Землянка на десерт

Я пробежала по инерции несколько метров и только потом вспомнила, что, вообще-то, на боку у меня висит бластер, а за спиной клинки и это я приехала его убивать. Я резко затормозила. Альмосар врезался в меня, и мы повалились на землю.
– Вставай, бежим! Журы очень шустрые, быстро нагонят! – скомандовал Мо.
Вот только едва он сам поднялся, как ухнул в землю по самые плечи.
Я застыла от ужаса. Напарник провалился в нору журов. Я выхватила бластер из кобуры и лихорадочно огляделась, высматривая врагов. Скорее всего, вся земля под нами испещрена ходами мерзких червяков. Только убедившись, что рядом нет врагов, я подала руку Мо. Но он смотрел на меня круглыми как плошка глазами и не спешил хватать мою ладонь.
– Осторожно отойди к дереву и подай мне ветку! – потребовал он.
Я сморщилась и схватила его за руку, слишком уж долго он раздумывал. Вдруг его съедят.
– Глупая! – зарычал он и отбросил мою ладонь. – Сейчас надавишь посильнее на почву и тоже провалишься. Тебя спасает только то, что ты легче меня.
Согласившись с его доводами, аккуратно прошла к дереву и наклонила ветку. Мо ухватился, и я с трудом вытащила его. Так мы и стояли несколько минут: Мо, осинка и я.
– Что делать-то будем? – немного испуганно выдохнула я, все еще обнимая ствол дерева. – Спалим все к гланам?!
– Спалим, – наконец согласился Мо, изрядно испугавшийся вместе со мной.
Отлепившись от ствола и придерживая друг друга, мы аккуратно пошли к нашему веспу. То есть возвратились к тому месту, от которого убежали.
– Чем жечь будем? – уточнила я, слабо представляя этот процесс.
Альмосар нахмурился.
– У нас раньше травили крыс, грибков и насекомых серой. Может, и против этих сойдет. А инсектоиды тут рядом не живут, так что не пострадают. И для экологии относительно безопасно! – предложила я.
Альмосар удивленно посмотрел на меня.
– Вот вроде и много знаешь, и дело говоришь, а не получается!
– В смысле? Почему не получается? – возмутилась я, потому что уже фантазировала о том, как мы одним махом прихлопнем всех журов.
– А вот так! – развел руками Мо. – Не получается! Во-первых, размер норы жура и маленькой крысы несопоставим. Это сколько тонн серы нам понадобится, чтобы оно подействовало. Во-вторых, черви здесь соорудили не просто норку, а целые тоннели. Кто знает, где располагаются все входы и выходы?..
– Блин, – разочарованно выдохнула я. – И что делать?!
– Что, что… работать! – съязвил Мо. – Сейчас доберемся до веспа, вытащим из запасов джейл и дроны. Пустим их на разведку. Затем составим карту подземного лабиринта, посчитаем количество особей. А потом уже можно будет набросать серы или другого химиката и отлавливать журов у единственного безопасного выхода без дыма. Часть помрет, не успев смыться, а часть добьем мы.
Я одобрила план. Дойдя до места столкновения с врагом и не найдя его, мы поспешили убраться. Сели на весп и застыли в воздухе на безопасном расстоянии. Альмосар надел на себя шлем и запустил дрон. Я же взяла в руки головизор, куда транслировалась картинка и где строилась карта.
Сначала мы увидели простую черную дыру, а потом уже разглядели длинные и просторные тоннели. Сердце невольно замирало, когда наш разведчик пролетал мимо журов, шевелящих щупальцами на своих головах. Вскоре на экране показались комнатки с кладками яиц и самочки, откладывающие их. На картинке журы местами даже выглядели милыми, насколько это возможно для беспозвоночных. Такие белесые черви с разноцветными мохнатыми юбочками.
– Нет, ты погляди сколько их! Я насчитал уже около тридцати особей. Неудивительно, что они сожрали целое поле! – возмущенно воскликнул Мо.
– Ага, и нам придется их всех убить. А потом все равно трупы сжечь, на всякий случай, вместе с кладками. А то вдруг регенерируют и вылупятся, – посетовала я. – Тяжелая работенка.
Мо согласился.
Когда дрон вылетел около одного из полей, закончив разведку, мы забрали его и помчались на ферму в поисках массового способа уничтожения журов.
– Слушай, ну а как вы их раньше убивали? – спросила я у Мо. – Не поверю, что такое нашествие впервые!
 
Напарник почесал затылок и вытащил из кармана питательный батончик.
– Не слышал о таком! Нам о подобных случаях не рассказывали на лекциях. В последние лет пятьдесят в анналах истории нет похожих инцидентов, скорее всего.
На ферме нас встретил все тот же инсектоид, который дружелюбно махал лапкой. Он явно ждал хороших новостей.
– Журов слишком много, – с ходу заявил Мо. – Уничтожить такой выводок – трудная задачка. Требующая дополнительной оплаты. И нам нужно что-то горючее. Желательно сера. Огнемет тоже подойдет.
Инсектоид нервно затеребил свои усики и неразборчиво запищал:
– Мы так не договаривались!
– И я про то же, – не уступал напарник. – Мы предоставим доказательства, а вы соразмерно увеличиваете оплату. Пятьдесят тысяч кредитов стоит уничтожение максимум десяти особей журов. А тут их не меньше тридцати плюс кладки.
Инсектоид мысленно считал, и его усики опадали все ниже, а жвалы приоткрывались. В конце концов, закончив мыслительный процесс, он сдался.
– Хорошо, но я требую отчета! Моя ферма и так на грани банкротства.
Я зевнула, слабо веря в слова этого виса. Скорее, муравей преувеличивал, дабы скинуть цену. И, судя по попыткам справиться самостоятельно, по неотображению действительной информации в заявке, хозяин – жмот.
– Договорились, – кивнул Мо.
Как оказалась, и сера, и огнемет нашлись на фермах. Инсектоиды сами частенько обрабатывали серным дымом теплицы и погреба для хранения запасов подобных образом. А огнемет и сами использовали для уничтожения кладок журов, если вовремя их находили. А не запускали, как сейчас.
Забрав серу и огнемет, мы поехали обратно к норам. Напарник бодро жевал батончики, а я не могла. Боялась, что меня стошнит.
Мы поджигали сразу несколько серных шашек, бросали в нору, а затем перемещались к следующей. Посовещавшись, решили оставить один лаз у разоренного тыквенного поля. Оно прекрасно подходило для наших целей. Хорошо просматриваемое безопасное место с большим пространством для ведения боя. И тушки журов не придется тащить.
Так закончив раскидывать яд, мы поспешили к полю. Еще на подлете услышали протяжно воющих журов. Я вытащила клинки и начала убивать червяков, пока они не успели скрыться в зарослях леса.
Журы, хоть и шустрые, но, в отличие от тех же магитерр, встреченных на практике, или рагнусов, не модифицированы гланами и атаковать им особо нечем. Щупальца на голове несут чисто декоративную функцию и помогают отличить мужских особей от женских. По сути, просто корона. А вот пальпы, усики, могли хлестануть, обездвижить мелкое животное и подтащить ко рту. Но чаще всего журы подкарауливали свою жертву и заглатывали целиком либо кусали, впрыскивая яд, и ждали, когда добыча умрет.
Поэтому мои клинки входили в мягкие тела словно нож в масло, не встречая сильного сопротивления. Я отрубала их головы и старалась не морщиться.
– Слушай, может, не будем спускаться? – предложила я напарнику. – Давай их отсюда, сверху мочить. Так не замараем костюмчики.
– А соберешь их тела в кучу и сожжешь ты тоже отсюда? – поинтересовался Мо.
Я же обрадованно кивнула. А что, отличная идея! Я же псионик. Убив еще несколько тварей, начала стаскивать извивающиеся тела и головы в кучу.
Альмосар только усмехнулся.
– Ну ты и хитрюга!
Мо просто опустился чуть пониже, включил режим планирования и начал отстреливать их из бластера. Так выходило даже лучше. Когда твари закончили выползать, мы спустились на землю. Сделали фото, отправили заказчику. А потом, облив горючим, подожгли. Черви после регенерации могли и расползтись. Да-да, эти тварюшки запросто умудрялись отращивать себе голову или хвост. Поэтому их необходимо сжигать!