Серый воробышек
— Вот именно! — ухватился Антонио за слово. — Родственники! Это всего лишь ритуал. Долгий и мучительный для меня, как для участника, уж поверь. Мне всегда было противно участвовать в шоу, тем более в том случае, когда его делают из моей свадьбы.
Алисия понимала Антонио, но не могла согласиться с ним, потому что в ее жизни свадебная церемония играла очень большую роль. Она не раз обращала внимание на то, как плохо мужчины разбираются в женской психологии. И ее жених тоже не был исключением. Хотя это весьма странно, так как он имел богатый опыт общения с представительницами прекрасного пола.
— Понимаешь, дорогой, — попыталась объяснить Алисия, — женщины очень внимательны к мелочам вроде обычаев и традиций. Они любят соблюдать и поддерживать их. Разве ты не замечал этого? Вспомни, кто в основном пишет поздравительные открытки? Кто покупает подарки? Кто устраивает семейные ужины и праздники? В основном женщины, потому что они подсознательно чувствуют и понимают, что соблюдение обычаев укрепляет семью, сохраняет добрые отношения между родственниками. Разве тебе не приятно получать поздравительные открытки или подарки? А свадьба — замечательный повод познакомиться друг с другом нашим родственникам.
— Женщины слишком охочи до суеты. Поэтому они и устраивают всю эту ерунду. Они не могут расслабиться, не могут просто жить в свое удовольствие. Им обязательно надо лезть в чужие дела и в чужие жизни, составлять списки, что должны купить и кому и когда послать. Вся эта чепуха лишь осложняет жизнь, — обреченным тоном произнес Антонио.
— А если бы женщины этого не делали, то вообще бы ничего не было, никаких праздников, — продолжала отстаивать свои позиции Алисия. — А праздники — это символы. Вся жизнь соткана из символов. Свадьба, рождение детей, смерть, похороны… Это как бы верстовые столбы на дороге нашей жизни. Люди и вспоминают свою жизнь, соотносясь с каким-либо событием. Вспомни первое кукование кукушки весной. Или праздничные костры в день весеннего равноденствия. Если убрать, забыть все эти приметы и праздники, что останется от жизни? Во что она превратится? Если не поддерживать традиций, то последующие поколения не будут помнить предыдущих, порвется связь времен. Что в этом хорошего?
— Ты как-то уж очень глобально рассуждаешь. Какое отношение все это имеет к нашей скромной свадебной церемонии? — попытался оправдаться Антонио. — Я всего лишь против того, чтобы любящие друг друга люди столько времени ходили помолвленными. А также против помпезных свадеб. Мне не хочется всей этой шумихи и суеты.
— Не забывай об окружающих, Антонио, — продолжала Алисия. — Для них наша свадьба — событие, с которым они потом будут связывать какие-то свои жизненные даты. Они будут говорить: а помнишь, это было в тот год, когда поженились Антонио и Алисия? Людям нужна точка отсчета. Для этого и существуют традиции. Жалок тот человек, которому некуда пойти на Рождество, у которого нет ни родственников, ни друзей. Который ни от кого не получает подарков и писем и никому не пишет сам. Одна из сестер моей мамы, тетя Люси, так и не вышла замуж. Она жила одна, и мама каждый раз приглашала ее к нам на Рождество. Тетя Люси была унылая, вечно ноющая женщина, и праздник она нам, конечно, не украшала, но мама настаивала, чтобы мы были вместе, потому что мы — одна семья. Это давняя традиция — в Рождество быть вместе. Понимаешь, Антонио, нам с тобой тоже не стоит нарушать веками заведенный порядок, игнорировать то, чего от нас ждут наши близкие. Это было бы… жестоко!
Антонио долго смотрел на нее с удивлением и наконец произнес:
— Никогда не слышал от тебя столь долгих речей! Ты серьезно во все это веришь?
— Да, Антонио! Ты хочешь сделать все быстро, без лишнего шума, но тогда мы оскорбим чувства наших матерей. Они сочтут себя оскорбленными.
— А мы?
— Мы хотим быть вместе как можно быстрее, — произнесла Алисия и прикоснулась к его лицу. — Но обязаны поступать так, как положено.
— Да, но я хочу быть с тобой уже сейчас! Хочу просыпаться и каждое утро видеть тебя рядом. Я просто не вынесу ожидания! Нам придется ждать несколько месяцев, если вначале объявим о помолвке. Ты понимаешь, что это такое?
Она понимала. И догадывалась о том, какая суета поднимется, когда их родственники узнают о предстоящей свадьбе. Антонио даже не представлял себе, сколько хлопот у них впереди!
Эпилог
Однако время пролетело незаметно…
— А этот дом тебе нравится, дорогая? Или для нашей большой семьи больше подойдет тот, что мы видели с тобой вчера? — спросил Антонио, обнимая Алисию за плечи. В его голосе звучала нескрываемая радость. Разве может быть что-то прекраснее момента, когда ты выбираешь дом для самых дорогих на свете людей?
— Решай сам, мне нравятся оба. Рядом со вчерашним — прекрасный бассейн и тренажерный павильон для детей, а вокруг этого дома замечательный сад…
— В таком случае, этот нам подходит больше. Подумай сама: устройство бассейна займет дней десять, да и тренажеры мы купим сами. А такой вот сад растет десятилетиями…
Они уже месяц как гостили в Испании. Алисия познакомилась почти со всеми членами многочисленной семьи Антонио, которая оказалось крепкой и дружной. Словом, такой, как и рассказывал ее муж. Она немного побаивалась, что ее мать будет в шоке от чересчур эмоциональных южан. Но Элеонора Стоун на удивление быстро подружилась с новоиспеченными родственниками еще на пышной свадьбе дочери.
И вот теперь произошло невероятное: Антонио Висенти решил вернуться на родину. Еще бы! Испанская бабушка так вцепилась в Хелен, что всем стало понятно — жить теперь надо вместе, по крайней мере, в одном городе. К сожалению, свою мать Алисия так и не смогла уговорить навсегда остаться в чужой стране. Слишком сложно привыкать к чему-то на старости лет. Но для Элеоноры в их новом жилище найдется теплый уютный уголок, который всегда будет ждать ее приезда.
Оба свои прежние дома Алисия и Антонио решили продать. Хотя все, что касалось матери Хелен, они постараются сохранить и перевезут сюда. Например, купленные ею шторы, диван, всевозможные коврики и кухонную утварь…
Жизнь продолжалась, и надо было думать о будущем. Через три месяца в их семействе намечалось серьезное прибавление: на свет должны были появиться близнецы-мальчики. Алисии сказал об этом семейный врач, в свое время принимавший роды еще у бабушки Антонио, которая родила последнего ребенка в пятьдесят два года. И ни разу этот теперь уже почтенный седовласый сеньор не ошибся в определении сроков и пола ребенка.
Антонио чуть с ума не сошел, услышав эту новость. И теперь ревниво следил за режимом и питанием своей жены, освободив ее практически ото всех обязанностей. Единственное, в чем он не давал ей поблажки, это в изучении испанского языка. Сначала Алисия и Хелен занимались порознь, но потом двоюродная сестра Антонио Каролина объединила своих учениц. Девочка схватывала все на лету и даже в чем-то помогала своей тете.
В отчем доме Антонио полностью преобразился — от его грубости и язвительности не осталось и следа. А когда однажды утром Алисия проснулась и увидела стоящую в углу их спальни старенькую, с облупившейся краской, деревянную лошадку-качалку, глаза ее наполнились слезами, а сердце еще большей нежностью.
— Понимаешь, дорогая, я думаю, нужно будет заказать точно такую вторую.
— Я люблю тебя, мой славный Антонио! Мне даже трудно было представить раньше, что можно так сильно кого-то любить!
Солнце пробилось сквозь легкие занавески и наполнило комнату золотым сиянием нового дня.
Внимание!
Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.
После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.