Леди-воровка на драконьем отборе (СИ)

— Ага, — я снова пригубила вино.
Все понятно, кроме одного: я в этой истории где? Мирабель оно и понятно — родилась и осталась с матерью в графстве. А я?
— Утомил я тебя разговорами? — принц Дункан хмыкнул.
— Скорее озадачили. Вот живешь себе, карьеру строишь, об учебе призадумываешься, а потом... бах и... Все вверх тормашками. Сиди и соображай, что к чему. Прихвачу-ка я с собой в комнату все-таки бутылочку гранатового. Она мне пригодится.
Принц громко рассмеялся.
— Тогда не этого пойла, привезенного послами из соседнего государства. Там в глубине есть получше сорта...
... Только через час я на нетвердых ногах вернулась в свою комнату. Сев на кровать, поставила на тумбочку чудесное выдержанное гранатовое вино из графства Шарлье, поставленное в свое время ко двору в очень ограниченном количестве.
В голове шумело, но скорее от тяжелых мыслей. То, что поведал мне принц, казалось, историей моих родителей. Моих и Мирабель, только вот остался один вопрос — а я? Почему в ту ночь наследница у Лодоса оказалась всего одна?
  
Глава 11 Ночью положено спать, леди!
 
Звон колокольчика, так беспардонно вторгшийся в мой сон, предпочла не заметить. Крик леди Алье тоже. Повернувшись на другой бок, просто послала ей через дверь несколько крепких портовых ругательств.
Ей полезно, а мне не жалко.
Но жуткий трезвон не прекращался. Словно зная, как у меня раскалывается голова, гофмейстерина продолжала трясти своим орудием пыток.
Хлопнула дверь. Всего одна.
И вдруг блаженная тишина.
Какое счастье. Похоже, распорядительницу отбора сегодня на королевском флюгере повертели все. И поделом ей. Заладила со своим: «Королева должна, да королева обязана...»
Мне королевой не быть, так что ничего никому не обязана. Подняв подушку, засунула под нее голову.
В дверь постучали.
Поморщившись, сделала вид, что нет меня. Пусть идут мимо. Но послышался скрип, вроде и тихий, а создалось впечатление, что это кто-то у меня в мозгах петли не смазал.
Шаги, шаркающие по полу. Меня перекосило. Застонав, облизала пересохшие губы.
— Люси, — прохрипела умирающе. — Что же тебя нелегкая принесла?
— У-у-у — раздалось надо мной, — и когда же это вы, виконтесса, успели? Вроде оставила вас уже лежащей в постели. А это у вас что?
В голове раздался оглушающий удар тихонько поднятой и поставленной на столик бутылки.
— Гранатовое вино, да ещё и такое роскошное. Когда же вы успели? Ночью положено спать, леди!
— Мне захотелось пропустить стаканчик, — простонала я.
— Я вижу, красавица моя. Ночью шастать по замку! Это же небезопасно!
— Люси, — снова простонала я.
— Я уже всё сказала. А теперь подъем! Сегодня объявили о проведении следующего конкурса.
— Да всё там известно же, — в моём голосе было столько неподдельного страдания.
Но кто бы сжалился. Одеяло быстро сползло с кровати.
— А вот и не всё. Перенесли конкурс на завтра. Времени почти нет, а испытание важное.
— Не буду участвовать и всё, — промычала, пытаясь поймать уголок одеяла.
— Нет, как можно! — возмутилась моя вредная старушка. — В этом конкурсе вы обязаны победить. Это честь вашего графства!
— У меня нет графства, — простонала в ответ.
— Оно у вас есть, леди Гимера! И я не позволю вам обронить честь людей, что живут на земле Лодоса и работают в поте лица! Они достойны уважительного к себе отношения. Не смейте их срамить, леди. Так что подъем.
— Люси, — я обхватила подушку, — сжалься. Ещё два дня почти...
— А что у вас есть какие-то идеи?
— Расскажу о креветках, омарах да мидиях...
— Расскажите? Вот моряки в порту вам рыбу не покажут, а расскажут о том, какая она вкусная. И что Лодос, по-вашему, — это креветки и мидии? Возмутительно!
Я, наконец, открыла один глаз и призадумалась над тем, что она мне тут толкует.
— Люси, а что значит твоё: «вы должны победить!» У нас что-то изменилось? Зачем мне побеждать? Выступить достойно — это одно. Но побеждать?
Она замялась. И это показалось мне странным. Морщась и кряхтя, я села и уставилась на свою старенькую служанку. Сегодня она выглядела донельзя счастливой, светилось даже.
 
— Милая, а что, кроме конкурса, ещё произошло?
— А... — она отмахнулась, — Были в семье проблемы с невестой внука, а сегодня разрешилось всё. Вот как узнала, аж груз с сердца упал. Так что встаем, виконтесса, и побеждать. Лодос должен выглядеть достойным!
— Ои-и-и... — я снова повалилась на подушку. — Сжалься, милая. Сжалься. Дай хоть чай.
— Уже несут, — пропела она. — Нужно продумать вам наряд, чтобы красиво, по моде и со вкусом. Заткнуть за пояс эту выскочку де Морбэ. Ишь, возомнила она себя уже королевой. Весь замок судачит, что это она занавески подожгла. Она, змея хитрая! И надо же было её Величеству королеве эту графиню Алье в распорядительницы отбора подсунуть. Всё спланировали. Только вот блистать ВЫ будете. А она, бездарность подлая, пусть в уголке отсиживается. Ничем её герцогство не славится. Перекупками занимаются. Торгаши! Ничего не создают и не выращивают, а смеют надсмехаться.
— Да что же ты злая-то такая на них?
Я вновь крепко зажмурила глаза.
Ничего не знаю, всё подождет.
Как же у меня раскалывалась голова...
... Солнце было в зените, когда я, вооружившись неприлично большим кувшином с «огурцовым морсом», ползала по библиотеке и пыталась найти хоть какую-нибудь летопись о моём мнимом графстве. Просмотрела целый стеллаж, посвященный истории нашего королевства, и ни-че-го!
Хоть плачь!
Налив в высокий стакан рассола, сделала несколько глотков. Да, чтобы я ещё хоть раз пила с королевскими особами особенного вина.Да оно крепленое было! А я ведь леди воспитанная, как я так умудрилась? Вообще, не помнила, чтобы я хоть раз вот так... Стыдоба!
Боги как же мне сейчас было муторно.
Я сделала ещё несколько глотков. В голове прояснялось.
— Как странно, уже второй человек за это утро мне встретился с графином. Бель, а что за странный напиток? — вздрогнув, я обернулась и уставилась на Рауля.
Ну, принесла же нелегкая!
— Уже день, — проворчала в ответ, — и у меня...
— ... болит голова, — закончил лорд дознаватель. — А не кагор ли причина тому?
— Он самый, — выдохнула я. — Я этой ночью стояла на охране вашего покоя, граф. Так что вы мне должны!
— Что? — у него так забавно приподнялись брови.
Прохромав к столу, за которым расположились я, графин и книги, выдвинул стул и присел.
— Это как же ты меня охраняла, девочка?
Взглянув на него, ощутила легкий стыд. Представляю, что он обо мне думает.
— Грудью встала на пути его Высочества с бокалами и не позволила идти и вас будить.
— Вот надеюсь, что действительно грудью ты нигде не вставала, — его глаза становились такими злыми и холодными.
Отпив ещё немного «огурцового морса», тяжело вздохнула.
— Принц Дункан поймал меня в винном погребе с поличным. Вот мы и...
— Напились?! — он прищурился.
— Не совсем... Побеседовали, — покаялась я. — Рауль, миленький, будь снисходительным. Голова болит жуть как. А мне ещё к этому конкурсу готовиться. А что я могу? Ну, не мидии же тащить королю!
— Вот это был бы лучший вариант, — он улыбнулся и, глядя на меня, покачал головой. — Но, нет у нас ничего из морепродуктов с Лодоса. Не завезли. Я только с кухни, выяснял. Я тебя прошу, Бель, веди себя тихо. Вот это, — он указал на графин, — было лишним.
— Да, знаю я, просто деваться было некуда. И тебя жалко стало, разбудил бы ведь.
— Защитница ты моя, — хмыкнул он. — К целителю иди на второй ярус. А лучше я сейчас Люси к тебе пришлю — пусть сводит, а то ты ещё куда-нибудь вляпаешься по дороге.
Вот так, отчитав меня, Рауль Хелиодоро, опираясь на трость, пошел к выходу. А мне полегчало. Слово «целитель» звучало так заманчиво.
  
Глава 11.1
 
***