Сегодня рыжая (СИ)

Через несколько минут хлопнула входная дверь, раздался голос Влада:
— Зойка, я дома!
Ирина усмехнулась, попивая чай.
Потом повисла пауза. Видимо, Влад заметил вещи гостьи. Или хозяйки?
Влад бесшумно материализовался в дверях кухни.
— Привет, — невозмутимо сказала Ирина. — Вижу, недолго по мне убивался.
Зоя с любопытством следила за лицом Влада. Она уже поняла, на чьей стороне будет победа, но ей было интересно. Он молча смотрел на Ирину, и в его глазах было желание.
— А должен был? — всё же спросил он. — Ты же нашла получше? Вот и я нашёл получше.
Ирина подняла красивую бровь.
— Ладно, ребята, весело тут у вас, но мне пора, — Зоя поднялась.
Влад, словно очнувшись, заморгал:
— Зоя…
— К чему слова, Влад? Хочу только предупредить, когда в вашем семействе с итальянскими страстями вновь наступит кризис, ищи кого-то другого. Я беру билеты только в один конец. Прощай! Приятно было… — Зоя направилась к двери. Он не пытался её остановить.
— Ой, напугала, у Влада, наверно, поджилки трясутся, — хохотала вслед Ирина. — Билеты в один конец!
Зоя зашла в ванную комнату, выбросила свою зубную щётку в мусорное ведро, накинула куртку, сунула ноги в кроссовки и выскочила на улицу.
Она бежала под начавшимся дождём и плакала. Не из-за Влада, а из-за того, что её опять предпочли другой, и опять бывшей. Достаточно! Третьего раза не будет!
…Что ж, прогресс был налицо: если с Димой они встречались два года, а страдала она потом три месяца, то с Владом всё произошло достаточно быстро. Она плакала ровно один вечер, и то, скорее, от обиды и несправедливости. Она честно не понимала, как можно так смотреть на предателя? Так, как Влад смотрел на Ирину? Зависимость или такая любовь?
На следующий день произошло сразу два удивительных события.
Днём в их кафе пришёл некогда найденный ею на улице Кирилл. Он был в сопровождении группы подростков лет двенадцати. Один из парней сказал: "Я видел в окно, сегодня рыжая, берём пиццу!".
Она наблюдала за Кириллом, оставаясь незамеченной. Хотя, наверно, можно и не скрываться. Он и не узнает её, у него было сотрясение, вряд ли он видел её ясно и отчётливо. А может, вообще не помнит, что с ним было. Он даже не спросил у Влада о ней, хотя тот навещал его каждый день в больнице.
Слава богу, поправился. Он говорил, что работает тренером. Выходит, в этом спортивном комплексе? Мир тесен.
Интересно, что они празднуют? Победу или его выход на работу?
Второе событие произошло поздно вечером, после работы. Зайдя во Вконтакте, Зоя обнаружила… сообщение от Димы. Он писал, что прошло ровно полгода с их расставания (надо же, какая политкорректность! Зоя-то считала, что её послали), и он понял, как ему не хватает её, Зои, и её тепла. Что не может дозвониться. Что очень хочет повидаться.
Она сменила номер телефона и даже оператора связи, когда обосновалась в этом городе.
Дима интересовался, где её можно найти.
"Привет! — написала Зоя. — Завязывай бухать!".
Она никогда так не разговаривала, и нарочно ответила так грубо, чтобы он сразу обиделся и отстал от неё. Но не тут-то было.
Несмотря на то, что его сообщение было отправлено часов в шесть вечера, а сейчас была ночь, он ответил сразу.
"Зая, ты же знаешь, что я не пью. Как я рад, что ты ответила, пусть ерунду! Скажи, как тебя найти? Очень соскучился…".
— Соскучился? Ну так иди в чёрный список, — Зоя заблокировала страницу Димы и закрыла личные сообщения на своей, чтобы не мог написать ей с других страниц. Всё. Можно лечь спать.
* * * * * * *
В течение последующих недель Зоя ещё несколько раз видела Кирилла в кафе. Значит, точно работает в этом комплексе. Она даже запомнила, какую он пиццу всегда заказывает, — гавайскую. Это была любимая пицца Зои.
Однажды, уже в начале ноября, в кафе появился Влад. Он пришёл в то время, в которое раньше приходил на обед. Зоя не была готова к такому повороту, не успела вовремя спрятаться, и он заметил её. Сделал заказ, сел напротив кухни. Зое очень хотелось скрыться в подсобке, но время было обеденное, посетители шли и шли. Делая вид, что не замечает Влада, Зоя продолжала работать.
 
Быстро посмотрела в телефон: там оказалось пятнадцать пропущенных от Влада. Телефон на работе всегда стоял на беззвучном режиме. Значит, Влад здесь всё же по её душу… Не хватало ей только выяснения отношений, да ещё на рабочем месте.
Он закончил обед, встал и направился в сторону кухни. К счастью, заказа пока не было, и Зоя забилась в закуток за стеной. Их разделяла эта узкая стена и деревянная стойка.
— Зойка, пожалуйста, поговори со мной, — позвал он.
— Здравствуйте. Мне запрещено общаться с посетителями в рабочее время.
— А в нерабочее?
— А в нерабочее я сама выбираю, с кем мне общаться.
— И я не вхожу в число избранных?
— В точку.
— Зоя, пожалуйста! Прости меня. Выслушай. Я очень скучаю. Мне холодно без тебя.
Такое тело рядом, холодно ему!
— Да что я вам, печка что ли?! — Зоя уткнулась лицом в ладони.
— Зойка, не плачь! Я ухожу, тебе нельзя разговаривать. Можно тебя встретить?
— Нет, иначе я просто не выйду. Уходи, Влад. Ничего не будет больше. Я люблю другого.
— Не может быть! Ты лжёшь. Я тебя знаю.
— Плохо, значит, знаешь. Всё, Влад, иди. Иначе я "тревожную" кнопку нажму сейчас.
— Пока, Зойка, — грустно сказал он. — Я всё же буду ждать твоего звонка.
Он ушёл.
Зое было жаль его. Хороший он, просто "бесхребетный". Подкаблучник. Жаль его. Но она ничего не могла с собой поделать: внутри словно стояла стена. Зоя не умела прощать предательство. Видимо, бабушкины гены давали себя знать.
…На этом сегодняшние приключения не закончились. Часов около пяти вечера в кафе появился её брат, Макс. Зоя видела, что он очень расстроен.
— Вить, прикрой меня на пару минут, — попросила она напарника-сушиста.
Сняла колпак и фартук, накинула куртку и сделала Максу знак, чтоб шел во двор за кафе. Тот поднялся.
— Что за траур, Макс? — спросила Зоя после приветствия. — Давай быстро излагай, пока меня не хватились.
— Меня выгнали с секции.
— С шахмат?! За что?
— Да не с шахмат! С борьбы.
— Ты ходишь на борьбу? Не знала.
— Когда ты приехала, был отпуск у тренера, а потом он долго болел. Вот месяц только, как занимаемся. Ты же отдельно живёшь, потому не знаешь.
— А где, тут занимаешься? В этом комплексе?
— Ага. Занимался, — Макс вновь погрустнел.
— За что выперли-то?
— Позавчера были городские соревнования, а я пропустил. Потому что меня от школы отправили на районную интеллектуальную игру. Вошёл в школьную команду. И мы победили.
— Поздравляю! Так ты бы объяснил тренеру!
— Я объяснял. И предупреждал, что не приду. Он сказал, всё равно ждёт меня на соревнованиях. А сегодня, когда я пришёл на тренировку, он меня завернул. Так обидно, я ведь с восьми лет хожу на борьбу, и к своему тренеру уже года четыре. А он меня так легко пинком…
— Пинком?!
— Неее! Это я образно. Он очень хороший тренер. Такого не найти больше. И родителей расстраивать не хочу. Они так гордятся всеми моими достижениями.
— Так, всё. Сейчас иди в кафе, я тебе сделаю пиццу твою любимую. Деньгами не тряси, оплачу. А завтра с тобой схожу к тренеру. У меня выходной. Грамота есть с интеллектуального конкурса?
— Диплом за первое место.
— Вот, возьмёшь с собой. Посмотрим, что там за лучший тренер. Развыгонялся он.
  
Глава четвёртая
 
Они шли по широкому коридору спортивного комплекса; Макс знал, где тренерская. Дежурный на входе сказал, что Кирилл Андреевич никуда не уезжал, значит, он в тренерской или на тренировке.
Может тут быть несколько тренеров по имени Кирилл, интересно?
— А ты какой борьбой занимаешься, Макс?
— Самбо.
Зоя остановилась, сняла с шеи кофейного цвета шарф, который сама связала, и отдала его в руки Максу.