Груз (СИ)
— Принял, — послышался из рации ответ.
Чех положил рацию на место, врубил сирену и притопил педаль газа. Чем больше народа, тем больше суеты. А нам именно она и нужна, чтобы никто внимания не обратил.
Скоро он остановил машину перед лестницей, которая вела ко входу в башню. Въезда тут не было, и это странно. Хотя, возможно, ее проектировали так, чтобы скорая не приезжала сюда, а прилетала. Впрочем, «летуны» у скорой были, но совсем немного. Большая часть из них работала для людей с «золотой» или «платиновой» страховкой, тем, кто выплачивал большие суммы каждый месяц, и чьи биомониторы напрямую отслеживались в специальных центрах. Там не только бригаду, там могли и тяжеловооруженный отряд отправить, чтобы человека спасти.
Стрельба не утихала, но работали уже не длинными очередями, а короткими. Видимо это сперва кого-то покрошили. Лезть внутрь было опасно, охранники «ИнвестТеха» нас могли принять за нападавших, а отморозки с улиц за подкрепление обороняющимся. Всякое могло случиться.
— Дождемся легавых, — сказал Чех и все-таки заглушил двигатель. — Они оцепят территорию и нас пропустят.
— А мы не должны сразу внутрь пойти? — спросил Дэн. — Там так-то люди умирают.
— По инструкции мы должны в первую очередь о себе думать, — сказал Ник. — Остальное к полиции и спасателям. А если нас там положат, то никто уже никого не спасет.
— Как будто мы действительно кого-то спасать собираемся, — проговорил я.
— Ну вообще действительно придется кого-то отвезти в больницу, — ответил Чех. — А там, как отъедем, уже затеряемся, бросим тачку и в разбег. Ну, где легавые-то…
Полиция приехала скоро, сразу на трех машинах, причем одна из них была броневиком местного СОБРа. Или чего-то подобного, короче, отряда крутых ребят, которые вламываются в самые злачные места и вламывают всем пиздюлей.
— Выходим, — сказал Чех. — Наши приехали.
Я открыл дверь, впустив в салон прохладный ночной воздух, и выбрался наружу. Остальные последовали моему примеру. Машины остановились, перегородив спуск из башни, наружу посыпался народ. Как легавые, так и какие-то крутые парни в камуфляже. Они еще и заряжены имплантами были с головы до ног, запакованы в штурмовые бронежилеты пятого класса, да еще и со стволами, полностью обвешанными разными приблудами на планках. Даже не скажешь, что полиция, больше на каких-то контрактеров, работающих на пиджаков похожи.
Эти самые боевики построились рядком и, прикрывая друг друга, двинулись а здание. Остальные полицейские остались снаружи, заняли позиции за машинами, но оружия почти никто не достал. Все они выглядели расслабленными, кто-то даже закурил.
— О, а вы как здесь? — спросил один из них, с погонами майора на плечах.
— Так на стрельбу приехали, — ответил Чех, видимо, решив, что ему стоит говорить за всех. — Помощь оказывать.
— Помощь, — усмехнулся майор. — Там, где «волки» пройдут, там помощь уже оказывать некому. Всех покрошат.
Так вот, кто были эти парни, «волки». Сборный отряд из военных, легавых и прочих силовиков, подчиняющйся непосредственно мэру Новой Москвы, даже вне юрисдикции МВД.
— Так охранники могут в живых остаться, — ответил Ник. — На остальных-то нам в общем-то побоку.
— Ага, конечно, побоку, — усмехнулся полицейский. — Они тут войну настоящую устроили, а ты говоришь побоку. Нет, нам взяться придется за тех, кто выживет. Ой, не завидую я им, нам-то дознаться нужно будет, кто их надоумил на «Губернию» напасть.
Блядь, а ведь если возьмутся, то точно дознаются. С другой стороны, до чего? Они ведь сами психи, а Фанат им только оружие подогнал, да и то наверняка не сам, а через подставных людей, как бы не через четвертые руки. Да и не будут выжившие ничего рассказывать. Им слава борцов с корпорациями нужна, они только ее и хотят получить. А если признаются, что марионетки в чужой игре, то в легенды путь им окажется закрыт.
По дороге проехало еще несколько машин, оглашающих всю улицу сиреной. Еще две полицейские «лады», два экипажа скорой помощи и пожарный грузовик. Все высыпали на землю, и подбежали к нам. В здание никто не лез, даже пожарные, пусть оттуда и тянулся едкий дым от горелого композита.
— Они что, зажгли что-то? — спросил майор.
— Может быть, от взрыва что-нибудь загорелось, — ответил Чех. — Дверь они взорвали, это точно.
Из здания по-прежнему доносились хлопки выстрелов, но уже гораздо реже. Похоже, что основную группу нападавших перемочили, оставшихся зажали где-то и сейчас переламывают.
Что-то прошипела рация на плече у майора. Он взял ее, ответил, дождался чего-то, а потом махнул рукой:
— Внутрь.
Мы подорвались, обежали свой экипаж, открыли двери и достали из него саквояж с медикаментами и носилки на случай, если кого-нибудь придется тащить. Бежать со всем этим добром вверх по лестнице оказалось той еще пыткой, потому что подъем оказался достаточно крутым, но мы справились.
Первыми в здание вошли полицейские, за ними отправились медики, целой толпой, и в том числе и мы.
Холл оказался заполнен дымом, из-за чего оценить его былого великолепия мне не удалось. Горели карликовые деревья, посаженные здесь. Впрочем, судя по вони пластика, они были вовсе не живыми, а вполне себе композитными. Вот тебе еще один пример обмана от пиджаков.
Пожарные остановились и принялись раскручивать свои шланги, чтобы затушить очаги возгорания. Здесь же осталась и одна из бригад скорой, потому что несколько тел на полу лежали, и им, очевидно, нужна была помощь.
Мы пробежали сквозь облако удушливого смрада, и остановились возле лифтов, ведущих наверх. Естественно, что они оказались заблокированы. Наверняка подъемники переставали работать не только в случае пожара, но и при нападении.
А вот лестницы заблокироваться не должны были, это ведь единственный способ спуститься. И как туда попасть мы знали, потому что у нас были чертежи здания «ИнвестТеха».
Впрочем, знали об этом и полицейские, так что скоро мы повернулись, прошли через холл, и оказались у двойных дверей нараспашку. За ними начиналась лестница.
Мы выскочили на нее, и побежали наверх. Раздалась короткая очередь, пули засвистели вокруг, стали с визгом рикошетить от бетона.
Ускоритель рефлексов сработал и я, еще не успев осознать, что именно происходит, свалился на лестницу, и закрыл голову руками.
Глава 12
Да в нас же стреляют! Какого хера?
Нет, я не питал никаких иллюзий, было и без того понятно, что отморозки, которых Фанат подрядил напасть на здание, будут палить во всех, включая спасательные службы. Но почему кто-то из них до сих пор жив, если в здание вошел спецназ?
Я поднял голову и огляделся. Моему примеру последовали не все, только медики. Полицейские остались на ногах, и более того, кто-то из них побежал дальше по лестнице. Остальные открыли огонь из пистолетов, видимо, прикрывая своего товарища.
Раздалось еще несколько коротких очередей, после чего курок сухо щелкнул, и грохнул одиночный выстрел из пистолета.
— Я убрал его! — послышался крик. — Пошли, пошли, пошли!
Мы повскакивали, и снова побежали наверх.
Второй этаж мы проскочили, видимо, боевые действия шли на третьем. Но нам же и лучше, второй этаж обычно технический, а хот-спот, который мы несли, вряд ли добивает больше чем на пару этажей. Нам ведь нужно, чтобы кто-нибудь подключился к нему, а не чтобы он просто так лежал.
На лестничной площадке третьего этажа лежал труп парня в косухе поверх легкого бронежилета. На полу около него валялся «Витязь», старый пистолет-пулемет, созданный на базе Калашникова. Да, Фанат вооружил их старым оружием, которое невозможно отследить. Оно и правильно., зачем тратить что-то лучше на смертников?
Рядом с лестницей на третьем этаже лежал человек в форме охранника. Голова его была разворочена пулевым попаданием, так что в помощи он, очевидно, не нуждался. Мы пробежали мимо в ту сторону, откуда были слышны выстрелы, но они уже были редкими, будто буквально пара человек, зажатых в углу, отбивались от спецназа. Возможно, что так оно и было.