Панк-рок. Предыстория. Прогулки по дикой стороне: от Боба Дилана до Капитана Бифхарта

По мнению Эдмондса, на своем новом альбоме "Trout Mask Replica" Капитан Бифхарт «порвал все связи с зажатыми современными представлениями о музыке», создав «несравнимое ни с чем произведение музыкального искусства. Его значение выходит далеко за границы рок-музыки». Однако, даже несмотря на столь высокую оценку музыки, Эдмондс приходил к выводу, что ни один альбом Бифхарта не способен заменить личное общение с Капитаном: оно «способно сказать о нем больше, чем любая пластинка или чем слова, которые я могу придумать… Мне никогда не передать на бумаге крайне интенсивное ощущение присутствия этого человека; меткость и юмор его наблюдений можно полностью ощутить только при личной встрече»[4]. Британский журналист и подвижник Барри Майлз, в конце 1960-х временно перебравшийся в Калифорнию, описывал Бифхарта – основательного, грузноватого, без малого тридцати лет музыканта с аристократическими манерами и бульдожьей внешностью – как «большого человека»: «колкость в общении, теплая человечность, здоровенный улыбающийся ежик, дружелюбный дядюшка из книг Диккенса, глаза искрятся, взгляд стреляет – стремительный как колибри, – ничего не упускает из виду»[5]. Общение с Капитаном действительно запоминалось надолго. Он рассказывал своим собеседникам, что находит время заниматься скульптурой (в которой он обнаруживал незаурядный талант еще с детства), живописью, поэзией и прозой (заинтересованные издатели уже присматриваются к его романам); сообщал, что умеет разбивать стекло силой голоса и что его музыку приходят слушать койоты; рассуждал о губительном воздействии человека на природу и о том, что люди живут в нездоровом темпе; высказывал мысль, что в каждой школе нужно организовать раздачу воздушных змеев и ввести уроки по их запуску.
Майлз замечал, что в своей высокой шляпе и теплом пальто Капитан казался элементом, абсолютно чужеродным Калифорнии. Дело было, конечно, не только в шляпе: для тех журналистов, которые начинали общаться с ним, Бифхарт оказывался «слишком творческим, слишком человечным для XX века; приводящий собеседников в изумление своим интересом к ним»[6]. Почти каждую свою сентенцию Капитан заканчивал доверительным «Ты понимаешь?», и каждому, конечно же, хотелось с готовностью кивать в ответ – даже если ничего не было понятно. Тем не менее, как заключал Майлз, это был человек, «которому интуитивно доверяешь». К схожему заключению приходил и Эдмондс, называвший Бифхарта «честным и открытым человеком; его теплота и юмор позволяют собеседнику полностью расслабиться»[7].
Бифхарт рассказывал, что "Trout Mask Replica", его новый двойной альбом, поражавший современников своим новаторством, был задуман, сочинен и записан всего лишь на протяжении восьми с половиной часов. Более того, вся эта удивительная музыка была отрепетирована и записана при помощи только непрофессиональных музыкантов – друзей Капитана по имени Зут Хорн Ролло, Антенна Джимми Семянс, Рокет Мортон, Маскара Змей и Драмбо. Капитану пришлось самому учить их игре на инструментах. «Дело в том, что я понял – ни один музыкант не подходит», – объяснял он. Своим соратникам Бифхарт устроил весьма необычную «музыкальную школу»: «Я попытался обучить их скульптуре, позволив им обучить себя самим, насколько это было возможно, не заходя на территорию этой формы [искусства], ты понимаешь?»[8]. Результатом обучения стала, как замечали критики, «самая преданная и непосредственная музыкальная поддержка»[9]. Некоторые газеты, однако, писали, что Капитан держал своих учеников под замком долгие недели, лишая еды, свежего воздуха и здорового секса – ради того, чтобы они днями и ночами осваивали музыкальные инструменты и его странную музыку. «Я никого не запирал, – возражал Бифхарт. – В группе нет лидера. Каждый и за себя-то отвечать не умеет»[10].
* * *
В конце 1969 года последние участники The Magic Band покинули дом на склонах холмов Санта-Моники, в котором они прожили почти полтора года. На их место прибыли другие арендаторы. Новые жильцы были потрясены, увидев комнаты, раскрашенные в разные цвета – желтый, голубой, ярко-красный – и задний двор, заваленный мусором. Кроме того, было видно, что предыдущие обитатели пытались заниматься звукоизоляцией: на оконных рамах были куски строительной пены. Однако наибольшее впечатление производили «рисунки на всех деревянных поверхностях – в основном простым карандашом, маленькие рисунки. Как будто вдохновение накатывало на них в любой момент, и они тут же принимались рисовать на том, что было под рукой» [11]. Не факт, что новые жильцы дома на Энсенада-драйв почувствовали себя первооткрывателями альтамирской пещеры. Но в любом случае, им было очевидно: они обнаружили следы совершенно иной цивилизации.
 
 Лирическое отступление 
Пустыня Мохаве располагается на юго-западе США. Она занимает юго-восток штата Калифорния и юго-запад штата Невада, а также незначительную часть штатов Аризона и Юта. Площадь пустыни составляет более 35 тысяч квадратных километров. Летняя температура в Мохаве легко может превысить 50 °C, причем контраст между дневной и ночной температурой очень значителен. Зимой средняя температура колеблется в районе нуля, а в горах, которые очерчивают границы пустыни, выпадает снег.
Бескрайнюю равнину Мохаве пересекают невысокие горные хребты. Кроме них разнообразие в довольно унылый ландшафт привносят русла пересохших водоемов, называемые «плайя». После редких дождей вода скапливается в них, затем испаряется, оставляя после себя солончаки. Кристаллы высохшей соли образуют причудливые контуры, тянущиеся на многие километры.
На просторах Мохаве находится несколько интересных областей. Одна из них, территория под названием Чертова песочница, – это более 60 километров песчаных дюн и солончаков. Но куда более известна Долина смерти. Эта межгорная впадина представляет собой самую низкую точку земной поверхности в Северной Америке и самое жаркое место на Земле. По некоторым данным, именно здесь была зафиксирована самая высокая (56 °C) температура на планете. Индейцы называли эти места «Горящей землей», и с июня по октябрь эта земля действительно горит под ногами. Жара настолько сильна, что мухи не летают, а ползают, опасаясь опалить крылышки, а ящерицы переворачиваются на спину, охлаждая обожженные лапки[12].
В Долине смерти есть собственные достопримечательности. Например, Яма дьявола – заполненная водой карстовая пещера, расположенная у подножья слоистых скал. Затопленные и разветвленные ходы Ямы протянулись вглубь земли более чем на 130 метров, однако точная глубина пещеры до сих пор не установлена, а ее дно не изучено. В пещерных водах обитает уникальный вид рыб – дьявольский карпозубик. Возраст этого вида совпадает с возрастом самой пещеры, – 60 тысяч лет. Другой феномен Долины – движущиеся камни высохшего озера Рейстрек-Плайя. Камни медленно перемещаются по истрескавшейся глиняной и абсолютно ровной поверхности высохшего дна, оставляя за собой следы-траектории длиной в несколько десятков метров. Временами камни меняют траекторию или переворачиваются. Масса движущихся камней доходит до нескольких сотен килограммов.
«Особо зловещей нам показалась пустыня Мохаве в Калифорнии. Это было самое жаркое место и самое пустынное из всех, какие мы проезжали. Солнце не оставило тут ни единой капли воды. Желто-бурый песок с пятнами черных холмов. Мутноватый от жары воздух и что-то похожее на озера у горизонта. Жестоко обманулся бы тот, кто не знает, что такое мираж. Озер тут нет. Природа только в насмешку дразнит глаза блеском воды и призрачной тенью: Сахара могла бы взять в сестры эти встающие друг за другом перекаты мертвой земли» [13].
Василий Песков, Борис Стрельников. «Земля за океаном». 1975 г.
Несмотря на то что Мохаве является пустыней, ее пространства, как правило, отнюдь не выглядят пустыми – они покрыты сухим кустарником и прочими видами растительности. Заметными представителями местной флоры являются креозотовый куст, золотоглав, амброзия и энцилия. Встречаются лебеда, называемая также соляной куст, и несколько разновидностей кактусов. Однако самым знаменитым растением Мохаве является юкка коротколистная (Yucca brevifolia), называемая местными жителями Древо Джошуа. Такое имя юкке дали переселенцы-мормоны, которые сравнили причудливые ветви растения с воздетыми к небу руками Иисуса Навина. «Деревья Джошуа», возвышающиеся над плоским пространством Мохаве, создают один из самых заметных признаков местного ландшафта и сообщают ему слегка сюрреалистический или даже инопланетный характер.