Знойные ветры юга. Часть 1 (СИ)

— Кто из вас старший? — полюбопытствовал князь, а навстречу ему вышел и с достоинством поклонился седоватый мужичок в обшитой тесьмой рубахе.
— Меня зовут Петр, сиятельный, — сказал он.
— Вы христиане? — удивился князь.
— А как же! — вскинулись романы. — У нас и монастырь тут есть.
— Монасты-ы-ырь! — удивленно протянул Самослав и глубоко задумался. Он пока не давал разрешения строить в Словении монастыри, чтобы не усугублять вражду между конфессиями. — И давно?
— Да сколько себя помним, — развели руками уважаемые люди. — При наших дедах он уже точно стоял.
Жизнь тут была непростой. Степь была тем местом, откуда приходили враги, а горы были тем местом, где от этих врагов можно было укрыться. Здесь Великая Степь, огибая с юга Карпаты, протянулась узким языком до самой Паннонии, где уже раскинулась привычно широко, став жуткой аварской Пустой. Потому-то на юге Дакии кочевали мелкие племена, а на севере жили потомки римских колонистов и словене, поселившиеся рядом друг с другом. Они растили зерно и пасли овец, уводя стада в горы при малейшей опасности. И то, что эти люди за три с половиной столетия полнейшего хаоса смогли сохранить свою веру, свой язык и свои земли, означает, что их нужно воспринимать всерьез.
— Я, почтенные, это край под свою руку беру, — любезно пояснил Самослав старейшинам. — Вы как, добром пойдете, или воевать будете?
— А еще какой-нибудь выбор есть? — волком глянули местные.
— Выбор всегда есть, — пожал плечами Самослав. — Но эти земли до самого Дуная мои. Можете подчиниться, можете уйти, можете воевать со мной.
— Подчинимся пока, — пугливо посмотрели на него мужики. — За словен ничего не скажем, у них свои владыки.
— Ну, раз подчинитесь, пошли в шатер, — махнул рукой Самослав.
— Зачем это? — подозрительно посмотрели на него.
— Вино пить и подарки получать, — пояснил князь. — Или вы не любите вино и подарки?
Такие истории повторялись каждые десять — пятнадцать миль. Где-то местные роды шли под его власть охотно, где-то неохотно, а где-то пробовали сопротивляться. Буйных сгоняли с земли, давая возможность уйти на юг. Тех, кто не шел добром, били, а уцелевших вели на запад, расселяя по пустующим землям.
Так княжеское войско дошло до последнего изгиба Дуная, который отсюда понес свои воды к морю. Великая река осталась по правую руку, а Карпаты — по левую. Именно здесь, где в будущем встанет румынский город Галац, и расположилось то самое бутылочное горлышко, через которое в Европу еще не раз ворвутся болгары, венгры, печенеги, половцы и монголы. Это место нужно будет перекрыть намертво, потому что от берега реки до густых лесов карпатских предгорий всего-то пара дней пути. Крепкий замок сильно затруднит проход конной орды, а заодно будет контролировать судоходство. Восточной границей станет полноводная река Прут, которая неподалеку отсюда впадает в Дунай. Место было просто отличным.
— Как же назвать новый город? Как? — ломал голову князь. Решение пришло быстро, озарив короткой вспышкой. — Измаил! Он ведь тоже должен быть где-то неподалеку. Да! Пусть будет Измаил. Хорошее название в свете… хм… назревающих событий… Отсюда войско сделает бросок за Дунай…
— Государь! Вам письмо из Кесарии! — гонец-степняк, едва стоявший на ногах, с поклоном протянул запечатанный свиток с печатью…
А чья на свитке печать? Да ладно! Стефан??? Князь распечатал письмо и углубился в чтение. С каждой минутой на его лице усиливалось выражение удивления, а дочитав, он присел на поваленное дерево, утирая внезапно вспотевший лоб.
— Ну, Ратко! Ну, удивил! — изумленно помотал он головой. — Вот ведь отчаянный малый! Нашел-таки!
Он помолчал немного, а потом посмотрел на гонца. Его нарядный, расшитый золотой нитью форменный халат был прорван в нескольких местах, обнажив кольчугу. В колчане, притороченном у седла, оставалась едва ли половина стрел.
— Ты откуда прискакал?
— Из Белграда, государь, — ответил тот. — Туда эстафета из Константинополя пришла.
— Молодец! Пятьдесят рублей награды получишь! — хлопнул он гонца по плечу. — Назад поскачешь с охраной, рисковать нельзя. Важные письма повезешь. Пока иди, отдыхай!
 
Это письмо многое изменило. Там, в песках Аравии, наконец, случилось то, что должно было случиться. Войны Ридда(3) закончились, и мусульмане одержали безоговорочную победу. А раз так, то очень скоро начнутся события такого масштаба, что все, что он сам делал до этого, покажется невинной детской забавой.
Основные силы Семи племен живут за Дунаем, и туда князь пока не пойдет. Он уже добрался до восточного рубежа своей державы, за которым начиналась Великая степь. Пусть южным рубежом Словении пока станет Дунай. Нужны ли ему Семь племен именно сейчас? Не нужны, не время. Он будет действовать мягко, подминая под себя элиту этого воинственного и буйного народа. Потому что совсем ни к чему начинать новую войну прямо сейчас. На пограничных рубежах Словении нужен прочный мир. Мир со Степью, мир с непокорными словенами юга, мир с франками и лангобардами. Мир нужен потому, что очень скоро все изменится. Пройдет всего несколько лет, и то, что веками казалось незыблемым, словно пирамиды Египта, рухнет в одночасье и навсегда.
На руинах нового мира поднимется робкой порослью новая, молодая и злая сила. Знойные ветры юга совсем скоро сметут прогнившее римское наследие на Востоке. А раз так, зачем ему эти нищие племена? Он еще успеет разобраться с ними. Его ждет приз куда серьезней.
1 Сокотра — остров в 300 км от побережья Йемена. Главный город — Тамрида. Очень долгое время был прибежищем пиратов. Остров занимает стратегическое положение, контролируя выход из Красного моря.
2 Адана — совр. Аден. В то время — процветающий порт на юге Аравии.
3 Войны Ридда — Войны отступников. Серия конфликтов в Аравии 632–633 года после смерти Пророка Мухаммеда.