Рыцарь из ниоткуда. Книга II. Сборник (СИ)
Все держались, в общем, как обычно. Один Интагар чувствовал себя явно скованно — он свыкся с Яной в облике «баронессы Вольмер», но сейчас это была императрица Четырех Миров. Одетая не столь уж пышно, и драгоценностей немного, однако здесь она была исполнена не особо проявлявшейся внешне, но безусловно присутствовавшей спокойной величавости. Менее всего ее ощущал Сварог — она столько ночей провела в его объятиях, столько времени прожила в его замках в Хелльстаде и Латеране, да и по Талару они попутешествовали немало. Так что для него это была в первую очередь его девушка — а в Хелльстаде еще и законная супруга, обвенчанная с ним по всем правилам. Остальные, конечно, держались иначе — особенно Интагар.
— Прошу внимания, — сказал Канцлер. — Начнем… Начать, я думаю, следует с результатов поисков — как исстари заведено, моментально подыскали название, поименовав поиски «Операцией „Снег“». На мой взгляд, не самое удачное название, но эти названия — такой пустяк… Итак, результаты… Пока что с ними был знаком только я, остальные не торопились, решив подождать до совещания. Так вот… К Инбер Колбта стянули около двухсот орбиталов-наблюдателей — примерно десятая часть того, чем располагают наши спецслужбы. Но больше и не требовалось, иначе орбиталы стали бы мешать друг другу, перекрывать отведенные каждому участки. Одновременно маркиз Оклер выпустил в море меж островами около сотни своих, чисто морских автоматов-наблюдателей — в первую очередь они искали подводные входы в некие помещения. Как это было в случае с базами токеретов и поисками Хозяев Дакаты, о чем должны прекрасно помнить все присутствующие… за исключением господина Интагара, но ему достаточно будет моего заверения, что эти сведения сейчас совершенно не нужны. Не так ли?
— Разумеется, ваша светлость, — склонил голову Интагар.
Канцлер продолжал бесстрастно:
— Орбиталы работали более суток — а наблюдатели Оклера завершили поиски буквально час назад, Оклер для надежности провел поиски дважды. Результат — нулевой. Никаких подземных входов не обнаружено — только те, прежние, в свое время уничтоженные, как и базы токеретов, и жилища Хозяев Дакаты — а что еще было с ними делать? Вы все помните то совещание… И орбиталы ничегошеньки не обнаружили. Все находки представляют интерес исключительно для историков и археологов — старинные корабли на дне, несколько старых кладов и тому подобная дребедень, которая меня абсолютно не интересует, всех остальных, думаю, тоже. Результат, повторяю, нулевой. Что у вас, лорд Сварог?
Сварог легонько развел руками. Он себя чувствовал чуточку виноватым, хотя вины на нем не было ни малейшей.
— У меня обстояло, можно сказать, и еще хуже, — ответил он. — Мои системы способны исключительно на визуальные и слуховые наблюдения, — подметив краем глаза выражение лица Интагара, явно незнакомого с этим термином, он добавил специально для него: — Вульгарно выражаясь, они способны только смотреть и слушать. Моему… предшественнику этого было достаточно, другой наблюдательной аппаратуры у него не было, он так никогда и не озаботился ее созданием, так что изготовить ее мои мастера не в состоянии, разве что скопировать уже имеющуюся — но кому это нужно? Короче говоря, я ушел, когда не прошло и часа. Это было бессмысленно — оставаться там далее. Мои наблюдательные средства дублировали одну из функций орбиталов, и не более того. Конечно, я педантизма ради велел провести поиски по всей территории Инбер Колбта, это отняло сутки с лишним, но результаты опять-таки оказались нулевыми.
— То есть все службы, и имперские, и ваши — в равном положении, — констатировал Канцлер.
— В тупике, я бы уточнил… — сказал Сварог, понурясь.
— Ну что же… — сказал Канцлер. — По-моему, остается одно: все выскажут свои предположенная… то есть те, у кого предположения есть. Поскольку доказательных версий все равно не имеется, предположения нужны любые. Самые фантастические, — он криво усмехнулся: — Самые безумные. Все равно ничего другого не остается. Только громоздить предположения, надеясь, что все же в конце концов замаячит нечто… Ваше величество?
— Полностью согласна, — сказала Яна, слегка нахмурясь. — Действительно, ничего больше не остается, — она бледно улыбнулась. — Должна сразу предупредить: лично у меня никаких предположений нет… даже фантастических и безумных. Совершенно ничего не приходит в голову, простите уж…
— Ну что вы, ваше величество, — сказал Канцлер. — Признаюсь уж откровенно: мне тоже ничего не приходит в голову…
Наступило недолгое напряженное молчание. Яна с несколько отрешенным видом достала свой портсигар с крышкой, усыпанной большими сапфирами цвета ее глаз, сунула в рот сигарету. Краем глаза Сварог заметил на лице Интагара страдальческое выражение, точнее, его тень — старый моралист, несмотря на ситуацию, оставался верен себе: ну не должна девушка двадцати с лишним лет курить, особенно если она императрица…
Это словно послужило неким сигналом: Сварог и Канилла достали свои портсигары, а Канцлер с Марлоком — трубки…
— Ох, простите, дамы и господа, я совершенно забыл… — с ноткой смущения сказал Канцлер. — Прежде такая аппаратура никогда не использовалась, и я совершенно упустил из виду… Лейтенант Дегро… Судя по выражению вашего лица, результат и у вас нулевой?
— Вот именно, — кивнула Канилла. — Излучение всех «ручейков» во время… снегопада не менялось. Оно и сейчас остается прежним. К случившемуся они явно не имеют никакого отношения.
— Я, конечно, скажу жуткую банальность, — произнес Марлок. — Но это как раз тот случай, когда отрицательный результат — тоже результат. По крайней мере, мы можем быть твердо уверены в одном: «ручейки» к случившемуся не имеют никакого отношения. Правда, я не представляю, где это знание можно применить…
— И вряд ли кто-то представляет… — сказал Канцлер. — В таком случае остается одно — те, у кого соображения есть, их выскажут. Начнем с вас, Марлок, я думаю? Как-никак, вы единственный здесь ученый… впрочем, есть еще и лейтенант Дегро, но пойдем уж по старшинству… Итак?
Марлок выпустил клуб дыма и задумчиво проследил, как он тает под потолком.
— Соображение у меня одно-единственное, — сказал он прямо-таки непререкаемым тоном. — Я совершенно уверен, что Крепость Королей существует и работает с неизвестных нам времен до нынешнего дня. Доказательств два. Они косвенные, но, по-моему, весомейшие. Первое. Опять-таки с неизвестных нам с точностью до года и даже десятилетия времен на Таларе сохраняются климатические условия, которые не могут существовать в природе. Могут быть исключительно результатом работы установки по глобальному… вам понятно это слово, Интагар?
— Да, мне объяснили…
— Отлично. Установки по глобальному управлению погодой — в масштабах всего Талара. И это, безусловно, установка, созданная в доштормовые времена, — нет никаких свидетельств, что это дело рук наших предков — конечно, сохранились сведения далеко не обо всем, происходившем до Вьюги, но все же я остаюсь при своем мнении. Будь это делом рук предков-ларов, хоть какие-то воспоминания сохранились бы в «Хронике Семи» (нужно будет изучить наконец материалы по Вьюге, подумал Сварог. Сижу, как болван, представления не имея, о чем, собственно, речь, ничем не отличаясь от Интагара). В том, что установка — безусловно, работающая в автоматическом режиме — существует и действует пять с половиной тысяч лет, лично я не вижу ровным счетом ничего удивительного. Все знают, как долговечны изделия живших до Шторма людей: «Рагнарок» лорда Сварога, всякие устройства и приборы, простые и сложные, в некотором количестве попавшие в руки наших служб до того, наконец, хорошо изученная к нынешнему дню база «Стагар»: все это время она пребывала на морском дне, однако все там — ну, почти все — либо работает — я о компьютерах, пребывающих в спящем режиме, — либо может быть приведено в действие. Кое-что мои люди в действие и привели — правда, практической пользы это не имеет никакой. Почему так обстоит со сделанными до Шторма вещами, никто до сих пор так и не смог объяснить — но сейчас, по-моему, это совершенно несущественно… Второе. Этот загадочный снегопад можно объяснить исключительно неким… изменением в режиме работы Крепости Королей — оставим уж за ней это названное, следуя старинным книжникам, пусть и не представлявшим, что это такое… Явление носило глобальный характер.