Целительница моей души (СИ)
— А почему сразу не сбежали? — спросила Льюла. — Χотя бы когда полюбили друг друга. Это ведь не месяц назад случилось.
— Нет, прошло уже несколько лет с тех пор, как ваша сестра стала моим счастьем, — мягкая улыбка буквально осветила лицо молодого короля. — Сбежать-то мы могли в любой момент, под замком меня никто не держал и охрану не приставлял, но… На что бы мы жили? У меня не было ничего своего, кроме ежемесячного содержания, позволяющего жить на широкую ногу, но того, что единовременно оказывалось у меня в руках, даже на аренду корабля не хватило бы. Поэтому я решил копить деньги, откладывая половину содержания, а то и две трети — при тихой жизни в провинции я тратил мало, — и за несколько лет должна была накопиться солидная сумма, которой хватило бы и на новые документы, и на дорогу, и на обустройство на новом месте, и на первое время, пока я не нашёл бы работу. Я сильный маг земли…
— А я — огня, — подхватила Эйтина. — И тоже могла бы работать. Ты-то ведь справилась, — это она уже лично мне.
— У меня не было выбора, — развела я руками.
— У нас тоже. Сколько еще я смогла бы притворяться парнишкой? Некоторые слуги уже начали удивляться, что я практически не расту. Сколько можно оставаться подростком? А я ведь больше уже не вырасту.
— Мы планировали побег на следующее лето, — вновь вступил в разговор Эймер. — Но тут случилось то, что случилось, и, неожиданно для себя, я стал королём. Это означало, что побег уже больше не нужен, и мы поженились через два дня после коронации. Тихо и скромно, в стране официально траур, а нам это было даже на руку.
— То есть, в Кравении знают, на ком вы женаты? — уточнила Вела. — Просто мы не знали ни о свадьбе, ни тем более о том, кто ваша жена. Последнее, что было в газетах — известие о коронации.
— О свадьбе народу было объявлено, но о личности моей жены пока знает лишь совет министров. Недовольных не было.
— Даже так? — Кейденс недоверчиво поднял бровь.
— Я им напомнил, кто теперь у нас король, и кому они приносили клятву верности на крови, — расслабленное лицо Эймера вдруг застыло, сразу сделав его гораздо старше, взгляд заледенел. — Они привыкли не воспринимать меня всерьёз. Отвыкнуть пришлось быстро. Больше недовольных не было.
И мне почему-то не захотелось узнавать подробности той беседы. Главное — у моей сестрёнки не только любящий муж, но и сильный защитник, готовый ради неё на многое, если не на всё. Мне этого было достаточно, а разборки Эймера со своими министрами меня не касались.
— Вы взяли с подчинённых клятву на крови? — уточнил мой муж.
— Да. Я не мог рисковать безопасностью моей малышки.
— И вы покинули страну в такой момент? — недоверчиво уточнил Рин, тоже поняв недосказанное.
— Клятва на крови исключает предательство, — пояснил ему Кейденс. — Испепеляет за одну только мысль о нём, поэтому её берут в самом крайнем случае. Вы и правда хорошо подстраховались.
— Поэтому я спокойно уехал, зная, что с королевством всё будет в порядке. Мой отец был слегка помешан на своей армии и мало уделял внимания всему остальному, но чего у него не отнять — он набрал отличный штат профессионалов, и под их руководством экономика королевства катится на хорошо смазанных колёсах. Из-за нашего отсутствия ничего не рухнет. Поэтому, как только было получено известие, кто именно является вашей невестой, — это он Кейденсу, — мы собрались в путь буквально за несколько дней, дождавшись лишь, пока корабль будет готов к такому долгому плаванию. И наш корабль плыл гораздо быстрее почтового, вот потому о нашей свадьбы вы и не знали.
— Я так торопилась! Так хотела успеть к тебе на свадьбу! — Эйтина крепче ко мне прижалась.
— У тебя получилось, — я, как в детстве, чмокнула сестрёнку в макушку, для чего мне пришлось потянуться, потому что теперь мы были одного поста.
— Когда я прочла в газете о том, кого именно берёт в жёны сам король Лурендии, то долго не могла поверить своим глазам, — улыбнулась она мне. — Оказывается, дедушка отправил вас в самое безопасное место! А ведь поиски так и не прекратились, первое время Марендонию прочёсывали очень часто, последнее время — лишь раз в год. И все эти годы я и хотела, и боялась получить какие-то сведения о вас. Хотела — потому что, это означало, что вы всё же выжили, что у дедушки получилось. И боялась, потому что это поставило бы вас под удар. Но теперь мы все в безопасности. Я до сих пор не могу в это поверить!
Да, я тоже долго не могла поверить, что рядом с Кейденсом мне бояться нечего. Поэтому очень понимала сестрёнку.
— Всё же вам очень повезло в тот день, что никто не попытался отследить портал, которым вы унесли Эйтину, — сказал Рин, задумчиво глядя на Эймера. — Разве они не заметили пропажу?
— Скорее всего, нет. О том, что из замка исчезли дети, стало известно, но сколько именно их было, никто толком не знал. Те, что бежали сразу за вами и могли… ну, не знаю, сосчитать, погибли. Да и в той бойне вряд ли пересчитывали защитников, не до того было. Эйтину, скорее всего, посчитали сбежавшей вместе с вами, потому никому и в голову не пришло проверять порталы, особенно учитывая, что там потом их явно было множество. Затоптали, — криво улыбнулся Эймер.
— Вам и правда невероятно повезло, — сделал вывод Кейденс. — Утащи вы кого-то взрослого, это могло бы насторожить, началось бы расследование, но ребёнок… Да, очень повезло.
— А вы? Как же выжили вы? — Эйтина повернулась ко мне. — Тебе же всего пятнадцать было, и тут — чужая страна, куча детей на руках. Как?
Я оглянулась на Рина — он вроде как собирался именно это рассказать гостям, пока те приходили в себя после дороги, — но брат покачал головой:
— У нас в основном речь шла о том, как мы уже здесь обживались, и как ты с его величеством познакомилась.
— А мы про академию немножко рассказали, — добавила Льюла. — Мы все тебя ждали.
— Ясно, — кивнула я, а потом начала свой рассказ с того момента, как мы оказались возле поля ржи в трёх километрах от села Пригорного на границе с Вертавией.
Рассказ оказался очень долгим, Эйтине была интересна каждая мелочь, нашим с ней мужьям — тоже. Да, Кейденс тоже интересовался подробностями, хотя мне казалось, что за эти два месяца мы уже всё, что можно, обсудили. Оказалось, что нет. Вопросы сыпались, как из дырявого мешка, а мы, вшестером, на них отвечали.
Разговор затянулся почти до рассвета — хорошо, что на завтра король лично отпросил у ректора моих студентов с уроков «по семейным обстоятельствам», — в какой-то момент заспанная горничная принесла нам чай и кучу канапе и пирожных, что поддержало нас, поскольку сегодняшний долгий праздничный то ли обед, то ли ужин, который мы с мужем ещё и частично пропустили, давно превратился лишь в воспоминание. Темы для разговоров всё не кончались, пока Эйтина не уснула прямо посреди фразы у меня на плече. Тогда мы наконец осознали, что давно уже все клюём носами и давим зевки, просто никто не решается первым признаться в усталости, и решили, что пора расходиться, успеем еще наобщаться.
Мой король открыл для гостей портал в их комнаты, Эймер унёс так и не проснувшуюся жену на руках, студенты утопали сами, благо, их комнаты были на этом же этаже в паре десятков метров, а вот гостей разместили в другом крыле. Мы же добрались до моей спальни — порталом, конечно, я что, зря за портальщика замуж выходила? — рухнули на кровать, едва стащив с себя часть одежды, и уснули моментально, всё же и день был непростой, и воскресшая сестра — это сильнейший стресс, хотя и радостный, но всё равно шок, а бессонная ночь лишила остатка сил.
Я проснулась от того, что моё лицо покрывали лёгкие поцелуи, а умелые пальцы пытались снять с меня бельё, до которого вчера просто руки не дошли. Я довольно улыбнулась и слегка выгнула спину, чтобы этим самым пальцам было легче добраться до крючков на корсете. Как я в нём вообще уснула — не представляю, впрочем, корсеты у меня были довольно мягкие, мы с портнихой пришли по этому поводу к компромиссу. И вот теперь Кейденс пытался на ощупь освободить меня от этого доспеха.