Груз (СИ)

Выронив ключ на землю, я вытер окровавленные руки о штаны и взялся за автомат. Ждут ли меня с этой стороны? Вполне вероятно, что нет, они ведь слышали только звуки ударов, а ключом был вооружен не я, а их товарищ. Если бы я его порешил, то наверняка были бы слышны выстрелы. Так почему бы не рискнуть?
Я осторожно заглянул в дверной проем, и никого не увидел. Две припаркованные машины, еще одна, установленная на гидравлическом подъемнике. Верстаки, какие-то бочки, смотровые ямы. Похоже, что автосервис использовали в качестве мастерской, что вполне логично. Иначе, как бы они прокачивали свои тачки?
Враги явно затаились, не один же там был этот здоровяк. А, значит, нужно войти, и убить там всех. Хорошо, хоть внутри светло, это значит, что не придётся тратить время на регулировку оптики.
Может быть, обойти все-таки, они ведь меня там ждут… Хотя, с другой стороны они меня тоже могут подстерегать. Но если они все-таки решили, что это здоровяк меня убил…
— Слышь, Михась! — послышался голос откуда-то из глубины автосервиса. — Ты замочил его или как?
Речевого модулятора, чтобы подделать голос «Канюка», у меня не имелось. Но теперь я хотя бы примерно знал, где находится один из врагов.
Молнией я метнулся в дверной проем. Время будто остановилось, и все потому, что самым уголком глаза я заметил движение справа. Кто-то притаился сбоку от дверного проема, а сейчас оказался у меня почти за спиной. Перед глазами появилось предупреждение интерфейса об опасности, сработал ускоритель рефлексов.
Я перехватил автомат, и не глядя, долбанул прикладом туда, где должна была находиться голова человека примерно моего роста. Время вернулось к своему привычному бегу, ускоритель ушел на перезарядку. Теперь я увидел, что за спиной у меня стоял еще один из «Канюков», вооруженный пистолетом, который, впрочем, он применить не успел, потому что приклад моего автомата врезался ему в зубы. Что-то хрустнуло, то ли челюсть, то ли рамка приклада, но я уже на бегу бросился вперед, кувыркнулся, чудом умудрившись при этом не потерять оружие, и ничего себе не сломать, ведь перекатывался я не по матам спортивного зала, а по голому бетону.
В меня уже стреляли, но мой бросок дал шанс, потому что нырнул я прямо в укрытие: за одну из припаркованных в сервисе машин.
Резко развернулся к тому из «Канюков», которого только что долбанул прикладом, вскинул автомат. Выглядел он жутко, по лицу вокруг рта текла кровь, как будто чувак пытался кого-нибудь сожрать. Я утопил спусковой крючок, целясь в голову. Уж с такого расстояния я не промахнусь в любой ситуации.
Пулевое ранение головы. Повреждение мозга. Мгновенная смерть.
В лбу у парня появилась аккуратная дырочка, заднюю часть черепной коробки же вынесло на стену, окрасив ее в разные оттенки багрового. Если бы я был менее привычен к таким делам, то непременно сблевал бы. А так уже успел притерпеться.
Машину, за которой я сидел, обстреляли, причем, судя по звуку, из автомата. Хорошо, что он был всего один, но действовать нужно срочно. Я, стараясь не высовываться, пополз по полу в сторону двигателя машины. Он массивный, металлический, должен выдержать даже автоматную пулю.
— Эй, уебок! — послышался громкий голос, когда стрельба прекратилась. — Сдавайся, мы тебя не больно убьем.
Вступать в перепалку я не стал, а просто выглянул и выстрелил на звук. В ответ в мою сторону прилетела еще одна длинная очередь, примерно на половину магазина. Так ведь и ствол можно убить.
Краем глаза я заметил слева от себя движение, рванулся в сторону, и получил пулю в бок.
Пулевое попадание в живот. Целостность подкожной брони не нарушена. Опасности для жизни нет.
Матерясь от дикой боли, я вскинул автомат. Мы с «Канюком» выстрелили одновременно, только вот я попал, а он промахнулся. Слишком уж торопился.
Пулевое ранение брюшной полости. Непосредственной опасности для жизни нет.
Схватившись за живот, он упал на спину, а я всадил ему в грудь короткую очередь. Пули пробили куртку на груди, вошли в его тело, а последняя угодила в лицо, разорвав щеку так, что обнажились зубы. Бандит был больше похож на вурдалака с непропорционально огромной челюстью, впрочем заботиться о своей внешности ему все равно больше не придется. Потому что он уже умер.
 
Я посмотрел на свой живот. Кожа была надорвана, из-под нее торчал участок подкожной брони, больше похожий на карбоновое покрытие для машины. Кровь текла, но не так сильно. Да, это штука меня спасла, тошнит, конечно, но кишки должны остаться целы благодаря амортизирующему слою. Иначе какой бы вообще был в ней смысл, если дырки не будет, а заброневой урон тебя все равно убьет?
Я перезарядил пистолет-пулемет, сбросив магазин на землю. Осталось два, это значит, что скоро придется переходить на пистолет. Если враги, конечно, не закончатся раньше.
Высунулся, увидел, как силуэт мелькнул в проеме гаражных ворот, выстрелил, попал в ноги.
Пулевое ранение колена. Подвижность конечности утрачена.
Поздравляем. Навык меткости повышен на 1. Новое значение навыка меткости 26.
Приятно, черт побери, быстро прокачиваюсь. Я всадил несколько очередей в лежащего на земле парня, пока он не перестал двигаться, и снова спрятался, потому что на меня опять обрушили шквал свинца. И вдруг выстрелы резко прекратились.
— Блядь! — услышал я чей-то вскрик.
Понимая, что это мой шанс, я вскочил, выбежал из-за укрытия, бегом преодолел расстояние до другой машины, за которой прятался автоматчик, сейчас остервенело дергавший затвор заклинившей винтовки, и прыгнул прямо через капот, обеими ногами долбанув «Канюка» в грудь.
Что и требовалось доказать. Оружие почти все старое, с бешеным настрелом, заклинить может в любой момент, особенно если насиловать его длинными очередями.
Тот, совсем молодой парень, может быть, на пару лет старше меня, опрокинулся на спину, а я уже вскинул пистолет-пулемет, и выстрелил ему в голову. Пуля отскочила от его лба и с визгом улетела в сторону.
Рикошет! Пересчет уязвимых зон.
Не дожидаясь, пока интерфейс перекрасит его тело, я навел ствол своего оружия в середину груди и снова утопил спусковой крючок.
Пулевое ранение грудной клетки. Повреждение сердца. Мгновенная смерть.
И тут же упал на землю, прижимаясь к машине. Но нет, стрельбы больше не было, наступила абсолютная тишина. Я осторожно высунулся из-за своего укрытия и осмотрелся. Больше никого не видно. Тот враг, что был на улице, тоже попытался войти внутрь, и был убит. Значит, остался только автоматчик, которого я подранил в ноги в самом начале, ну и вырубил попаданием в голову.
На всякий случай я снова перезарядил автомат, но скидывать магазин на этот раз не стал, убрал его в подсумок. Там ещё больше половины, так что может пригодиться.
И тут меня затрясло.
Вроде бегал, стрелял, дрался. А тут как будто стержень какой-то вытащили из тела. Я ведь кучу народа перемочил. Причем, это сделал один, без помощников. Раньше — другое дело, плечо наставника всегда было рядом, хоть Чеха и сложно назвать хорошим учителем. А тут.
Я глубоко вдохнул и только сейчас понял, что мои руки судорожно сжимают рукоять и цевье автомата. Расслабился, разжал ладони, посмотрел на них. Теперь киберпротезы чувствовались, как собственные руки. На них даже эмоции отражались. Видимо, период адаптации уже прошел.
Я двинулся в сторону ворот. Там был как минимум один недобитый враг, и с ним нужно было разобраться. И действительно, автоматчик из приехавших на машине, был там, и по-прежнему лежал на земле. Судя по тому, что он не успел отползти, только что пришел в себя. В руке у него был шприц-реаниматор, который он как раз всадил себе в грудь.
Увидев меня, чувак попытался вскинуть автомат, который держал в руках, но я пустил пулю ему над головой и заорал:
— Пушку на землю, сука! Быстро, если пулю в башку не хочешь!
Он с кислым видом посмотрел на меня, но оружие поднимать не стал. Ему, очевидно, было хуево, если учесть лужу крови на асфальте. Координация у него сейчас не на лучшем уровне, а я, накачанный адреналином после схватки, все равно быстрее.