Гробовщик. Дилогия (СИ)

И вот Алеся – девушка, за которую он готов жизнь отдать. Выходит, он её любит? А имеет ли он на это право со своим послужным списком?
Ночь начинала светлеть. Небо посерело, будто перед дождём, и если бы не видные звёзды, можно было бы и в самом деле подумать, что вот‑вот грянет гроза.
Размышления Пыжа прервал какой‑то далёкий монотонный звук. Звук приближался, нарастал, и он вдруг разобрал, что это – вертолёт.
Где‑то неподалёку кружил вертолёт!
Здесь? В Зоне?
Пилот что – самоубийца? Как он добрался целым сюда, почти в самое сердце Зоны?
Ну ладно, пусть у него имеется какой‑нибудь супер‑детектор. Постоянные аномалии худо‑бедно можно облететь. Так существуют ещё аномалии и блуждающие. От таких одно средство: замереть и определить, откуда и куда эта напасть движется. А ты попробуй замереть, если у тебя скорость под двести км…
Пыж оглянулся на спящих. Посмотрел на Бека, потом на Баркаса и, поколебавшись, двинулся к последнему. Потряс за плечо. Баркас тут же открыл глаза, аккуратно, чтобы не разбудить девочку, укрытую его курткой, сел. Вопросительно посмотрел на Пыжа.
Тот мотнул головой в сторону окна и поднял вверх указательный палец. Мол, слушай.
Секунда и Баркас оказался на ногах. Поморщился от боли, потёр левое бедро. Проковылял к окну, осмотрел небо, обернулся к Пыжу, спросил в полголоса:
– Давно?
– Минут пять‑семь.
Баркас нахмурил лоб, потом махнул рукой и громко произнёс:
– Подъём!
– Что случилось? – Бек открыл красные от недосыпа глаза.
– Нужно подниматься и уходить. Срочно!
Глядя на ждущего продолжение Бека, пояснил:
– Вертушка по нашу душу.
– В смысле – вертолёт? Здесь? Как? – не поверил Бек.
Проснувшаяся Алеся с трудом встала на ноги.
– Нужно срочно уходить, – сказал ей Баркас. – Буди Зинку.
– А как же Полтораш? – спросил Пыж.
– Они уже высадились или вот‑вот высадятся, – сказал Баркас. – Спецура, человек шесть или семь. Не знаю, что у них за задача. Но бубликов с баранками от них мы врядли дождёмся. Так что вы уходите в сторону АЭС, а мы с Беком постараемся их задержать.
Он посмотрел на Бека.
– Ведь постараемся?
Тот промолчал, глядя себе под ноги.
– Может, и я тогда с вами? – неожиданно для самого себя спросил Пыж.
– Тебя только не хватало, – пробормотал Бек.
– А кто будет Алесю с Зиной охранять? – усмехнулся Баркас.
– Так я…
– Куда ты лезешь? – поморщился Бек. – Тут героев нет. Просто мы у них на мониторе, как мухи на белом потолке, и не захочешь – увидишь. Значит – нам и жребий.
Пока Алеся быстро сводила девочку в соседнюю комнату, умыла и сунула ей в руку краюху хлеба с куском колбасы, сборы окончились.
– Какой план? – спросил Пыж.
– Простой, – ответил Баркас. – Мы с Беком идём впереди. Вы, метров за сто сзади. Как только натыкаемся на спецназ, мы связываем их боем, а вы «уходите за угол». Мы отступаем, уводим их за собой. А вы через полчасика выходите и топаете на встречу с Монолитом. Тут ходу километра четыре. Так что за полтора часа доберётесь.
– Нет, – вдруг сказала Алеся. – План у нас будет другой.
32. Вторник. Спецназ
Группа двигалась грамотно, согласно особенностям местности – пунктиром. Впереди в авангарде Кабан с новейшим детектором аномалий. Его Тон Тоныч специально первым пустил. Специалист, пятая командировка в Зону. Меньше шансов, что вляпается. За Кабаном метрах в двадцати следом – основная группа: командир, трое бойцов и очкарик из Института. Замыкал, отстав еще на два десятка шагов – Витёк Буров по кличке Бур. Сигнал, по которому группа вела поиск был отчётливый, без, как это часто бывает в Зоне, двоения и мерцания. Две зелёные точки двигались в направлении на северо‑запад, но делали это медленно, с частыми остановками. Видать опасались аномалий. Да и прицеп в виде маленькой девочки скорости им не добавлял.
Тон Тоныч, за что и был ценим начальством, никогда не спрашивал ничего лишнего по заданию. Только по делу, никакой лирики. Но даже он в этот раз еле сдерживался, чтобы не спросить у лысеющего, коренастого, с брюшком, дядьки в оранжевом комбинезоне «научников», как сюда забралась и как выжила девочка, за которой тот прилетел. Этого «оранжевого» им в группу впихнули в последний момент, исключив из состава стажёра Юрика Хоботова по кличке Слоник, весельчака и балагура.
 
Изначально задание было простым: обнаружить и блокировать отряд из трёх сталкеров и одного гражданского. После чего выслать сигнал подтверждения и ждать прибытия основной группы. Два объекта были «помечены», так что особых сложностей Тон Тоныч не ожидал. Но вот за пару часов до вылета всё изменилось. Появился ученый, а вместе с ним появилось и дополнительное условие: любой ценой отбить и передать этому учёному десятилетнюю девочку, неизвестно как попавшую в Припять – место, где бывалые сталкеры мёрли пачками.
В любом случае, первое, что предстояло сделать, это загнать преследуемую четвёрку – или теперь уже пятёрку? – в угол. Тон Тоныч ждал, когда расстояние до сталкеров сократиться метров до пятисот, после чего собирался выслать по одному бойцу для охвата с флангов, чтобы потом зажать добычу в каком‑нибудь доме и заблокировать. А потом вызвать основную группу.
Он приложил к глазам бинокль. Впереди был узкий проход между сплошной, без окошка, стеной пятиэтажки и развалинами торгового центра, заросшего настоящими джунглями из кустарника и молодых деревьев. Кабан как раз в это время шагал по нему, поглядывая то по сторонам, то на свой ПДА. Не смотря на кажущуюся рыхлость фигуры, двигался боец уверенно и грамотно, время от времени смещаясь то влево, то вправо.
«Хорошее место для засады», – автоматически отметил командир спецназовцев. Всерьёз он нападения не опасался. Не сошли же, в самом деле, эти сталкеры с ума. Но всё равно, он слегка замедлил ход, пока впереди идущий не миновал опасный участок.
«Прошёл», – облегчённо выдохнул Тон Тоныч. Снял кепку, одетую козырьком на затылок, пригладил короткие, рано поседевшие, волосы, решил: «Окажемся на той стороне, пущу двоих в обход. Пора».
Они были примерно посередине этого злосчастного прохода, когда впереди мелькнула какая‑то тень, и датчик аномалий на запястье зашёлся в вое. Тон Тоныч мгновенно остановился и вскинул зажатую руку а кулак. Мельком глянул на запястье. Чертыхнулся. Датчик аномалий, встроенный в ПДА, указывал, что путь им преградила «Электра». Потом сзади слегка дрогнула земля, и датчик заверещал ещё громче. Одновременно с этим, шедший в арьергарде, Витёк открыл стрельбу из автомата.
– Отставить! – крикнул Тон Тоныч в микрофон гарнитуры. – Бур, кто разрешил открывать огонь?
– Наблюдал контакт на крыше дома справа, – сквозь вой и треск помех услышал он в наушнике.
Командир, махнул рукой. Шедшие рядом тут же прижались стене пятиэтажки и ощетинились автоматами. Сам же Тон Тоныч поднял голову, изучая далёкий жестяной козырёк пятиэтажки.
– Ты грохнул его что ли? Вот только пускай окажется, что ты мне тут жмура сотворил, – начал он заводиться. – Кто там был?
Бур имел репутацию отморозка, палившего во что попало. И кабы не дядька‑полковник в Управлении, давно бы Тон Тоныч сбагрил его из взвода.
– Мужик какой‑то, – сказал Витёк. – В капюшоне.
– Попал?
– Вроде – да.
– Гном, давай, смотайся на крышу. Глянь, что там, – скомандовал Тон Тоныч одному из бойцов, что шёл рядом с ним. Тот кивнул, мол, понял, и трусцой двинулся было назад, но тут же остановился. Датчик аномалий у него на руке, аж захрипел от визга.
 
– Тоныч, – позвал Гном. – Тут «Рубец» нарисовался.
Командир подошёл к нему, сверился со своим датчиком. Точно – «Рубец». Здоровый такой. Весь проход перегородил.
Командир осмотрелся и с досадой плюнул себе под ноги.
Спереди «Электра» сзади «Рубец», справа стенка пятиэтажки, слева руины с непроходимыми джунглями.