Так нестерпимо хочется в Питер (СИ)
—Ты не смотришь на меня! — Алиса встала из-за стола и слегка тронула его за локоть.
—Прости. Я злюсь. Пошли. — Он развернулся и направился к выходу.
—А как же сдача?
Но Роман уже вышел. Алиса пожала плечами и поспешила за ним.
Оказавшись в машине, Алиса протянула руку к его подбородку и заставила Романа повернуть голову в ее сторону.
—Посмотри на меня! — Ее глаза смотрели на него с мольбой.
—Ты не будешь с ним разводиться, да? — Роман сглотнул. Его лицо переменилось — стало жестким и непроницаемым.
—Где здесь ближайший ЗАГС?
—Что?
—Отвези меня в ближайший ЗАГС.
—Но зачем?
—Он не дает мне развод. Но это не значит, что нас не разведут. Я подам заявление.
—Хорошо. Ближайший на той стороне канала Грибоедова, минут пять езды. — Роман расслабленно улыбнулся. Его лицо смягчилось, а правая рука поймала ее руку возле коробки передач и крепко сжала.
—Хорошо. Все будет хорошо. Я люблю тебя!
Он наклонился к ней и нежно поцеловал.
—И я тебя люблю, детка. Скорее бы это все закончилось. Я хотел бы отвезти тебя в ЗАГС совсем по другому поводу. Как невесту.
Алиса удивленно приподняла бровь.
—Это что? Ты делаешь мне предложение?
—Я ничего не буду отвечать на этот вопрос, ибо так предложение не делают. У меня для тебя заготовлено кое-что получше.
—Нет, ты серьезно? — Алиса открыла рот и улыбалась, словно впервые увидела радугу.
—Прекрати!
—Я согласна! — выпалила девушка, норовя подпрыгнуть от счастья.
—Так! Стоп! Повторишь эти слова через неделю! Запомнила? — он с улыбкой посмотрел в ее искрящиеся счастьем глаза.
—Почему через неделю?
—Потому что через неделю мы улетаем из Питера.
—Куда?! — Алиса открыла от удивления рот.
—Больше ни слова!
Роман отвернулся от девушки, провел пальцами по губам, словно застегнул молнию на замке, завел мотор и тронул с места.
Глава 20
Алиса села на диван и устало провела рукой по волосам, откинув непослушные локоны с лица назад. Приятная усталость разливалась по всему телу. Спустя пять долгих часов чемодан был, наконец, собран. Она мысленно прокрутила в голове его содержимое, пытаясь лишний раз перепроверить себя — все ли она предусмотрела. Теплые вещи взяла, коктейльное платье тоже, удобную обувь и шпильки, а также купальник и средства для загара (Роман так и не признался ей, куда они летят, поэтому Алиса решила подстраховаться). Телефонный звонок вывел ее из раздумий. Алиса сняла трубку, искренне радуясь услышать голос подруги.
—Привет, интурист! — Кира говорила бодро и бойко, словно выступала на митинге.
—Привет. Почему сразу интурист? Может быть, мы летим на Кавказ или на Байкал. Он же так и не сказал мне, куда он меня везет.
—Ага, как же — Байкал. Чтобы сделать девушке предложение на берегу Байкала в окружении камыша и комаров, нужно быть заядлым бардом и любителем походов. Рома точно не из таких. Петь он не умеет, да и палатку ставить, я думаю тоже.
—Почему сразу комары и камыш? Там очень красиво. Нет там никакого камыша.
—Я тебе говорю — Париж! Вот увидишь!
—Это банально.
—Ну, ты даешь! Париж ей, видите ли, банально! Да ты дальше Анапы нигде не была! — Кира засмеялась, вызвав у Алисы улыбку.
—Ладно, не бурчи!
—Напиши мне сообщение, когда узнаешь, куда он тебя везет.
—Хорошо!
—Сильно не напивайся, веди себя хорошо, к мужчинам не приставай!
—Кира, перестань! Что ты со мной, как с маленькой?
—Я буду скучать.
—Нас не будет всего два дня.
—Ну, надо было что-то на прощание сказать.
—Все, пока!
—Пока.
Алиса положила трубку и загадочно улыбнулась, представив себе, как получит заветное кольцо, поднимаясь в лифте на Эйфелеву башню. «Банальщина бывает весьма притягательной»,— подумала она и начала слегка пританцовывать вокруг своего видавшего виды чемодана.
Дверь бесшумно открылась, и Роман, вошедший и увидевший эту картину, тихо прислонился к дверному косяку, с улыбкой наблюдая за странными танцами своей девушки.
На очередном повороте во время танцевального па, Алиса заметила его и смущенно прикрыла лицо руками.
—Давно ты здесь стоишь?
—Минут пять.
—Ненавижу эту дверь. Вот так вор или убийца зайдет, а я даже шороха не услышу.
—Через эту дверь муха не пролетит, не то что посторонний. Новые…
—Да-да, я помню — технологии.
Алиса улыбнулась и подошла к Роману. Ее руки обвили его за плечи, а голова потянулась вверх, к его губам.
—А там, куда мы едем, говорят по-французски? — Алиса быстро чмокнула любимого в губы и хитро прищурила глаза.
—Хм…Возможно.
—Значит, возможно. А если точнее?
—Я подозреваю, что там могут говорить еще и на английском, и на немецком, и на итальянском, и на испанском….
—Так не честно!
—А еще, вполне возможно, даже на русском!
—Все, ты окончательно меня запутал! Сюрприз — так сюрприз.
Алиса игриво, будто обидевшись, поджала губки и вернулась в центр гостиной, вальяжно расположившись на диване.
—А почему ты не одета? Нам пора выходить!
—Уже? — Алиса посмотрела на настенные часы и ахнула. — Прости, я мигом!
Через полчаса, сидя в машине, Алиса рассматривала буклет туристической фирмы, который нашла в бардачке. Европа. Уже понятнее. Вопрос— куда именно?
—Париж. И ты меня не проведешь! — безапелляционно выдала Алиса, закрыв каталог на последней странице.
—Это банально,— Роман повернулся к ней и рассмеялся. — Ты просто маленькая хитрая лиса! Но я ничего тебе не скажу!
Алиса поджала губы и недовольно сморщила лоб.
—Прекрати корчить рожицы, тебе не идет! — Роман продолжал улыбаться, наблюдая за муками любопытства, вконец одолевшими девушку.
—Ты забрал у меня паспорт, заграничный паспорт, приказал собрать все вещи, которые мне могут понадобиться — а мне может понадобиться всё, это зависит от того еду ли я в Антарктиду к пингвинам или на Гавайи покорять волну на сёрфе, — и теперь ты говоришь мне, чтобы я не корчила рожицы?
—Через три часа ты все узнаешь. Потерпи немного!
«Три часа…До Берлина лететь примерно три часа, до Парижа тоже и до Рима…Черт! Черт! Черт!» — Алиса отвернулась к окну и принялась рассматривать толпы шатающихся по улицам туристов. В Питере начались белые ночи, и город превратился в муравейник. Он и раньше кипел и бурлил, ежедневно переваривая многотысячные потоки туристов, но в середине июня начиналось нечто невообразимое. Люди всех сортов и национальностей бесцельно бродили по центральным улицам, спали на лавочках в парках и осаждали набережные. Вот и теперь Алиса заметила, как на пешеходном переходе столкнулись организованная группа туристов из Азии и кучка европейцев, да так, что никак не могут разойтись. Люди усердно жестикулировали и кивали головами. В итоге коробка азиатов распахнулась, словно открыв портал в иные миры, и пропустила группу европейцев на ту сторону дороги.
Через полчаса городские улицы остались позади, и машина плавно скользила по окружной дороге в направлении «Пулково».
Припарковав машину на стоянке в аэропорту, Роман завязал Алисе глаза и приказал вставить в уши наушники.
Алиса чувствовала себя беззащитным слепым котенком, которого мама-кошка, прихватив зубами за шерстку, тащит в неизвестном направлении. В ушах гремела какая-то околороковая группа. Солист то переходил на хрип, то завывал, словно дикий зверь, но Алисе нравились эти вокальные эксперименты, сопровождаемые гениальной игрой на гитаре и глухими звуками басов.
В узкую щель, которую образовала ткань на ее глазах, Алиса увидела серый асфальт, затем полоску света. «Зашли внутрь»,— подумала она. Роман крепко держал ее за руку, и напряжение постепенно ушло. В конце концов, не везет же он ее в Йемен, чтобы продать боевикам. Можно перетерпеть и временную слепоту, и грохот в ушах, и даже странные взгляды пассажиров в зале ожидания (а они наверняка с интересом рассматривали странную парочку). В ту же секунду в ее голове пронеслась мысль, что у них могут быть проблемы с таможней и пограничным контролем — они потребуют снять повязку, чтобы сверить фото в паспорте с оригиналом, да еще и вопросы зададут — по своей ли воле девушка едет туда, не знаю куда? И прощай сюрприз.