Американский ниндзя 1-2
«Ага, пробрало тебя все-таки!» — возликовал Джексон, ударяя ниндзя кулаком по плоской морде.
Так он дотолкал его до противоположной стены и стукнул коленом, чтобы, наконец, закрепить успех. Каково же было его удивление, когда оказалось, что враг не только еще в состоянии, но и способен сопротивляться: нога Джексона попала в зажим. «Ах, ты так?» — разозлился он, подпрыгивая и подбивая сомкнутые на голени руки ниндзя второй ногой. Хрустнули пальцы, разжались, освобождая ногу Джексона, но ниндзя снова вскочил. Пошел очередной обмен ударами и блоками, сопровождаемый тихим шипением — это Джексон негодовал на толстокожесть своего противника: за это время он смог бы справиться с добрым десятком врагов, не наделенных такой супервыносливостью. Джексон дважды довольно сильно ударил ниндзя по солнечному сплетению (все же тот немного утратил изначальную ловкость) и мысленно пожелал ему поскорее загнуться. Видно, поняв его слишком буквально, ниндзя и впрямь сложился пополам, но почти сразу же выпрямился и атаковал Джексона с новой силой. Джексон наклонился; ниндзя, не рассчитав, перекатился ему через спину, и негр, распрямляясь, сбросил его на пол. Прежде чем тот успел встать, рейнджер изо всех сил надавил ему каблуком на горло. Ниндзя захрипел и замер.
Осторожно, все еще не веря, что тот уже выбыл из игры, Джексон снял с его шеи ногу — ниндзя не шевелился. Пожалуй, если бы от этого не произошло, можно бы было опасаться за рассудок Джексона: по его расчетам, ниндзя должен был вырубиться как минимум трижды, а пожалуй, и все пять раз. Еще немного, и Джексон уверовал бы, что он просто бессмертен.
Шумно вздохнув, Джексон зашагал прочь, оглядываясь назад едва ли не после каждого шага: ниндзя лежал. Наконец Джексон решил перестать смотреть в ту сторону, но лишь на миг взглянул, чтобы окончательно удостовериться, что с ниндзя все в порядке, и…
Это было кошмаром, наваждением, но страхи Джексона оказались не напрасными: руки ниндзя начали распрямляться, отрывая его грудь от пола, а глаза снова раскрылись и яростно смотрели Джексону в спину.
— Нет. Черт подери — нет!!! — завопил Джексон во весь голос, зажмуриваясь.
Когда он открыл глаза снова, ниндзя уже лежал на месте неподвижно: оставшейся в нем жизни хватило лишь на то, чтобы приподняться на миг. Всколыхнувший воздух крик буквально опрокинул его обратно, а падение унесло те последние жизненные крохи, что еще оставались в избитом теле.
* * *Меч отлетел в сторону, но Джо тут же увидел свободную рукоять, сучком торчащую из чьего-то тела. Он резко нагнулся, хватаясь за нее, и тут же упал, откидываясь на спину и поднимая добытый меч вверх. Если бы он помедлил хоть секунду, удар Кэмоно рассек бы его пополам, от плеча к плечу. Вставший на пути ниндзя-то клинок Джо задержал его движение, но тут же поддался, позволяя ему соскользнуть вбок: не будь преграда слишком прочной, Кэмоно наверняка бы поднял его снова, защищаться же лежа на спине никому, кажется, еще не удавалось достаточно долго. Ниндзя-то скользнул по резко наклонившемуся мечу, с острия которого Джо убрал руку, Джо откатился в сторону и тут же чуть не подрезал Кэмоно ноги — меч чиркнул по штанине. Чтобы спастись от него, ниндзя был вынужден нарочно упасть на арену. Пользуясь этим, Джо снова вскочил на ноги, переносясь на расстояние около двух метров в сторону выхода для разбега, и поднял свой клинок вверх.
То, что произошло дальше, предсказать не смог бы никто: в руках Кэмоно возникло какое-то слишком похожее на самоделку короткоствольное ружье, раздался выстрел — и половина меча Джо исчезла.
Через секунду исчез и Джо — перелетел, делая кульбит в воздухе, под планку входа, промчался по трибунам, уворачиваясь от новых пуль, и совсем пропал, поднырнув под арку.
В то же мгновение к нему бросились поджидавшие в коридоре ниндзя-яцура.
На какое-то мгновение Джо, держась руками за перекладину над проходом, обвис, позволяя Кэмоно взять себя на прицел. Затем так же неожиданно снова пропал, зато один из ниндзя грохнулся на пол: выстрел Кэмоно, как и задумывал Джо, нашел не ту цель. Второй ниндзя последовал вслед за первым после того, как ноги Джо, снова спустившись на миг, угодили ему в солнечное сплетение.
Лицо Кэмоно исказила гримаса: он всегда мало доверял современному оружию. Собственно, в том, что он использовал его, не было никакого нарушения моральных кодексов: в те незапамятные времена, когда формировались древние культурные традиции, его попросту не было, стало быть, не существовало и ограничений. Зато было другое. Для ниндзя никогда не существовало «запретных» средств защиты, все они были равно дозволены совестью и равно хороши хотя бы уже потому, что ниндзя могли рассчитывать только на свои умения и находчивость, а не на защиту закона — одного из главных своих врагов. Неразборчивость в оружии всего лишь уравнивала их шансы на выживание с теми же самураями, которым было дозволено все, что не запрещалось бусидо. Другое дело, что огнестрельное оружие было совсем иным по духу и, как все инородное, не могло дать настоящего эффекта, в чем Кэмоно получил прекрасную возможность убедиться.
Он попробовал выстрелить еще раз — ружье не сработало: кончились патроны. Кэмоно отшвырнул его почти без сожаления. Услышав звук его падения, Джо вновь показался на трибуне и начал опускаться, повисая на руках.
Кэмоно развернулся и, стреляя, кинулся прочь от края арены, к которому подошел. Джо ринулся за ним.
Кэмоно подпрыгнул на бегу, переворачиваясь в воздухе. Когда его голова и руки оказались вблизи пола, он быстро схватил лежащий рядом меч, и, едва только нога коснулась земли, был уже готов драться. Но и Джо уже стоял с мечом: разгадав намерения противника, он мгновенно повторил тот же трюк, опять уравнивая шансы.
И снова наступил черед дуэли взглядов: оказавшись на достаточно большом расстоянии друг от друга, Джо и Кэмоно вовсе не торопились его уменьшать. Шаг за шагом они перемещались вдоль небольшого бордюрчика, то поднимая, то опуская мечи, примеряясь к противнику издали.
Это молчание не было похоже на первое: оно, казалось, гудело от невидимого напряжения мышц и нервов.
Шаг — клинок ушел вниз.
Шаг — Кэмоно отпустил рукоять и позволил мечу описать круг вокруг кисти, прежде чем пальцы снова сжались.
Шаг — Алишия на балконе затаила дыхание, превращаясь в зрение и слух.
Шаг…
Они остановились друг напротив друга, и стало ясно: исход схватки решится теперь за секунды, как и положено при встрече настоящих мастеров.
Джо слегка присел.
Ниндзя достал веревку, обвил вокруг запястья и взял в зубы свободный конец.
Еще секунда и…
Они бросились друг на друга, выставляя вперед мечи, сошлись и пробежали мимо друг друга, останавливаясь в нескольких шагах и сгибаясь.
Алишия ахнула. Ей показалось, что последние шаги перед тем, как остановиться, сделали два мертвеца. Лицо Джо было скрыто от нее и маской, и тем, что он стоял к девушке спиной, но она могла видеть, как согнувшийся в точности так же Кэмоно зашатался, выпуская веревку изо рта, его зубы разжались и из горла хлынула темная, густая кровь, захлестывая подбородок и струей падая на одежду. Затем Кэмоно начал распрямляться, а Джо… Джо так и стоял неподвижно, опершись рукой о колено.
Из последних сил, умирающий Кэмоно поднял меч вверх и замахнулся; Джо начал разворачиваться к нему, держа свой ниндзя-то низко, так, что на его пути оказывался живот ниндзя. Кэмоно и не пробовал заблокироваться: Алишия не ошиблась, подумав, что он уже не принадлежит к числу живых, — только ненависть заставляла еще двигаться костенеющие суставы. Он хотел одного — уйти не в одиночку.
Меч Джо врезался Кэмоно в живот, меч Кэмоно устремился к голове Джо и… упал, отпущенный мертвой рукой, не причинив никакого вреда. Схватка была закончена.
Джо медленно выпрямился, перешагивая через труп врага, и поднял глаза к балкону.
Шум шагов позади, со стороны выхода, заставил его резко обернуться и присесть.