Филин. по ту сторону страниц (СИ)

— Ты нас наконец догнал. — Сказала Стефэния, когда я завалился в дом через окно.
— Ага, — Отряхнул я плащ от снега. — Если бы кто-то не гнал так и подождал меня, когда видел, что я вас нагоняю, то я был бы уже давно с вами.
Тэд только фыркнул и подошел к оконному проёму.
— Я не знаю, что тебя связывает со Стефэнией, но завтра мы должны пересечь границу страны и отправится дальше. Тебе с нами не по пути. — Произнес он, не оборачиваясь.
— Ох ты батюшки. Какие мы серьезные. — Улыбнулся я, садясь на вроде бы крепкий табурет. — Я тут вообще не по своей воле, если что. Так что мне вообще плевать, куда вы там поедите. И что потом будете делать. У меня свои дела тут.
— Что ты задумал? — спросила Стефэния. — Ты разве не с нами?
— Делать мне больше нечего. Как таскаться за придурком, с его бредовыми идеями. Я тебя освободил. Освободил. А дальше как я погляжу, у тебя есть с кем путешествовать.
— Ты исчадье тьмы! Как ты смеешь меня оскорблять. Я дворянин как не как! — Развернулся Тэд ко мне лицом.
— Да ты задрал меня своим исчадьем уже дворянин. Надоело.
Я встал и вышел в дверь, где меня ждало полено, которое так любезно отправило меня в страну снов.
Очнулся я вися без плаща, подвешенный на цепях, в каком то огромном зале. Рядом в отрубе на другой колонне болтался Тэд.
Голова на странность не болела, но кружилась знатно. Погремев слегка цепями, я добился того, что в зал стали заходить вампиры.
Они всё шли и шли, пока их не стало около сотни.
Да зал был огромный, а мебель расставленная по углам освобождала еще большее пространства, для этой огромной тусовки кровопийц.
Упыри как я глядел, были все нарядные, и, так и лучились радостью. В этой толпе напыщенных светских кровососов, я заметил Стефэнию, которую держали за руки два совсем бледных и худых вампира с белыми как снег волосами.
Минута, и толпа расступилась, давая пройти высокому и хорошо сложенному мужчине лет под сорок. У него тоже были белые прямые волосы, которые спадали на плечи. Сам же он, был одет в красный мундир, черные штаны и высокие сапоги.
— Один из наших гостей проснулся? — Расплылся он в улыбке.
— Ага. И где я? — Ответил ему улыбкой на улыбку.
— А, это? — пренебрежительно фыркнул вампирюга. — Родовое гнездо герцога, забыл как там его. В общем, теперь это принадлежит мне. Но что важнее. Ты вампир, который убивает своих сородичей.
— Точнее твоих! Меня в родственники записывать не надо. — Все также улыбался я.
— Да ты видно дурак. Коли не понимаешь, что тебя ждет. Или ты думаешь убежать? Не выйдет, — положил он руку на рукоять меча, висящего у него на поясе. — Твои цепи специально выкованы для вампиров, освещены и запечатаны крестами. Ты не сможешь тут пользоваться своей силой.
— Ну ок, капитан. Так в чем тогда тут соль. Что ты хочешь? Ты же скажешь мне. — Стал я изображать бессилие.
Малик же словно боевой командир осмотрел свою свиту, а все присутствующие в свою очередь стали делать знаки почтения этому кровососу.
— Я хочу стать королем всех этих земель. Эта представительница древнего рода вампиров, несет в себе кровь одного из первых несферату, что узнал мир. С помощью нее, моя сила вырастет в разы. И не ты, ни другие вампиры, что вознамерятся помешать мне, не выживут. Я буду королем королей.
— Ого! Вот это размах, — болтался я на цепях. — Да ты прям Наполеон с клыками. — Хмыкнул я, поджимая губы.
— Ты все шутишь, а ведь тебе должно быть не до смеха. Как только я узнаю, какой род мне противостоит. Ты тут же умрешь. — Словно объявил о начале моей скорой кончины Малик.
Тут из толпы вышел низкий и слегка кривой мужчина, и передал Малику два кожаных пояса, на котором болтались банки со святым маслом и водой. Сам же главный упырь приблизился ко мне и открыл банку с водичкой.
В этот момент очнулся Тэд. Он открыл глаза и дернулся всем телом, загремев цепями.
— Вам не запугать меня исчадья ада! — заорал он. — Я спасу тебя Стефэния, любовь моя!
— Ой дебил. Какой же ты всё-таки идиот. — Заскрипел я, глядя на парня.
 
— Начну я с тебя Лео. Тебя ведь так зовут, — оскалился Малик. — Ты бывший охотник, как тебе, узнать, что значит ваши методы на своей шкуре.
— Не надо. — Стала вырываться Стефэния, из рук двух альбиносов.
Ее реакция была словно музыка для Малика.
Он словно выступая на сцене, повернулся к толпе кровососов в пол оборота, чтобы все видели и в частности вампирша, как он одним движением разорвал мне рубаху на груди, и стал лить святую воду на мою грудь.
Вода лилась, а эффекта было ноль.
Когда поток святой водицы иссяк, Малик удивленно посмотрел на пустой пузырь, а потом на меня.
— Поздравляю шарик, ты балбес. — Скорчил я злую ухмылку, и дернул со всей дури руки вниз.
Цепи натянулись и разорвались со звоном падающих звеньев, освобождая меня от привязи.
— Щя кто-то огребет. Жопой чую, огребет. — Скалился я своими белоснежными зубами.
Мои действия вызвали оцепенение у всех присутствующих упырей. Я же быстро выхватил пояса с охотничьими приколюхами из руки Малика, и врезал ему по лицу с кулака, от чего он отшатнулся на шаг назад.
Отскочив от него, я зацепил застежки поясов у себя на талии, и мне сразу стало как-то спокойней и веселей.
— Этого не может быть? Цепи не разорвать вампиру. — Прибывал в шоке Малик.
— Слышь, король королей, — расплылся я в улыбке. — Если ты король, тогда я Царь. Хренова ты справки наводишь об тех, кого решил пытать. Вам всем пришёл полный писец.
Чётко видя как лица вампиров вытягиваются, то округляются, я решил не терять элемент шока, и сорвав две банки с маслом кинул их в толпу недругов. Поджигать конечно, было нечем, но а вдруг найду потом чем, а масло уже готово.
— Убейте его! — Заорал Малик.
Я не стал ждать, когда меня начнут погребать под телами кучи кровососов. От чего метнулся в сторону, гремя кандалами с цепями, начиная накручивать их на предплечья.
При этом действе я на полном ходу пронесся к стене, и оттолкнувшись от нее ногой подпрыгнул на метр вверх, хватая масляную лампу.
— Вот и огонь! — Азартно произнёс я, разбивая её об пол.
Тут же вспыхнуло пламя, в которое я разбил еще одну банку святого масла.
Первый упырь, что подбежал ко мне, получил связку ударов по корпусу, и мощнейшим последним ударом был вмят в пол, где горело святое масло, а в моей душе стало подниматься какое-то злое веселье. Радость драки, и предвкушение всеобщего трепета к своей фигуре.
— Один готов! — потряс я цепями на руках. — Ну, кто следующий!
Со всех сторон меня обступили кровососы, опасающиеся полыхающего рядом со мной огненного ковра.
Как не крути, но их было очень много. Однако я был словно на пики уверенности и фарта.
Размотав цепи, что были с метра полтора в длину, я облил их святым маслом и поджог, после чего схватил звенья цепей, что крепились к кандалам, и начал раскручивать огненные стальные плети, словно кнуты.
Такого беспредела к их персонам вампиры не ожидали. Каждый удар, что достигал цели, поджигал их и наносил им огромные увечья.
— ААА… — Азартно рычал я, гоняя упырей. — Куда ж вы судари!
В какой-то момент враги внезапно кончились. Я же пребывал в кольце святого огня, а упыри, словно дети на утренники стояли вжавшись в стены.
— Что все? — перешагнул я огонь, чем вызвал трепетный испуг и восхищение к моей тушки.
Малик же ударил подло и исподтишка. Он, схватив Стефэнию, толкнул её в огонь, и пока я отвлекся ловя вампиршу, чтобы та не сгорела. Он пронзил меня мечем, а после этого со всей дури швырнул меня в дверной проем.
Я словно тряпичная кукла вылетел в арку и очутился в коридоре.
Малик же бежал за мной следом, и пока я валялся на ступенях, приходя в себя, и пытаясь вытащить меч из живота. Он словно футболист врезал мне ногой в грудь. От удара меня протащило по ступеням вверх, где я вышиб спиной дверь, и очутился в холле дома.