Звездный ветер (СИ)
— Все готовы, как жареные рождественские каштаны, — сказала та. — У гибридника остаточный импульс в плате. Дай-ка мне свою пукалку, девочка.
Юри бросила Роузи бласт-ствол. Киборгша ногой перевернула гибридника и через рубашку расстреляла его процессор.
— Что? У меня был тяжелый адаптационный период после Пробуждения. Психологическая травма, — мрачно бросила она в ответ на красноречивые взгляды друзей.
Возле мадам Оосты уже стоял Эл. Но женщина и не собиралась нападать или звать на помощь: глаза ее казались стеклянными, плечи дрожали. За ее спиной начал медленно открываться люк. Компаньонка бросилась к нему, забилась, скуля от страха, пытаясь раздвинуть створки, ломая ногти. Эл схватил ее за руку.
— Пусть идет! — крикнула ему Юри. — Пусть идет и расскажет своему господину, что на любое проявление силы найдется проявление ума и хитрости.
Поняв, что ее не собираются убивать, госпожа Ооста, немедленно вернув прежнюю самоуверенность и скинув с плеча руку Эла, обернулась и зашипела:
— Ты ведь все это запланировала, мерзавка? Тебе оказали такую честь, а ты укусила руку с подаянием! Ну подожди, как только я…
Через секунду Юри уже стояла возле нее. Она тяжелым, мощным шлепком (Эл невольно поморщился) приложила мадам лбом к люку.
— Теперь она какое-то время не сможет воспользоваться имплантом, — объяснила Юри Элу. — Я так и не поняла, есть ли он у нее, но лучше подстраховаться.
Затем девушка подняла выпавший из руки стекшей на пол компаньонки комфон и запустила его в стену. Госпожа Ооста была вытолкнута в стыковочный коридор, словно нашкодившая кошка. Поймав восхищенный взгляд Эла, Юри слегка зарделась и пробормотала:
— А у меня было трудное детство.
Сумка с деньгами лежала у ног Феба. Подойдя к ней, Юри присела на корточки и обратилась к Левену, серьезно глядя снизу вверх:
— Вы поступили очень храбро, стараясь спасти своих друзей и отдавая себя им в руки. Они блефовали. Они не убили бы вас… сразу, слишком большой и неэкономный расход ценных ресурсов. Потом убили бы. Вот тот, — Юри презрительно махнула рукой в сторону татуированного вибранта, — уже и не смог бы прыгнуть, прогнил насквозь, Космос его отверг. А ведь из наших. Эти ублюдки сначала заставили бы вас торсовать яхту, ваших гибридников перешили бы для армии Монтэба, а их… — она кивнула на Машу и Айви (вмиг побледневших), помедлила, не закончив фразу, — ну тоже понятно, я думаю. Нам сейчас надо прыгнуть. Сможете?
— Да, — хрипло отозвался Феб. — Куда?
— Если можно, на Аквариус. Ооста свяжется с Гренаром. Но Поселок будет готов. Он уже готов.
— Миа, Томас, — с тревогой проговорила Мария. — Они собирались в Поселок-шесть после свадьбы.
— Ваши друзья-талисманы? Это плохо, — Юри нахмурилась.
Это очень плохо, подумал Эл, борясь с паникой и желанием куда-то бежать и что-то делать.
Рядом с Фебом возник Невел, подрожал, эффектно проявляясь, Юри раскрыла рот от изумления, сев на пол. Довольный стюарт отчитался:
— Жучков на яхте нет, я теперь и сам могу их находить.
— Немедленно торсуем, — сказал Феб, разворачиваясь и бегом направляясь к лестнице.
— Зачем ты согласилась на это? Ради денег? — спросил Итиро у Юри.
— Да, — ответила она, раскрывая сумку и вытряхивая ее содержимое на пол, получилась солидная кучка. — Ради них.
— Ты очень рисковала. У тебя есть родные?
— Только мама.
— И она позволила?
— Она в меня верит.
Девушка деловито принялась зачем-то бросать пачки зеленых цоло обратно в сумку, продолжая говорить:
— Нас все равно в покое не оставили бы. Мы договорились, что улетим с планеты все вместе, целым поселком, найдем себе жилье подальше от Палисадоса. Все упиралось в деньги. А тут как раз нарисовался этот высокородный с Каалаха. Самое трудное было заставить стерву поверить, что я овца безропотная, — девушка умильно закатила глаза: — Ах, я так жду встречи с господином! Я так переживаю, что не понравлюсь ему! Какая же это честь — стать третьей женой Президента! Я собиралась разделаться с ней на предпосадочной станции, но вышло еще лучше. Оказалось, что вы очень милые люди и… инопланетяне. Ну вот, все, остальное ваше, — Юри выпрямилась, с удовлетворением глядя на все еще солидную кучку денег на полу. — Ровно триста пятьдесят тысяч. Моральная компенсация. Купите Огурчику красивую корзинку. Он заслужил. Главное, чтобы малыш не пострадал. Ой, а кто у него родился-то?
— Пол номер три, — ответил Эл, заглядывая в корзинку на коленях у Айви. Подумав, несколько неуверенно адаптировал информацию для не-специалистов в области муарманской фауны: — Мальчик.
Яхта вздрогнула, на несколько секунд ушла в торс-прыжок.
— У нас входящий вызов, за счет принимающего, — Невел сделал щедрую театральную паузу, сообщил тоном вышколенного дворецкого: — С планеты Окто, господа.
Команда принялась переглядываться.
— Боюсь, я не совсем правильно принял имя звонящего, — озабоченно проговорил Невел. — Ждем уточнения. Нет, все правильно. Вам звонит… Миа Лейнер.
[1] О расе каалаханцев и в частности об их свадебных традициях читайте в романе Ольги Лист «Нет, мой господин».
8. Торс-мотылек
«Томас Арчибальд Кавендиш, согласен ли ты взять в законные жены Мию Лейнер, любить ее, уважать, оберегать, быть ей опорой, обещаешь ли ты хранить брачные узы в святости и нерушимости, пока смерть не разлучит вас?
Да, согласен».
Оказалось, что киборги не очень любят плавать, особенно под водой. Зато пригодился тот софт, что поставили Томасу парни из Отдела Ноль. Он видел фигуру на причале в инфракрасном изображении. Лиэм наклонился над озером, пытаясь разглядеть что-то в илистой, взбаламученной мути. Его бласт-ствол в зрении Кавендиша пылал белым — братья метр за метром простреливали поверхность в том месте, где Томас ушел под воду.
Кавендиш выпрыгнул рыбой вертикально вверх, Лиэм попал в его крепкие, но совсем не дружелюбные объятья, и Томас, набрав достаточно воздуха, держал его на глубине, пока тот не перестал биться. Кор-плата давала свои преимущества — люди под водой столько не дышат — но и поглощала заряд. Шестьдесят процентов.
«Миа Абигэйль Лейнер, согласна ли ты взять в мужья Томаса Кавендиша, любить его, уважать, заботиться о нем, хранить брачные узы в святости и нерушимости, пока смерть не разлучит вас?
Да, согласна… очень.
Отныне вы муж и жена. Обменяйтесь кольцами и поцелуем».
Вода в озере сильно прогрелась, это с одной стороны мешало, сбивая настройки, с другой, экономило заряд, расходуемый на подогрев тела. Зато в голове у Томаса было холодно, как в компьютерной игре. У Гарта разрядилась бласт-пушка, и Кавендиш, отследив это, молча и быстро свернул ему шею на берегу, не дав поменять батарею.
«К сожалению, наши славные талисманы покидают нас сегодня. Им предстоит увлекательное путешествие по нашему славному краю. Давайте поблагодарим Мию и Томаса за участие в фестивале. И я, мэр Штольцбурга, от лица города благодарю вас, ребята! Прошу вас благословить гостей нашего славного события…»
— Славный край, славные люди, — пробормотал Томас, поднявшись на обрыв и уйдя из открытой зоны в тень. — Где ты, Боб, красавчик? Славный, но злой Боб. Чего ты в это-то все влез? Плевал я на твоего дружка Грегуара.
«— Какое красивое кольцо. Зеленый терманит. Говорят, он самый редкий. Еще говорят, он хранит воспоминания.
— Значит, он запомнит этот день.
— Я была бы этому рада. У нас такие смешные средние имена. Не помню точно, но мое, кажется, означает «любимица отца», мне его папа дал.
— У меня что-то грозное, подарок от дедушки.
— Того самого, основателя?
— Ну… да. Нам нужно поговорить об этом, если…
— Если?
— Если ты считаешь наш брак настоящим.
Серьезный взгляд голубых глаз из-под трепещущей на ветру рыжей челки.