Лети на свет (СИ)

А проснулась я первой. С бешено колотящимся сердцем и ощущением подступающего кошмара. Опять. Правда, в объятиях Джея он быстро отступил, но вот спать дальше мне уже не хотелось. Зато очень хотелось есть и кое-что еще. Все же какао среди ночи — это только для сильных духом.
Я тихонько выбралась из постели, полюбовалась своим мужчиной. Джей спал на спине, голым, вольготно раскинувшись по кровати. И улыбался. Такой доверчивой, нежной улыбкой, что у меня сердце защемило. От нежности. И от восхищения тоже. Мне же ни разу еще не представилось случая его как следует разглядеть без одежды и при нормальном освещении. Я и сейчас видела его не так чтобы идеально, линзы же сняла на ночь. Но и того что видела, было вполне достаточно, чтобы еще раз удивиться собственному везению. Вот так, с первого раза, получить идеал? Да я с ума сойти какая счастливица!
И плевать на кошмары. Пройдет. Вот прямо сегодня и пройдет. Ведь Джей рядом.
Если бы не острые потребности организма, я бы наверняка не выдержала, поцеловала бы, разбудила, и мы бы снова занялись чем-нибудь интересным. Ну очень хотелось. Этот мужчина творил со мной что-то невообразимое! Такого взрыва гормонов у меня даже в шестнадцать лет не было! Ну или просто не попадалось достойного объекта.
В общем, я покинула достойный объект со счастливой улыбкой на все лицо. И с такой же улыбкой, накинув его вчерашнюю рубашку (без одной пуговицы), отправилась по маршруту ванная комната — кухня. По дороге я, разумеется, осматривала владения лорда Бизона. Все же у меня пока в голове не очень укладывается, зачем одному человеку столько пространства (шмоток, машин, денег и т. д.). Хотя надо признать еще раз, у него тут на удивление уютно и приятно. А еще пахнет свежим кофе и чем-то еще сумасшедше вкусным.
Похоже, Мак проснулся. А судя по тому, что с кухни доносятся голоса — он таки спас свою леди от гнусных обидчиков и привел сюда. В святая святых, на кухню. Милорду при попытке проникнуть в сакральное место строит козью морду, а едва знакомую девицу — привел. Влюбился. Мак влюбился!
«Мак влюбился, Мак влюбился», — промурлыкала я на какой-то свежепридуманный мотивчик.
Те, которые на кухне, меня явно не услышали, увлеченные собственными делами. И не увидели, даже когда я остановилась на пороге кухни.
Офигевая.
«Мак! Ты ли это?» — хотелось спросить мне.
Строгий камердинер (в седьмом поколении, что усугубляет!) внезапно обнаружился на кухне в одних только пижамных штанах. Босиком. Небритым и непричесанным. Зато счастливым до безобразия. Причем куда больше счастья отражалось на суровой шотландской физиономии не при взгляде на драгоценные кастрюльки, в которых уже что-то булькало. О нет. Мак буквально светился, когда его задевала плечом растрепанная, одетая лишь в длинную футболку с британским флагом блондинка.
Футболка была подозрительно знакомой. Кажется, я позавчера именно ее видела на Джее. И размерчик явно бизоний, Мак как-то поскоромнее будет.
Я несколько секунд молча наблюдала дивную картину: приготовление завтрака вдвоем. С комментариями… и спорами! Святый Будда, это что, два шефа на одной кухне? О… вот это я понимаю, Мака зацепило!
Да еще как зацепило!
Вот они с двух сторон тянутся ложками что-то помешать в кастрюльке, вот сталкиваются — сначала ложками, потом «лбами»: спорят, и ни один не желает уступать…
А в следующий момент блондинка привстает на цыпочки и целует Мака. Из его рук падает ложка, а сами руки ложатся на природой предназначенное для них место — задницу блондинки…
— Кхм… Кхм! Доброго утра! Кажется, у вас что-то убегает, — с интонациями Доктора Зло вмешалась я.
О, надо было видеть, как Мак и блондинка отпрыгнули друг от друга, причем Мак тут же бросился к кастрюльке, а блондинка обернулась ко мне…
— Лиз?
— Кэм?
— Э… вы знакомы?
Ну, вы все поняли, правда же? До меня и то дошло. На удивление сразу. И я… Ну да. Я заржала. Я ржала и не могла остановиться. Камилла и Мак очень быстро заразились и присоединились. Правда, Мак все еще не понимал, отчего обе дурынды заливаются смехом и утирают слезы. Но это быстро исправил милорд Бизон. Разумеется, он проснулся, и его тоже принесло на кухню. В отличие от Мака, он пижамными штанами не заморачивался, ему хватило одних трусов.
— Камилла?..
При виде Джеевой физиономии меня одолел новый приступ ржача. Надо же, моего просветленного лорда тоже может что-то огорошить! О, как прекрасны его синие, вытаращенные в офигеннии глаза!
Почти так же, как злобное шипение Камиллы:
— Джеймс-с! С-свинья!
И куда только делась та счастливая и веселая девчонка, которая целовалась с Маком две минуты назад? Вместо нее откуда-то взялась разъяренная кошка. А у нее в руках — длинная ложка…
О нет. Нет!
Остановить Камиллу никто не успел. Ложка отправилась в полет — прямо в лоб Джею. И ударилась в него с громким стуком. А вот нечего так офигевать, что даже не уворачиваться.
— Черт, Кэм! За что? — Джей обиженно потер ушибленное место.
— Ты… а ты?! Как ты мог?! — это уже было офигевшему не меньше Джея Маку.
На него тоже набросились с кулаками. Но в отличие от Джея, Мак был ближе и сумел предотвратить теракт. Все тем же простым и надежным способом: поймав Кэм за обе руки и заткнув ей рот поцелуем.
Хм. Мак открывается с новой стороны. Пожалуй, таким он нравится мне еще больше. Но не так сильно, как Джей.
Быстренько схватив из оказавшегося поблизости холодильника банку пива, я отвела руку Джея ото лба и приложила банку.
— Спасибо… — еще не отойдя от шока, пробормотал он… и заржал.
Ну вот. И он заразился. Впрочем, я тоже засмеялась. Уже потише, чем в первый раз — иммунитет, он такой иммунитет.
В общем, через минуту диспозиция была простой и очаровательной: Мак с Камиллой целуются, мы с Джеем ржем. В обнимку. Закончили примерно одновременно. Целоваться и ржать.
А все потому что булькающее в кастрюльке приготовилось. Ну, в смысле, таймер звякнул. И Мак опомнился.
Вот что значит ответственный человек! Не выпуская Камиллу из объятий, потянулся выключить плиту. А Кэм… ну… я же говорила, что она была в одной только футболке с британским флагом? Так вот. Трусов на ней тоже не было. Что и заметили мы с Джеем. На полсекунды раньше, чем Кэм это осознала и одернула футболку, а сама залилась краской.
Я по шкодной морде Джея поняла, что ему пипец как хочется прокомментировать пейзаж. И ущипнула его за задницу. Превентивно.
— Упс. За что? — У него стали очень удивленные глаза.
— Из женской солидарности, — похлопала глазами я. — Надеюсь, сегодня второго раунда бокса не будет? Я есть хочу. Кэм, а что вы такое готовите?
Вместо нее ответил Мак, снова прижав Кэм к себе (на сей раз так, чтобы она не смогла ничем запустить в Джея).
— Фрикадельки под соусом бешамель. Доброго утра… Джей.
— Доброго, Мак. Эм… вкусно пахнет. Ну… не будем вас отвлекать, — дипломатично до скрежета зубовного сказал он и… отступил.
Сэр Бизон — отступил! С ума сойти, он умеет, оказывается.
— Ага. Не будем, — поддержала я его.
И мы смылись, оставив Мака объясняться с Камиллой. То есть… ну… смылись, закрыли дверь на кухню — и остались подслушивать. Не сговариваясь. Только ухмылками обменялись. Вот такое у нас взаимопонимание.
Несколько секунд за дверью кухни молчали. Очень вдумчиво молчали. Я уже собралась предложить Джею тотализатор: Камилла стукнет Мака или сначала все же что-нибудь спросит?
Я бы проиграла.
— Фрикадельки готовы, — первым отмер Мак и чем-то там загремел.
Джей хмыкнул: один-ноль в пользу друга. А из-за двери выплыл умопомрачительный запах печеного мяса. Кажется, этой ночью не только мы проголодались.
— Фрикадельки… — протянула Камилла.
Не знаю, чего в ее голосе было больше, угрозы Маку или угрозы фрикаделькам. Склоняюсь к тому, что все же фрикаделькам.
Не тем, о которых вы, надеюсь, не подумали. Вы же приличные люди, не то что некоторые.