Ты меня не заставишь (СИ)

Я не ищу для себя подобных приключений. И с Сатаевым мы раздражали друг друга одинаково. Пока... Пока я не отправилась в ночной клуб посмотреть, на кого меня променял муж.. О чем пожалела уже не раз. Вот чего мне, тридцатипятилетней тетке, надо было? Доказать, что я ничего еще? Доказала... Да так, что меня в содержанки позвали.
-Неужели?! -настроение Сатаева меняется в который раз.
Он загоняет меня в угол, грубо разворачивает к себе спиной и вжимается в меня бедрами. Одежда не скрывает того, что мужчина возбужден.
Но сейчас я всё хорошо осознаю. И четко понимаю, что уступать ему снова ни в коем случае нельзя.
-Пусти! - шиплю разъяренной кошкой, вцепляюсь ему в руку ногтями.
Его это лишь раззадоривает. Он толкает меня к столу, укладывает на него животом. Прижимает за шею сверху, чтобы не дергалась. Другой рукой задирает юбку. 
-М-м-м, - мычит довольно, - Чулки надела. Для кого стараешься, Оль? Я ведь не люблю делиться. Имей это в виду.
Расталкивает мои ноги шире. Рукой ныряет под трусики.
-А ты - влажная, - скользит пальцами по половым губам, - И не хочешь? Правда? Совсем-совсем?
Голос Рустама вибрирует. Эта проклятая вибрация рождает неуместные ассоциации и воспоминания. Я дергаю бедрами в надежде ослабить давление его пальцев там, где не надо. Выглядит так, что я прошу добавки.
-Какая ты горячая штучка... Всегда об этом подозревал, - он надавливает на клитор пальцем. Жар опаляет низ моего живота. Я пытаюсь сжать бедра, но ничего не выходит.
Мало мне унижений... Он меня сейчас на моем рабочем столе поимеет?!
Но удача сегодня не с Сатаевым.
-Что здесь происходит? - пищит кто-то у входа в кабинет.
-Вон! - рычит уже откровенно зло начбез Шахова.
Неизвестный испаряется. Лишь успевает крикнуть из коридора:
-Я сейчас охрану позову!
Это придает мне сил.
-Немедленно меня отпусти! Ты что себе позволяешь? - хочется звучать грозно.
Но увы! 
Тем не менее, Сатаев отстраняется. Одергивает на мне юбку.
-Часа через три позвоню - ответишь! Приедешь туда, куда скажу! И только попробуй меня ослушаться на этот раз, Оля. Только попробуй! - ведет носом по изгибу шеи.
Так и жду, что вцепится зубами. Мои ожидания не оправдываются. Уходит. Быстро и стремительно.
Я же, как будто из меня все силы выкачали, опускаюсь в кресло. Закрываю лицо ладонями. Как же я до этого докатилась? Как?
И что мне теперь делать? Уступить? Превратиться в его игрушку? Чем мне это грозит? Ходят упорные слухи, что развлечения у этой компании весьма специфические. Ясмин мне рассказывала, что ее собаками травили.
Я не хочу становиться развлечением для такого человека.
Я не поддамся. Должен быть способ его остановить.
И я его найду!
  
Глава 17
 
Глава 17
Ольга 
В очень нервном состоянии добираюсь до съемной квартиры. Кем себя вообразил Сатаев? Моим хозяином? Ну, нет! Не на ту напал!
Но... Всё же достаю его номер из черного списка. Не знаю зачем. Себе объяснить этот поступок не могу.
Ехать никуда, разумеется, не собираюсь. Как и отвечать. Что он мне может сделать? Опустится до насилия?
С разочарованием в себе делаю глубокий выдох. Ему не придется. Стоит лишь ему проявить больше настойчивости... И я сдамся. Не могу ничего с собой сделать. От этого злые слёзы наворачиваются на глаза.
Мой телефон начинает звонить, как и было сказано, через три часа, после того, как Рустам навестил меня в моем рабочем кабинете.
Наблюдаю за тем, как он разрывается. Один вызов, второй... Десятый. Испытываю какое-то садистское удовлетворение. Так Сатаеву и надо! Хочет более сговорчивую барышню, пусть им и звонит. А мне не нужны ни его звонки, ни он сам.
Чего же я тогда плачу?
Сама не знаю.
Телефон наконец замолкает. Считаю неотвеченные вызовы. Двадцать один... Только бы он сюда не приехал. Если приедет, то что делать? Дверь выбить он не сможет. Наверное...
Вся, как на иголках, я провожу вечер и ночь. Но Рустам не появляется. Не знаю, как к этому относиться. Я бы обрадовалась, однако интуиция мне не дает этого сделать.
 
Такая же дерганная с утра я отправляюсь на работу. Озираюсь по сторонам, шарахаюсь от каждой тени. Сатаев так и не появляется. Я потихоньку выдыхаю.
Как оказывается, зря.
Хмурая и неспешная, как грозовая туча, Римма Витальевна вплывает в ординаторскую.
Останавливает на мне немигающий взгляд.
-Казакова! То есть Вербицкая! К главврачу. Срочно.
-Что-то случилось, Римма Витальевна? - задаю я несмело вопрос.
Никогда до этого она не разговаривала со мной в таком тоне.
-Там всё узнаете, Ольга Леонидовна. Ступайте, - последнее слово звучит, как звук захлопнувшейся двери, который ставит последнюю точку в неприятном споре или скандале.
Внутри мандраж. Не то, чтобы я трясусь словно осиновый лист. Нет, я старательно себя контролирую. А вот внутри... Внутри я чувствую приближение конца света. По-другому свои ощущения описать не могу.
-Здравствуйте! - здороваюсь с секретарем в приемной.
-Проходите! - эта милая и воспитанная женщина на меня даже не смотрит и удостаивает всего лишь одним словом, не отвечая на приветствие.
Плохой знак.
Захожу в кабинет. Главврач - непримечательной внешности мужчина в толстых очках, поднимает на меня взгляд поверх них.
-Ольга Леонидовна... Не ожидал от вас... Скажу прямо. Для меня всё это очень неприятно... Я назначил служебную проверку по факту нецелевого расходования средств, выделенных на командировку в Польшу. Плюс на вас поступила жалоба от пациента, что ... Хм... Он видел весьма пикантную сцену у вас в кабинете... У меня даже слов нет. Вы совсем с ума пошли? Что вы себе позволяете?
Он повышает голос, а у меня начинает шуметь в ушах. О чем он вообще говорит? Какая махинация с деньгами на командировку?
-Я не виновата... - пытаюсь хоть слово вставить в свою защиту.
Но главврач меня не слушает.
-При таких условиях я даже результаты служебной проверки дожидаться не буду. Не обязан, знаете ли. Вы уволены! Я только что подписал приказ. И уволены по отрицательным основаниям.
-Да как вы?! Что вы делаете вообще?! Я ни в чем не виновата!
-Да?! А пациент видео приложил к своей жалобе. Хотите посмотреть?
Отрицательно машу головой, которая начинает кружиться.
-Нет? Ну, и прекрасно. Если с чем-то не согласны, обращайтесь в суд. А сейчас документы все подготовят и пригласят вас в отдел кадров. Прощайте!
Понимаю, что ему совсем не интересно то, что я ему скажу. И, если в случае с нецелевым использованием денег, выделенных на командировку, я уверена, что это всё какая-то ошибка, то вчерашнюю сцену в моем кабинете ошибкой я назвать не могу. И пусть я в ней не виновата, потому что я не приглашала Сатаева и не пыталась его склонить к близости у себя на рабочем месте, но выглядит всё без сомнения иначе. Тем более, если гравврач не солгал и видеозапись имеет место. Я ни в чем не могу быть уверена, потому что была занята тем, что ругалась с Рустамом, а по сторонам не смотрела. Не до того мне было.
-И на будущее - не переходите сильным мира сего дорогу, Ольга Леонидовна.
Резко оборачиваюсь. Это не может быть правдой. Рустам не мог. Не мог ведь?!
-Идите! - голос гавврача звучит повелительно, - У меня много работы.
Я выхожу сначала в приемную, потом в коридор. Перед глазами пелена. Ничего не вижу. Тошнота подступает к горлу, ноги слабнут.
Я, как сраженная одним выстрелом, птица. За что же так со мной?!
В конце концов, темнота обступает меня со всех сторон. И я позорно падаю в обморок, чтобы прийти в себя уже вечером в платной палате собственного отделения.
-Ну, наконец-то! - восклицает Римма Витальевна, - Я уже переживать ни на шутку начала. Столько часов без сознания.
-Главврач меня уволил, -тихо говорю я, - Его попросили...