СССР: вернуться в детство 5
Оказалось всё прозаичнее: Магадан! Часть народу даже вышло, ещё больше зашло. Самолёт набился под завязку. Рюкзак пришлось запихать на багажную полку и примерно полтора часа ещё сидеть в компании большого и шумного семейства. Бедная их мать. Дети всё время хотели пить, писать, кушать, читать, рисовать, ходить по проходу и прочее. Отца на горизонте не наблюдалось, но про него всё время спрашивали. Подозреваю, что мужик сейчас блаженствует, мда.
ХАБАРОВСК
В Хабаровске шёл дождь, но не сильный, и, ко всеобщей радости, нас посадили, а не стали куда-нибудь отправлять.
Часы в здании аэровокзала показывали без пяти пять. А на моих — без пяти семь! Подвёл и пристроился в очередь к кассам, намереваясь повторить Анадырский трюк с «забытым» свидетельством. И тут меня чуть не спалили! Въедливая мадам кассирша подозрительно пробуровила меня глазками и заявила, что тут нужен как минимум протокол. И позвонить родителям — отцу или матери, чтобы подтвердить… И что-то ещё… И вообще, стой вот тут, я сейчас дежурного по вокзалу милиционера вызову!
— Хорошо, — не стал спорить я. — Можно я в туалет схожу, пока дежурный идёт? Я быстренько.
— Беги бегом, будет он тебя ждать стоять! — проворчала тётка и принялась набирать номер на дисковом аппарате.
— А туалет где?
— Вон туда иди! — сердито ткнула она пальцем.
Я пошёл в указанную сторону, без палева покатив за собой рюкзак. Вот, между прочим, удобно, что он на колёсиках! Прошёл я половину пути, убедился, что спины очереди скрыли вредную тётку (которая, коза такая, так и не отдала мой единственный «документ»), и развернул к выходу. Двигался спокойно, уверенно. У крыльца увидел очередь из жёлтых «Волг» с шашечками. Огоньки у всех горели зелёным. Стукнулся к первому же:
— Дядь, до ж/д-вокзала сколько будет?
— Три рубля.
— Поехали.
Если какой-нибудь дежурный по вокзалу милиционер и искал мальчика в брезентовой кепке и защитной куртке, я его уже не видел.
В Хабаре мне как-то доводилось побывать — в прошлом будущем, В том числе и на вокзале. И в прямоугольной, совершенно геометрично-утилитарной коробке я с трудом узнал то нарядное здание, которое видел в будущем. Пройдёт лет тридцать, и эта спартанская постройка превратится почти во дворец. Мда, теперь, возможно, нет.
Напротив входа стоял дивный агрегат: автоматизированная справочная. Нажимаешь кнопочки откуда-куда — она тебе карточки листает. Детям, помнится, очень нравилось. В принципе, удобная штука, если хочешь спланировать на будущее.
Меня же интересовали поезда, отправляющиеся на запад в ближайшие часы. Нет, покупать билет через кассу я не собирался — чтоб меня тут снова в милицию начали сдавать! А вот опыт путешествия без билета (через проводника) у меня был. Вполне удачно в прежние четырнадцать ехал в гости аж в Донецкую область, до Горловки.
Отправили меня тогда одного, выдав денег на билеты. Мать с отчимом работали, провожать было некому. Явившись на вокзал я обнаружил, что билетов нет. Париться не стал, подошёл к проводнику: «Так и так, надо до Красноярска, деньги есть», — «Без проблем!» Пристроили меня, доехал спокойно. И сейчас я намеревался проделать то же самое.
Если не выгорит — тогда уж смотреть, какие на запад идут электрички, попытаться на перекладных перескакивать. Уж на электрички документы в жизни никто не спрашивал!
И если уж совсем припрёт — остаются товарняки, их-то по нашей необъятной туда-сюда ходит немерянное количество.
Ни до каких электронных табло, как вы понимаете, техника ещё не дошла. В зале вокзала стояла огромная разрисованная схема железных дорог и два здоровенных стенда к ней, разбитых на узкие длинные ячейки: «Расписание пригородных поездов» и «Расписание поездов дальнего следования». Внутрь ячеек вставлялись полоски с названиями рейсов, номерами, временем и прочим. Глаза, как положено, разбежались.
Поездов через Хабаровск проходило до фига. И в Благовещенск, и в Комсомольск-на-Амуре, и в Тихоокеанскую…
Так, спокойно! Нам нужны поезда на запад. Проходящие через Иркутск.
Блин! Фирменный Владивостокский скорый «Россия» в шесть утра ежедневно. Если буду толочься на вокзале — по-любому, подойдёт какой-нибудь милиционер и спросит билет.
Хотя, чего зря расстраиваться — «Россия» не одна ходит, вон поездов сколько! Пожалуйста, ещё один, тоже Москва — Владивосток, тоже ежедневный, но уже не фирменный. Тоже ушёл.
Хабаровск-Москва в час ночи. Может, на нём?
О! Харьков — Владивосток! Ни фига себе! Это ж сколько он суток едет… Прошёл два часа как.
Владивосток — Барнаул… Едрид-мадрид — и они все что — полные?
Над головой зашипело, раздался квакающий голос вокзального оповещения. Я прислушался:
— Повторяю!!! Поезд Владивосток-Новосибирск отправляется с пятого пути через три минуты! Просьба провожающим…
СКОРЫЙ ПАССАЖИРСКИЙ
В голове моей неслось множество непечатных слов. И я нёсся. Подземные переходы ещё! Так, куда⁈ Вот! Пятый путь! Поезд медленно-медленно тронулся вдоль платформы. Проводницы, выглядывающие из вагонов, прятали свои сигнальные флажки и закрывали двери.
— Бл**ь!
Мой вопль услышала девчонка в последнем вагоне и вытаращила глаза. Я мчался за поездом, боясь только одного — урыться на скользкой от дождя платформе. Проводница, видать, решила, что я отставший пассажир, и распахнула дверь:
— Давай-давай, пока перрон!
Я прыгнул, цепляясь за поручни и почувствовал, что она вцепилась в рюкзак, втаскивая меня в тамбур:
— Проходи скорей! — захлопнулась дверь. — Фу, я думала — всё, не успеешь! У тебя в какой вагон?
Я пыхтел, уперевшись руками в колени. Выпрямился:
— Тёть, я без билета. Потерял свидетельство о рождении, в милицию не хочу идти, мать и так убьёт. Довезите до Иркутска, а? Деньги у меня есть, заплачу, как за билет.
Она смотрела на меня, обалдело открыв рот.
— Ну, я могу спрыгнуть, — предложил радикальное решение я и развернулся к двери.
— Вот ещё! — она сердито развернула меня за плечо. — Придумал тоже! Пошли!
В вагоне проводницу уже ждала толпа страждущих.
— Девушка, ну когда туалеты уже откроете⁈ — завопила, завидев её, уставшая мадам в халате. Несколько человек теснились позади, как группа поддержки.
Проводница выразительно постучала пальцем по табличке на двери:
— Ждите, тридцать минут от города санитарная зона.
— Да сколько можно ждать-то⁈ Ребёнок писать хочет!
— Ну, потерпите немножко, хоть за черту города отъедем, открою вам!
Из-за плеч этой демнострации высунулась рука с подстаканником:
— Оксаночка, а почему кипяток такой слабый?
— Я же вам уже объясняла: воду долили, не нагрелся титан*. Двадцать минут подождите!
*Это, если кто не в курсе,
водонагреватель такой в поездах,
типа огромного самовара.
В старых вагонах —
не электрический,
а на дровах, торфе или угле.
— Девушка! Дайте шахматы!
— Минутку, принесу! Какое место?
— Четырнадцатое!
— Идите, принесу! Хоть разорвись… Где с ребёнком⁈ Идите сюда, открою, только не какать!
— Хорошо, хорошо! — женщина в халате засуетилась, подтягивая за руку пацана лет пяти. — Только пописаем.
Оксана открыла туалет, впустила мамашу и встала над дверью как наседка:
— Остальные не стойте! Полчаса не имею права! Пока по городу едем — точно открывать не буду!