебя тоже, - тихо сказала Эмили, а я, не сдержавшись, всё же улыбнулся, пока она не могла видеть моего лица. Боже, я был готов положить весь мир к её ногам после этой фразы.
- Детка, - позвал её я, прижимая к себе ещё сильнее. Я ни за что её не отпущу. - За меня можешь точно не волноваться. Должен же за тобой кто-то присмотреть.
Её тихий голос откликнулся в моей душе бурей.
Какой же я всё же идиот.
И именно после этих слов я сорвался с места.
Наспех надев на себя более-менее чистые джинсы и какой-то серый вязаный свитер, который я даже понятия не имею откуда взялся у меня в шкафу, я обул кроссовки на голые ноги и, схватив со стойки ключи от квартиры и машины, едва ли не вылетел из дома. К сожалению, я уже успел снять с машины все спец сигналы, поэтому пришлось, как и всем, отстоять все пробки на своём пути.
Я ехал в машине в полной тишине, пальцами барабаня по рулю.
Эмили села в машину и пристегнула ремень безопасности. Она так раздражала меня одним своим присутствием, но я совершенно ничего не мог поделать со своим стояком.
- Ну поехали.
- К тебе или ко мне? - усмехнувшись и подмигнув ей, поинтересовался я скорее в шутку. Просто было интересно, что она выдаст на этот раз.
Она закатила глаза и покачала головой, в голове явно проклиная меня.
- Давай прямо тут, - внезапно томно прошептала она, наклоняясь ко мне, а я усмехнулся, потому что таким образом мне открывался шикарный вид на её упругие груди, которые мне чертовски хотелось потрогать.
- Я ещё никогда не трахал девушек в машине, - тихо сказал я, наклоняясь ближе к ней и переводя взгляд на её губы. Всегда знал, что все девушки ведутся на внешность.
- Не боишься запачкать обивку кровью? - спросила она, а я почувствовал, как мои брови медленно поползли вверх. Так вот, почему она так ломается: она девственница. Эмили выгнулась в спине, из-за чего я почувствовал тепло, исходящее от её тела, и губами едва не дотронулась до моего: - Потому что я тебе сейчас точно что-нибудь отрежу.
Она всё ещё ждёт меня?
Надеюсь, что да.
Она всё ещё влюблена в меня?
Надеюсь, что да.
Боже, да зачем я размазываю по всему салону эти сопли? Надо взять себя в руки. Она ведь была влюблена в меня. А чувства не могут раствориться по щелчку пальцев. А если всё же нет... то я заставлю её вспомнить почему она влюбилась в меня.
Я вбежал в больницу, стараясь не расталкивать перед собой людей и пробежал мимо стойки регистрации. Я приходил сюда каждый долбанный вечер, я знаю где находится её палата, поэтому помощь мне не нужна.
Подумать только, приходил каждый день, стоял напротив входа в её палату и так ни разу и не вошёл. А ведь мог сделать всё намного проще. Она ведь не думаешь, что я бросил её?
Точно так же, как и до этого, я остановился напротив её двери и посмотрел в окно палаты.
Эмили сидела на больничной койке, поджав под себя ноги и читала какую-то книгу. Её брови были сведены к переносице, а светлые волосы аккуратно расчёсаны и убраны за уши.
Я нашёл в себе силы улыбнуться, потому что Эмили в любом случае оставалась Эмили.
Видимо почувствовав на себе мой взгляд, она резко вскинула голову, и, я ожидал абсолютно любой реакции, от злости до слёз и истерики, но только не этой...
Она слабо улыбнулась и, неуверенно подняв руку вверх, махнула мне
Глава 2. Правда
Эмили Эндрюс.
Прошло уже шесть дней после того, как я внезапно проснулась в пустой больничной палате и услышала, как учащенно билось моё сердце в звуке аппарата, который всё время поддерживал во мне жизнь.
А потом в голове немедленно возник вопрос: а всё это вообще было реально?
Что, если вся эта история – всего лишь часть моего больного воображения, и на самом деле ничего этого не было? Не было работы в полиции Торонто, новых друзей, идеальных отношений с отцом и завершения истории с мамой? Не было Артура?