Тайны моего босса (СИ)
— Опять шутишь?
— Нет, я серьезно.
— Ну дерзай тогда. Главное, если тебя возьмут в этот странный санаторий, за буйки не заплывай и никого не зли. Мало ли, вдруг прошлый организатор не сам тонул, а с чьей-то помощью.
— Думаешь, кого-то не устроила развлекательная программа?
— Возможно. Меня вот тоже дурацкие конкурсы бесят. На школьном выпускном я дважды за вечер мечтала прикончить тамаду.
Степа оскалился:
— Спасибо, Янчик. Ты умеешь вдохновить и настроить на позитив.
— Угу, в этом я спец. У тебя все?
— Конечно. Работай, сестра, приноси пользу толстосумам.
— И тебе не хворать!
Закончив разговор, я не спешила возвращаться на кухню. Хотелось перевести дух, восстановить душевное равновесие. Атмосфера кабинета умиротворяла, уединение давало ощущение безопасности.
Просидев за столом минут пять, я все-таки поднялась, подошла к окну. Стало любопытно, какой вид открывается из кабинета. Я отдернула штору, подалась вперед — к стеклу, но выглянуть на улицу не успела: мое внимание привлекла женская заколка, лежащая на подоконнике. Она была необычной — в виде золотистой кружевной бабочки, чьи крылья украшали камешки. Ничего подобного я раньше не встречала. Такие заколки, наверное, только на заказ делают или продают в дорогих магазинах.
Я вдруг вспомнила, что Григорий в обеденный перерыв стащил с моих волос резинку и нагло забрал ее себе. Воображение тут же в красках продемонстрировало мне, как босс соблазняет разных девушек и в качестве трофея забирает у них заколки и резиночки. Я в кино видела, что так маньяки делают. Григорий, конечно, на маньяка не тянул, но вот к коллекционированию явно был не равнодушен: у него и сабли имелись, и мебель раритетная.
Хотя… все могло быть проще. Хозяйка заколки могла оставить ее тут специально. Девушки, положив глаз на парня, иногда ведут себя так: будто случайно забывают у него свои вещи — баночку с кремом, например, или фен. Так сказать, метят территорию. Расставляют для других девушек предупреждающие знаки: смотри, мол, этот мужик занят, отвали, пока цела. Возможно, Григорий как раз и нанял меня, чтобы отвадить эту неведомую собственницу.
Новая версия понравилась мне еще меньше предыдущей. Я не хотела, чтобы ко мне однажды подвалила чокнутая барышня и устроила разборки. На мою подругу однажды напала такая, порвала ей кофту, разбила телефон. Если Григорий станет приставать, я точно отобьюсь. А вот от влюбленной истерички защититься намного сложней.
Я сгребла заколку с подоконника и потащила на кухню. Григорий уже накрыл стол, сидел за ним со скучающим видом.
— Чье это? — строго спросила я, положив перед боссом заколку.
Тот чуть на стуле не подпрыгнул, зрачки у него сузились, ноздри затрепетали.
— Где ты это взяла?
— Лежало у тебя на подоконнике.
— Серьезно? — Лицо босса стало непроницаемым. — Наверное, уборщица забыла. Она наведывается ко мне пару раз в неделю, наводит порядок.
Я кожей чувствовала, что он врет, но не представляла, как выведать правду. Встав, Григорий убрал заколку в шкаф. Она словно действовала ему на нервы, напоминала о чем-то неприятном.
— Садись, Яна, — тоном заботливого папочки сказал Григорий, вернувшись за стол. — Ешь, пока не остыло.
Приготовленный им стейк источал умопомрачительный аромат. Я не совладала с собой — плюхнулась за стол, схватила вилку и нож. В мясо же ничего нельзя подсыпать, верно? Бояться точно нечего.
Я аккуратно отрезала кусочек мяса, отправила его в рот. Боже, это потрясающе! Мне даже зажмуриться захотелось, настолько стейк был вкусным — не сухим и не жестким. Понятия не имею, как такие получать. Лично у меня стейки либо недожариваются, либо сгорают. У Степы, кстати, с ними тоже не клеится.
Я пыталась сосредоточиться на еде, но проклятая заколка не давала мне покоя. Григорий же продолжал играть невозмутимость. Он ел не торопясь, то и дело участливо на меня посматривал. Наверное, подумал, что я уже пару недель на диете, потому чуть ли не мурлычу, поедая его мясо.
— У тебя сейчас есть подружка? — спросила я, словно бы невзначай.
— Нет, а что?
— А когда ты расстался со своей последней девушкой?
— Это допрос? — Губы Григория тронула едва уловимая усмешка. — Я могу сделать звонок, пригласить адвоката?
— Ответь, пожалуйста. Для меня это важно.
Он отложил вилку и нож, выпил немного воды из длинного зеленоватого стакана. Я сверлила Григория взглядом, всем видом намекая, что не отстану.
— Я расстался с ней недавно, — наконец сообщил босс с такой интонацией, будто делал мне одолжение. — Где-то месяца три назад.
— То есть, окучивая меня, ты еще с кем-то встречался? Ну ты и кобель!
— Чего?
— Я про нашу легенду. — Я промокнула губы салфеткой. — Мы ведь познакомились в апреле — и в тот момент, как выясняется, ты был в отношениях, но сидел в приложении для знакомств.
— А, ну да. — Григорий наконец понял, куда я клоню. — Ты права, принцесса: я плохой мальчик. Я частенько сначала присматриваю себе новую девушку, а уж потом бросаю старую. Считаю, плохонький вариант лучше безрыбья.
На лице у него появилось самодовольное выражение. Я так и не поняла, шутит он или говорит серьезно.
— Скажи честно: ты нанял меня, чтобы бесить свою бывшую? — Вопрос вылетел у меня сам собой, но я ни капли не пожалела, что спросила.
9.2
9.2
На лице Григория не дрогнул ни один мускул. Это было странно, совершенно неестественно.
— Мне незачем бесить бывшую, — невозмутимо заявил он, снова берясь за вилку и нож. — Мы расстались друзьями: наши отношения просто исчерпали себя.
Я прожевала очередной кусок стейка, ковырнула вилкой салат:
— То есть я могу не бояться, что однажды твоя бывшая подкараулит меня и обольет зеленкой?
— Что? — Его глаза округлились. — Яна, ты в курсе, что у тебя нездоровое воображение? Моя бывшая и мухи не обидит. Она милая и добрая девушка.
— Почему же вы расстались? Что тебя не устроило в милой и доброй?
— Возможно, я хочу себе противную и злую, — с усмешкой ответил он. — Я еще не определился.
— Погоди, ты минуту назад сказал, что расстаешься, только имея на примете новую подружку…
По его лицу пробежала тень, на переносице проступила морщинка. Очень интересно! Новая девушка сорвалась с крючка? Или про бывшую мне тупо наврали?
— Так как же твои дурные наклонности, лапуля? — елейным тоном спросила я. — Или ты недоговариваешь?
— Я мерзавец с принципами, Яна. Хороших девушек я не обижаю.
— Серьезно? — Я почему-то совсем ему не верила. — То есть на примете у тебя сейчас никого нет?
— Так, все. Я устал от этой пустой болтовни. — Григорий с раздражением отложил вилку и нож, поднялся из-за стола. — Мне еще нужно сделать пару звонков, посмотреть кое-какие документы по работе. Короче, дел невпроворот. Если ты наелась, давай я отвезу тебя домой.
Я чуть не застонала от разочарования. У меня было ощущение, что я нащупала какую-то зацепку, способную прояснить намерения босса, но не могла сообразить, в чем эта зацепка заключалась. Впрочем, домой мне тоже хотелось. Выбравшись из-за стола, я на всех парусах двинула к выходу.
***
По пути домой я пыталась еще немного расспросить босса, но он отмахнулся от всех вопросов, попросил не отвлекать от дороги. Тогда я стала молча таращиться в окно, мысленно перебирая все, что босс успел сказать за ужином. Я пыталась понять, что именно важно, а что не имеет значения. Но не понимала.
Только припарковавшись у подъезда, Григорий заговорил со мной снова. Точней, не заговорил, а сухо распорядился:
— Завтра зайди ко мне, сразу как придешь на работу.
— Ладно, — кивнула я, отстегивая ремень безопасности. — Только я, наверное, ближе к обеду подъеду.
— С какой это стати? — Григорий смерил меня ледяным взглядом.
— Мы с Людой договорились, что утром я поеду фотографировать твои новые дома. Для социальных сетей.