Рыцарь из ниоткуда. Книга II. Сборник (СИ)

Сварог прекрасно знал, как это бывает: когда ситуация «с горя» плавно перетекает в ситуацию «с радости» (и хорошо, когда не наоборот)…
– Не сердитесь на нее, командир, ладно? – сказала Канилла. – Янка чертовски переволновалась из-за вас, места себе не находила первые дни, даже, вы меня только не выдавайте, плакала украдкой. Каюсь, я ей в конце концов и посоветовала: улететь в Вентордеран и там как следует набраться. Я сама пока не пробовала, но Гаржак уверяет, что это хорошо действует…
– Иногда очень, – сказал Сварог, вспомнив кое-какие примеры из собственной жизни. – Я и не собираюсь на нее сердиться, что ты…
– Я тоже перенервничала, – сказала Канилла. – Когда посадила брагант на мосту и подбежала к вам, а вы, полное впечатление, уже отходили… Жуткие были несколько минут, пока я не убедилась, что, пусть с вами и происходит что-то непонятное, умирать вы не собираетесь… Кто бы знал, что ваша мантия… И все же вы здорово рисковали. А если бы эта стерва ударила по шее? Шею мантия явно не защищает, иначе вам в свое время не удалось бы в Хелльстаде… Ну, вы понимаете.
– Весь расчет был на психологию, – сказал Сварог самым авторитетным тоном. – Мне объясняли опытные бретеры… Бить мечом в голову давным-давно не в обычае, разве что у солдат в бою.
Пусть уж лучше думает, что он все рассчитал и заранее знал, что мантия защитит. Неловко как-то было предстать перед ней лопухнувшимся. К тому же это чистая правда – что привычка бить мечом по голове сохранилась только у солдат, а у обычных фехтовальщиков давненько вышла из моды…
– Что это ты такая расфранченная? – решил переменить скользкую тему. – Такое впечатление, что прямиком с Той Стороны…
Канилла кивнула:
– Ага. Почти что прямиком. Из дворца связалась с Янкой, а потом полетела к вам. Решила: какой смысл переодеваться? По дворцу я все равно шла, как положено, в плаще с капюшоном – не-пойми-кто, очередная то ли магичка, то ли чернокнижница, чем-то занятая в королевской алхимической лаборатории… Налейте мне еще, командир. Заслужила. У меня случился нешуточный успех на Той Стороне…
Сварог налил ей стопочку до краев и спросил с любопытством:
– Что там было?
– Планировщики операции «Невод» – люди безусловно толковые…
– Плохих не привлекали, – сказал Сварог.
«Неводом» как раз и назвали операцию по изъятию с Той Стороны всех, к тому намеченных. Для чего и в самом деле собрали лучших планировщиков спецслужб.
– Это все касается Гарна, – сказала Канилла. – Уж я-то прекрасно знаю, как его обложили: специальный орбитал, прослушка не только телефонных, но и вообще всех разговоров… Очередной ворох донесений поступил уже ко мне, и я зацепилась за одну детальку… Я не ставлю себя очень уж высоко, может, кто-нибудь додумался бы и без меня, но получилось так, что я первая обратила внимание. Парочка чуточку странных телефонных разговоров с Кардоталем – с одной стороны, он выражался крайне иносказательно, с другой, это как-то не походило на служебные дела – какое-то чутье мне подсказывало, что ли. Что-то такое неслужебное было в интонациях, в голосе… А потом он вдруг сорвался в Кардоталь – как совершенно точно установили, отнюдь не по служебным делам, дела он как раз бросил, чем вызвал неодобрение начальства… Ну, у меня, как у вашей временной преемницы, уже были большие возможности – оперативники, техника… Я и сориентировала на него особую группу…
– Не тяни кота за хвост, – нетерпеливо сказал Сварог. – Давай суть. Не то время, чтобы демонстрировать твою любовь к эффектам.
– А я как раз перехожу к сути, – заверила Канилла. – Вы же помните, отчего меж ним и второй, нынешней, женой была некоторая напряженность?
– Еще бы не помнить, – сказал Сварог. – Он у меня давно под лупой. Очень хочет ребенка – единственный сын от первой жены погиб. Но у них четыре года ничего не получается. Дело явно в ней.
– Явно, – сказала Канилла. – Позавчера ребята Брагерта наконец-то влезли в «локалку» той медслужбы, где ее наблюдали, – эта служба как раз и ходит под СД, так что там «локалка»… Еще три года назад поставили точный диагноз. Так вот, у него есть сын. На стороне, понятно. Как раз в Кардотале. Я не стала брать с собой материалы, чтобы не грузить вас лишними подробностями. Но сама все посмотрела. Они представили подробный доклад с кучей снимков. Симпатичный такой двухлетний карапузик. Матери – двадцать шесть лет, служит связисткой в кардотальском отделении СД – скорее всего, они с Гарном там и познакомились. Лейтенант. Не замужем. Малыш серьезно прихворнул – вот Гарн в Кардоталь и сорвался. Ничего страшного командир, – Канилла подняла ладонь, угадав вопрос, который он собирался задать. – Кризис уже позади, он должен, по всем прогнозам, выздороветь через пару недель. С ним-то все в порядке, а вот мы… Представляете, какой был бы прокол?
 
– Да уж, – сквозь зубы сказал Сварог.
Действительно, прокол был бы с тяжелыми последствиями – операция «Невод» состоится недели через три, если бы они забрали Гарна с его «официальными» близкими, но оставили бы в прошлом на неизбежную гибель эту связисточку с сыном, которого Гарн, судя по всему, любит… Нешуточный психологический шок обрушился бы на Гарна в добавление к тому, который ему и так придется испытать…
– В общем, я немедленно вставила и ее, и сына в список на изъятие, – сказала Канилла. – И отдала приказ, чтобы еще раз тщательнейшим образом проверили всех остальных – у кого-то еще тоже может оказаться на стороне ребенок или какая-нибудь беззаветная любовь. Или еще кто-то, чья смерть в Шторме окажется для изъятого нешуточным потрясением. Над этим уже начали работать.
– Ты молодец, Кани, – сказал Сварог искренне. – Действительно… никак не скажешь, что с ближайшим окружением изымаемых работали спустя рукава, но работали все же с лупой, а надо было с микроскопом. Я очень рад тебя видеть, но… (он понимал, что это глупо, но все же невольно оглянулся так, словно за спиной у него угнездился соглядатай, жадно слушавший). – Но, в конце концов, это могло и подождать – коли уж работа отлично идет без меня. Ты все же чуточку неосмотрительно поступила, когда сюда прилетела. Ну конечно, твой брагант не засекла ни одна собака, машины спецслужб для Сферы словно бы невидимы, мы оба это давно и прекрасно знаем. Но ты ведь сейчас не в браганте. Я еще в прошлый раз, после того, как побывал здесь, запросил полную информацию об этом заведении – коли уж мне, ясно было, предстояло здесь отдыхать. Здесь есть средства наблюдения, накрывающие всю территорию – и позволяющие наблюдать, что происходит в домиках. Это понятно: иногда здесь оказываются люди в таком состоянии психики, что за ними просто необходимо наблюдать, это, в конце концов, не санаторий, а, называя вещи своими именами, психиатрическая лечебница… И всегда есть ночной дежурный врач, я уверен, он и сейчас на посту, хотя «отдыхающий» здесь один-единственный, то бишь я – у медиков своя бюрократия, уставы и регламенты… Вдруг возьмет и рутины ради посмотрит на пляж? Я это тут же определю, но воспрепятствовать не смогу. Неприятностей у тебя, конечно, не будет никаких, потому что ты никаких запретов не нарушала, но… Будет пятнышко на репутации серьезного, ответственного работника. Сама знаешь, до сих пор некоторые считают, что ты по молодости лет и бесшабашности характера еще не вполне серьезная и чуточку безответственная. И если бы только речь шла о врагах и недоброжелателях… Если тебя здесь засекут… Опять за спиной начнутся шепотки типа: «Эта безответственная девчонка…»
Он хорошо видел в ярком лунном свете очаровательное личико Каниллы – и на нем не было ни тени беспокойства. Наоборот, она словно бы слушала с хорошо скрываемой скукой – хотя эти шепотки за спиной ее изрядно раздражали, и она старалась не подставляться…
– Не беспокойтесь, командир, – сказала Канилла с мимолетной улыбкой. – Видите ли… Я сейчас невидимка для всех окружающих, кроме вас. И мой брагант тоже. Слово офицера, так и обстоит. Вы об этом просто-напросто не могли знать, потому что все произошло совсем недавно, конкретнее – позавчера, когда вы еще спали…