Идеальная девственница (СИ)

Она рассматривала аккуратные стопки, в которые были сложены её вещи, когда почувствовала, как Матвей подошёл к ней сзади, прижался и положил ладони на плоский живот Миланы. Она ощутила напряжение его тела, и дыхание вдруг сбилось.
— Ты очень хороша. Очень, — прошептал Матвей, касаясь губами уха Миланы. — Я ожидал многого, но получу в разы больше. Ты настоящий подарок, Милана.
Девушка непроизвольно поёжилась, ощущая губы Матвея. Поняв её состояние, он осторожно и нежно прикусил мочку её уха. По телу Миланы прошла дрожь, а грудь непривычно напряглась, соски уменьшились и затвердели.
— Жду тебя в кухне, — Матвей отпустил Милану и отступил на шаг. — Ожидание прекрасного — одно из наиболее острых и приятных ощущений. Я хочу растянуть удовольствие, благо, время позволяет.
— То есть, ты всё решил окончательно? — тихо спросила девушка.
— Безусловно, Милана, потому не трать время и силы на попытки торговаться. Сейчас ты моя, и я не собираюсь играть в благородство. Жду тебя к завтраку.
Милане даже любопытно стало, что приготовил Матвей. Из всех мужчин мира ей пока доводилось завтракать только с отцом и с братьями. Братья были ещё слишком юны, а папа не готовил никогда. Да и Ольга сейчас почти не готовила, потому что с некоторых пор у них в доме появился штат помощников, в том числе, повар.
Милане пришлось организовать целое освободительное движение, потому что отец мечтал приставить к ней водителя и охранника. Упрямой и самостоятельной Милане удалось отца переубедить. Она никогда не мечтала быть под постоянным приглядом, да ещё со стороны чужих людей.
Быстро приняв душ, Милана натянула шорты и майку, и вошла в кухню. Там её ждали овсяная каша и бутерброды.
— Надо же, настоящий завтрак, — пробормотала она, пробуя кашу. — Вкусно!
— Хорошая девочка. Я опасался, что ты начнёшь воротить нос от овсянки.
— С какой стати? Я вообще всеядна. А как мы будем готовить? По очереди? Ты не думай, я умею готовить. Постоянно читаю и смотрю кулинарных блогеров.
— Вообще, я сюда привёз тебя не для того, чтобы ты стала кухаркой и уборщицей. Тут полно всякой бытовой техники, а я всё равно почти всегда готовлю для себя сам. Правда, достаточно простые блюда. Если моя стряпня не устроит тебя, можешь готовить сама. Тогда просто оставляй на столе список необходимых продуктов. Раз в два дня я делаю заказ.
После завтрака они отправились осматривать дом и примыкающую к нему территорию.
— Это твой дом или ты его арендовал?
— Это мой дом. Я живу здесь бо́льшую часть года. Работаю, в основном, удалённо. А ещё часть года провожу за пределами страны.
— Надеюсь, тебе не будет скучно, Милана. К твоим услугам библиотека, электронная книга, телевизор, стереосистема. Каждый вечер ты будешь звонить родным по телефону, который я тебе дам. Можешь разговаривать в течение часа.
— Только с родными? — спросила Милана, вспомнив, что обещала выходить на связь с Егором.
— А с кем ещё? С тем брюнетом? — холодно усмехнулся Матвей.
Милана почувствовала, как залилась краской смущения. Вопрос был явно глуп, и Милана получила в ответ твёрдое "нет".
Это удивительно, но к концу дня Милана вынуждена была признаться самой себе, что ей совсем не было скучно. Более того, ей, кажется, нравилось общество Матвея. Он оказался очень интересным и приятным собеседником: эрудированным, с великолепным чувством юмора, но абсолютно не навязчивым и не занудным.
Правда, ночи Милана ожидала с трепетом и страхом. Она долго и тщательно мылась под душем, потом наглухо закрыла шторы, выключила свет и легла в постель. Заниматься чем-то глупым и бесполезным, например, натягиванием пижамы, она не стала. Матвей ещё вчера сказал, что спать они будут полностью раздетыми.
Вскоре появился Матвей. Милана слышала, как он раздевается. Потом щёлкнула кнопка и спальня озарилась слабым светом.
— Не могу отказать себе в удовольствии видеть тебя.
Милана, хоть и не смотрела пока на Матвея, чувствовала, что он улыбается. Матвей лёг рядом и мягко повернул Милану, заставив лечь на спину. Одеяло улетело на пол.
 
— Скажу ещё пару слов, Милана, прежде чем начну то, чего жажду с тех пор, как увидел тебя утром. Поскольку ты невинна, у тебя, по мере нашего общения, будут появляться вопросы. Не стесняйся, спрашивай обо всём. Между нами не существует запретных тем. Единственный вопрос, на который я не отвечу, это вопрос о местонахождении этого дома. Всё поняла?
— Да, — прошептала Милана, зачарованно глядя в серые глаза Матвея.
— Хорошо. И ещё. Если тебе что-то не нравится, неудобно, неприятно, больно, — сразу говори. Я хочу, чтобы тебе было только хорошо, больше никак. И пожалуйста, озвучивай свои желания. Если тебе хочется чего-то, а я не делаю этого, сразу говори. Обещаешь?
— Да.
— С тобой очень приятно иметь дело, Милана.
— С тобой тоже.
Если честно, Милана и сама не ожидала от себя этих слов.
Продолжая лежать на боку, Матвей провёл ладонью по волосам Миланы, шее, ключицам, плечу и коснулся груди. Сначала осторожно погладил, а потом чуть помассировал пальцами сосок. Грудь моментально напряглась, а Милана часто задышала.
Почувствовав отклик, Матвей придвинулся ближе и склонился к груди Миланы, касаясь то одного, то другого соска губами и языком.
С губ Миланы сорвался всхлип, она подалась к Матвею всем телом.
— Можешь даже кричать, если хочешь. Не сдерживайся. Это территория, на которой можно всё, — прошептал Матвей в ухо Миланы, а потом захватил мочку губами, лизнул ухо языком.
Милана металась в его руках, тихо всхлипывая. Постепенно её стоны становились громче. Внизу живота всё сплетались в тугой комок, требуя разрядки.
Теперь Матвей касался губами и языком шеи Миланы, её ключиц. А потом осторожно приник к губам. Сначала лёгкими прикосновениями, а уже потом с несдержанностью и страстью. Милана и сама не заметила, как обняла Матвея за сильную шею, неистово прижимаясь к нему. Когда Матвей разжал языком её зубы, и их языки встретились, Милана совсем утратила контроль над собой.
Матвей провёл ладонью по животу Миланы, по бёдрам, слегка раздвинув её ноги. А потом он осторожно коснулся пальцами самого сокровенного. Милана была полностью готова. Но Матвей не хотел всего и сразу. Девушка оказалась потрясающе хороша, натиск и спешка ни к чему. Такую девушку хотелось смаковать, пусть и в ущерб собственному удовлетворению.
Как и ожидал Матвей, хватило нескольких массирующих движений пальцами. Потом Матвей слегка надавил на клитор, и Милана, издав вопль, задрожала в его руках. Неужели это он довёл её до такого состояния? Ведь он почти ничего и не делал. Видимо, пришло время Миланы стать настоящей женщиной, но она сама этим вопросом не озадачивалась.
Милана ещё слабо стонала, но волны оргазма потихоньку стихали. Спазмы прекратились, дыхание постепенно выравнивалось.
— Матвей, я… — тихо и прерывисто начала она.
— Тссс, — Матвей легко коснулся губами её губ, осторожно убрал волосы с её влажного лба. — Спи, моя девочка.
— А ты, Матвей? Ты же не…
— Я ещё не дал тебе всё, что могу. Рано брать.
Через минуту обессиленная новыми ощущениями Милана крепко спала, прижавшись лицом к плечу Матвея. А он долго ещё лежал без сна, вспоминая то, что они пережили сегодня вдвоём. Почему-то Матвею казалось, что это не Милана стала другой, а он сам.
* * * * * * * * * * * * *
На следующее утро Милана нарочно долго тянула время, не выходя из спальни, потому что просто не могла представить, как появится перед Матвеем, как посмотрит в его глаза.
Она уже полностью привела себя в порядок, но так и не могла набраться мужества, встать с кресла и выйти к завтраку.
Видимо, Матвей всё понял, потому что пришёл за ней сам. Заглянул в лицо Миланы, оценил ситуацию, подхватил девушку на руки и унёс в кухню. Милана обнимала его за шею, уткнувшись лицом в сильное плечо.
Со стороны Матвея не последовало никаких реплик: ни насмешливых, ни осуждающих, ни вопросительных. Он просто усадил Милану за стол, и вскоре перед ней появились тарелка с рисовой кашей и бутерброды.