Взрывная карамель для миллиардера (СИ)

— Свееет… — шепчу я, понимая, что не получится вразумить подругу.
— Чего? — мимикой лица отвечает мне подруга, недовольно дергая бровями.
— Свет выключи, — жалобно пищу.
Снигирёва делает жест рука — лицо. До неё доходит: как только она повернёт железную задвижку глазка на двери, чтобы посмотреть кто там, этот кто-то за дверью увидит горящий свет в квартире.
Погасив свет, подруга медленно отодвигает задвижку и смотрит в глазок. Она замирает и не двигается. Губы сжимаются в тонкую полоску.
Чувствую что-то неладное. Если бы там был Олег, то Снигирёва сразу отскочила бы от двери. Значит не он. Тогда кто?
Хочу подойти посмотреть, но Света не даёт. Хватает меня за руки и тащит в зал.
— Не будем открывать, — шепчет она.
Да что происходит?
Не успеваем отойти от двери, как за ней раздаётся женский голос. В тишине он слышен отчётливо.
— Я знаю, что вы дома. Не заставляйте ждать, — произносит Ирка — моя бывшая подруга.
Когда-то мы очень хорошо дружили втроём. Но потом в моей жизни появился Олег. Всё изменилось. Ира по уши в него втюрилась. Стала строить козни и пытаться нас поссорить. Я на неё была очень обижена и не смогла простить подлости. Да и о какой дружбе может идти речь, если она вздыхает по моему мужу?
— Что она здесь делает и почему говорит, что именно «мы» дома? — возмущённо спрашиваю у Светы.
— Блин. Я не удержалась. Рассказала про твоего козла Олега, и как тебе хреново сейчас. Ну, ты пойми. Знаешь, как тяжело удержать в себе такие новости? К тому же она реально может помочь. У неё муж кадровик в крутой организации. Я через неё Игоря программистом на работу устроила.
Стою в полном шоке. Ну и Света. Понятно, что она хотела, как лучше. Но Иру не хочу сейчас видеть. Много слов было сказано в порыве злости, когда виделись в последний раз. Ощущение, что она будет злорадствовать моему положению.
В дверь раздается громкий, настойчивый стук.
— Она всё равно не уйдёт, — виновато опускает глаза в пол Света и идет открывать.
Я же скрещиваю руки на груди и облокачиваюсь о дверной косяк. Выражение лица — кислая мина.
Дверь распахивается и в квартиру вплывает вначале живот, и только после Ира. Ого! Она ждёт ребёнка, а я не знала. Время не стоит на месте.
— Чего сразу не открыли? Не хорошо беременных заставлять ждать. На вот, возьми, — протягивает мне Немцова пакет, в котором звенит стекло.
Дождавшись, когда подруга разденется, идем на кухню. Я и Ира садимся за стол напротив друг друга.
— Ну, я так и знала, что этим всё закончится, — торжествующе говорит Ира и смотрит мне в глаза, пожав губы.
— Ты пришла это обсудить? Высказаться?
— Да нет. Я подумала, что пора нам помириться. Раз в твоей жизни больше нет объекта нашей ссоры. Делить нам больше нечего. Вспомним, как нам было вместе хорошо. У меня с беременностью ностальжи. Я очень трогательная и чувствительная в последние несколько месяцев, — поясняет Ира и достаёт из пакета бутылку вина.
— Тебе же нельзя! — произносим в голос со Светой.
— Эх, жалко конечно. Но так-то да. Поэтому это — вам, а мне — апельсиновый сок! — достает из пакета другую стеклянную бутылку, креветки и солёные огурцы.
Вообще-то, я не увлекаюсь спиртным. Но градус напряжения последних дней сказывается. Решаю сегодня не отказываться.
Интересно наблюдать, как Ира с аппетитом кушает морепродукты, которые не успели остыть. Света едва их приготовила, а беременная подруга сразу накинулась. При этом она заедает их солеными огурцами и запивает сладким соком.
После первого бокала я расслабляюсь. После второго клонит в сон. Вспоминаем институт.
— Помнишь, как проносили самогон на дискотеку в пачках из-под сока? Как сначала выкачивали, а потом заливали шприцом, чтоб не спалиться?
— Ага, и как потом тащили Светку до дома и объясняли родителям, что отравились в столовой.
Становится весело. Раньше всё было просто, легко и беззаботно.
Потом вспоминаем, как поругались с Иркой из-за Олега. Заканчивается всё выводами о том, что никакие козло-мужики не стоят нашей дружбы.
 
У Иры постоянно вибрирует телефон.
— Время, одиннадцать ночи. Кто тебе всё время пишет? Дисплей не перестаёт мигать. Там может муж тебя потерял и разыскивает? — спрашивает Света.
— Пфф… не думаю. Он прекрасно знает, где я. Он же меня привёз! Ну, вы даёте! У нас с Ромой друг от друга секретов нет, — отвечает Ира, но телефон в руки берёт.
Хмыкнув, она поясняет, что это в рабочем чате сходят с ума. Произошло какое-то грандиозное событие, которое переполошило всех сотрудников. Но какое, она не знает. Там куча сообщений. Неохота читать. Света сгорает от любопытства, ведь у нее там Игорек тоже работает. Но Ира на все уговоры отнекивается.
— Ой, девочки, меня совсем разморило, и я хочу спааать! — заявляю я, намекая, что пора кому-то идти домой.
Не помогает.
— Так иди, ложись на диван.
— А как же Игорь?
— На кухне сегодня поспит, — выносит вердикт Света.
Нда… Во дела… Они точно поругались.
Не отказываюсь. Надувной матрас спускает воздух немного, и под утро он сильно прогибается. У меня начинает побаливать спина.
Блаженно ложусь на разложенный диван, обхватываю руками подушку и засыпаю. Когда просыпаюсь утром, никого уже нет дома.
Как нехорошо получилось. Игорь вчера не ночевал дома? Я мешаю подруге, можно сказать разрушаю семью. Надо идти к Олегу, попробовать решить вопрос с кредитом. Ну, не полный же он козел! Может просто забыл оплатить?
Что ж, настало время тащиться к мужу за порцией унижения. Тянуть больше нельзя. Свете тоже надо оплачивать ипотеку.
Приходится чистить зубы. Впервые за эту неделю. Еще мыть волосы. Высушиваю их и заматываю в высокий пучок, чтобы облезлые мышиные пакли не лезли в глаза.
Смотрю на себя в зеркало ванной.
Света настаивает на поход к ее парикмахеру — но мне стыдно снова брать у нее денег.
Бросаю тоскливый взгляд на косметичку подруги. Когда я последний раз красилась?
А, вот, взяла и на зло Олегу принялась наносить макияж. Пусть посмотрит, покусает себе локти — чего лишился.
Когда-то мне было интересно заниматься визажем. Даже закончила курсы. У меня хорошо получалось, так, что клиенты сами просились и платили мне приличные по студенческим меркам деньги. Когда-то. Давно, в прошлой жизни. Когда мы со Светой еще учились на первых курсах института.
А потом появился Олег. Поначалу запрещал мне работать, говорил, что сам оплатит все мои расходы. Так я научилась экономить — неудобно было выпрашивать денег.
Танцами он мне тоже запретил заниматься — переживал, что меня «лапают» партнеры и, что на меня глазеют посторонние парни.
Он хотел, чтобы я просто сидела дома и «обеспечивала уют». Такая смесь — кухарки— домработницы— экономки. Будь его воля, он бы мне и институт не дал закончить.
Всеми правдами и неправдами выпросила, чтоб разрешил. Всего-то оставался год учиться, когда мы поженились. Но пришлось перевестись на заочный. Хорошо, что я настояла на своем — теперь у меня хоть диплом есть.
Олег говорил, что он мне никогда не понадобится. И я с ним соглашалась. Оказалась неправа. Теперь мне образование пригодится.
Вздохнула, подводя легкие стрелки, подчеркивая форму миндальных глаз. Выбрала легкие серые тени с матовым эффектом — я могла даже для дневного макияжа создать эффект-smokу eyes — получилось легко, непринужденно, практически незаметно косметику — только эффект. Жаль у Светки дешевая линейка. Но, наверное, у меня, действительно, был «талант», как говорила коуч на обучении.
Увлеклась так, что попробовала весь арсенал подруги, всё, что удалось найти. Не густо — но и то хлеб.
Тональник, хайлайтер, тушь. Светлый блеск для губ, который придал объем.
Я и забыла, что могу быть красивой.
Аккуратно складываю косметику, тащусь в зал одеваться. На диване ждут Светины джинсы. Подружка оставила те, которые были слегка великоваты ей.