Американский ниндзя 1-2

Так, дождавшись, когда сержант будет выставлен за порог, Джо заговорил, выкладывая одно за другим все свои открытия, упоминая и бар «Слепой нищий», который всплывал в этом деле уже трижды, хотя был далеко не единственным сомнительным заведением в городе, чтобы это можно было приписать его изначальной специфике, и профессора, и губернатора, и Льва, не говоря уже о навязших на языке ниндзя.
— Ну что ж, — изрек, выслушав, капитан Вудворт, устремляя свой взгляд на ураган, треплющий крохотную парусную яхту (среди висящих на стене фотографий нашлась и такая). — Кажется, эти ублюдки действительно занимаются этим проклятым делом, каким бы оно ни было, вместе. Девушка — вот ключ. — Он перевел взгляд на Джо. — Мы должны найти ее раньше, чем тебя арестует инспектор Син.
Упоминание о подобной перспективе задело Джо довольно сильно, и дело было даже не в том, что инспектор обещал привести его в тюрьму «своими методами», о характере которых догадаться было несложно. Помимо ниндзя, хулиганья и прочего работающего на Льва сброда, Джо приходилось теперь иметь дело и со всей местной полицией, вооруженной, хоть худо-бедно, но все же новейшими средствами и связи, и передвижения, и защиты, не говоря уже о том, что, по всей вероятности, среди полицейских было и немало честных ребят, всего лишь обязанных подчиняться приказам продавшегося преступникам начальства: Джо был бы очень огорчен, если бы ему пришлось убить кого-то из них. Оставалось надеяться только на данную Син ом короткую отсрочку. Но можно ли было за сутки отыскать человека, о котором не знаешь ничего, в городе, о котором знаешь немногим больше? Единственная ниточка, указывающая на похищенную было незнакомку, вплотную примыкала к той, что вела на все тот же остров Черная Борода.
Чтобы бросить в лицо Дерреку такие обвинения, она обязана была знать о всех его тайных делишках и, если исключить тягу к суициду, играть в планах
Льва далеко не второстепенную роль: оскорбленный босс мафии мог убить человека и за меньшее.
Примерно о том же подумал и Джексон.
— Может, нам стоит отправиться на остров Черная Борода, сэр? — предложил он, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу.
Капитан лукаво прищурился. Дорого бы он заплатил за право отдать подобный приказ.
— Хорошая мысль, сержант, — едва ли не впервые обратился он к Джексону по его недавно полученному званию. — Я поговорю с послом.
Надо было слышать, какая досада скрывалась в его последних словах.
— Да, пожалуйста, сэр, — взмахнул рукой в воздухе Джексон.
Джо чуть слышно хмыкнул. Он прекрасно знал заранее, как прозвучит ответ посла.
Сложная политическая обстановка. Уважаемые господа. Международные конвенции, соглашения, договоры… Какой ледокол пробьется сквозь такую арктическую пустошь?
Дикий Билл вздохнул и досадливо щелкнул глобус в круглый лоснящийся бочок.
— А знаете, как найти эту девушку? — обратился капитан к приумолкшему Джо.
Джо взглянул на него исподлобья, ему не хотелось прерывать плавный ход мыслей, но и промолчать было нельзя.
— Нет, — ответил он, мгновенно складывая все известные ему факты о здешней жизни в нужную комбинацию. — Но я знаю, кто знает.
Секунд пять капитан ждал более точного ответа, но затем махнул рукой. Как бы там ни было, Джо уже доказал ему, что может кое-как справляться с тайнами Парадиза и в одиночку.
— Счастливой охоты, — только и пожелал он.
Джо и Джексон отблагодарили его поклоном головы и быстро вышли.
Есть люди, которые знают все. Оговоримся: все, что только может понадобиться другим для ориентировки в хитросплетениях людских взаимоотношений в таком-то месте: расположение всех нужных вещей или точек, входы, выходы и закоулки, а также дворы, лица, обычаи и погоду на завтра. Иногда такими всезнайками оказываются завсегдатаи питейных заведений — быть может, и живущие только за счет информации за кружку пива и закуску; еще чаще — сидящие на лавочках посреди любого солнцепека и любого мороза почтенные старушки, для которых весь жизненный интерес заключается в том, чтобы знать, кто куда и зачем пошел… Но бесспорно одно: среди все знающих людей самое заметное место занимают простые мальчишки. Непоседливые и ничем не связанные, они могут сунуть нос в любую щель и выдернуть его обратно, прикрываясь, как щитом, своим малолетством; они успевают всюду, всюду пролазят и все замечают, учась жизни вплавь, купаясь в ней, всем телом соприкасаясь с ней, с ее разноцветными волнами и шутя вбирая в себя все ее разноцветие и многоголосие. Добавьте к этому еще и минимум материальной заинтересованности — и тогда ясно станет, на что может быть способен мальчишка вроде Тодо.
 
Поначалу Тодо выслушал Джо без особого энтузиазма. Помолчал, думая о чем-то своем, и исчез с глаз долой, так, что Джо подумал, грешным делом, что тот просто проигнорировал его просьбу. Но нет. Не прошло и несколько часов, как Тодо, усталый и запыхавшийся, вернулся на базу и с еле сдерживаемой гордостью, распрямившей его осанку и заставившей блестеть глаза-маслины, поведал, что если Армстронг немедленно выложит ему «козлов», он лично проводит Джо до искомого места.
Джо рассмеялся, щелкнул мальчишку по козырьку кепки — так, что все приколотые к ней значки дружно звякнули, — вручил купюру с портретом президента, и через некоторое время оба уже вышагивали по залитой солнцем площади.
— Сюда, — торопил Джо мальчика. — Вот там…
Худая смуглая ручонка указала на ворота, притаившиеся в тени высокого здания довольно экзотичного вида, вобравшего в себя черты пагоды и небольшого небоскреба.
Выбитые стекла, сохнущая одежда и всяческий хлам, в большом количестве заполнявший балконы и карнизы, придавали небоскребу-пагоде вид непрезентабельный и одичалый. Запахи подгнивших овощей оповещали о близости то ли южной, нецивилизованной, выгребной ямы, то ли базара.
Да, базара: сразу за воротами, скрипучими и покрытыми ржавчиной, виднелись пестрые лотки.
— Сюда, — весело блестя глазами, Тодо вонзился в людское море, увлекая Джо за собой. Завихрились каруселью — нет, сразу несколькими каруселями — запахи, цвета и звуки, выбрасывая перед Джо то горы кокосовых орехов, то нежную зелень, то пестрые, режущие глаза своей яркостью украшения. Вокруг спорили, торговались, обсуждали покупки, делились новостями — и было видно, что Тодо здесь свой, плоть от плоти этой смешанной толпы, дух от духа…
Вскоре толпа начала редеть, запах гнилых овощей и фруктов сперва усилился, затем исчез, сменяясь строительными ароматами гудрона и цементной пыли. Где-то в переулке обнаружился котел, по строительным лесам расползлись высохшие пятна краски. Почему-то Джо подумалось, что сейчас ему придется свернуть сюда, вдыхая котельный жар, но, как ни странно, на этот раз предчувствие его обмануло. Впрочем, и носило оно несколько непривычный характер: не предупреждающий, как обычно, а скорее нейтральный: просто подумалось, что здесь придется в ближайшем времени пройти, и все.
Они миновали стройку, оставили позади последние прилавки и оказались в небольшом тупиковом переулке, в который выходила всего пара дверей, одна из которых была заколоченной. С довольным видом Тодо указал на вторую.
«А здесь удобно было бы драться, — почему-то подумал Джо, приближаясь к двери. Это немного смущало его и тревожило. — Надо же, какая площадочка».
В самом деле, этот участок улицы мог бы послужить неплохой ареной. Ни одна лишняя вещь не помешала бы гипотетическим зрителям следить за ходом гипотетического же боя: со всех сторон асфальт был гладок и скучен. Не баловали разнообразием и стены: кирпичная кладка, лишенная окон, уходила далеко вверх на высоту около трех этажей наиболее типичных размеров.
Мысль об удобстве для боя сменилась легким сочувствием к людям, которым приходилось тут жить, но особо сосредоточиться на этом чувстве Джо так и не успел — дверь была совсем рядом.
— Спасибо, Тодо, — подмигнул он ожидающему чего-то мальчишке.