Повелитель теней. Том 6 (СИ)

Кто же знал, что одно из действенных средств против Полуночниц — это куркума?
  
Глава 25
 
Победить Полуночницу в данной ситуации я просто не мог, потому что список эффективного оружия против этих монстров ограничивался куркумой, золотом, окроплённым кровью летучей мыши, и специальным зельем. Однако с нынешними способностями я мог без проблем просто пересечь пещеру Полуночницы без прямого столкновения. Сперва я притормозил время, чтобы монстр не успел среагировать, а потом расщепил своё тело — оно превратилось в туман и проскользило сквозь темноту. Я просканировал пространство. нашёл проход на противоположной стороне пещеры и направился к нему. Однако врезался в преграду между локациями. Что-то меня не пропускало. Я озадаченно завис над землёй — словно чёрное удивлённое облачко внутри яростной грозовой тучи. Я не мог тратить много энергии — иначе бы с другими монстрами пришлось драться в рукопашную, что не особо-то целесообразно и полезно для моего выживания. Поэтому время я остановил не полностью, оно продолжало течь, но очень медленно. И Полуночница вполне себе меня засекла и пыталась поймать. А преграда не исчезала.
Так. Думай, Марк! Что было в предыдущих локациях и чего не было сейчас? Почему меня не выпускают из логова Полуночницы? Конечно, всегда есть вариант, что Ядозубы заблокировали проходы, но… Маловероятно. Подобные механизмы быстро изнашиваются, а заклинания — развеиваются. Тем более они бы постоянно подвергались воздействию монстров, которые пытались бы заглядывать в гости к соседям. А для ремонта и обновления магии Ядозубы слишком боятся Пещеру Изгоев — охранник обмолвился, что из неё никто не возвращался. Значит, это постоянный механизм. Вероятно, как-то завязанный на магии монстров и питающийся от неё же. Если учитывать специфику Пещеры Изгоев и то, для чего она используется… Я покосился на камни-следилки. Ядозубам не выгодно, чтобы узники, как трусливые зайцы, бегали и прятались от монстров. Ну, вроде бы сходится. С другими монстрами — за исключением абсолютно пустой локации — я сталкивался, фактически находился в прямом контакте.
Мда, сложная ситуация. Столкнуться с Полуночницей в антисветовом поле, которое она создаёт, — чревато. Эти монстры — машины по переработке энергии. В прошлой жизни, после нашествия Полуночницы на Люксембург, человечество принялось активно изучать этих тварей. От Полуночницы, которую я случайно убил, уцелели останки — их потом обнаружили на поле боя. Да, она всё-таки обладала вполне материальным телом, а энергетический образ служил для отвлечения внимания. Благодаря найденным останкам, люди смогли найти и исследовать других Полуночниц. Выяснилось, что Полуночницы невероятно медленно взрослеют. И не высовываются, пока не наберут силу. Потому их считали легендами — несколько поколений людей просто-напросто не видели Полуночниц, так как те прятались где-то в горах и под землёй, пожирая мелкую живность. Антисветовое поле Полуночницы — это в каком-то смысле мясорубка. Оно перемалывает материю и выжимает энергию. Меня спасает остановка времени и то, что я развоплощён. Уф, надеюсь, что хватит небольшого столкновения с Полуночницей, иначе я — труп.
Я немного ускорил время и моментально почувствовал, как темнота вокруг меня сжимается, вынуждая материализоваться. Я поддался давлению — правда, воплотил только одну фалангу мизинца. Полуночница жадно набросилась на мою плоть, меня пронзила сильная боль, и кончик мизинца развеялся в кровавую пыль. Я рванул к проходу в другую локацию и с облегчением обнаружил, что преграда исчезла. Отлично. Я полностью материализовался, позволил времени течь своим ходом и, оторвав от футболки лоскут, перебинтовал рану. В принципе, ничего страшного. Если не умру от заражения крови, то в больнице мне оторванную фалангу восстановят. Переведя дыхание, я оглянулся. Всё-таки манипуляции временем отбирали много энергии, лучше бы обойтись в Пещере Изгоев без этих способностей, чтобы в какой-то момент не обнаружить магический резерв полностью пустым.
 
— И что у нас здесь? — пробормотал я, остановившись на небольшом расстоянии от гигантской кувшинки, которая плавала в овальной луже. Она мирно покачивалась на мутной воде, изнутри же доносилось утробное ворчание. Я сделал шаг вперёд, и лепестки кувшинки начали открываться. Внутри сидела здоровенная зелёная жаба. Она уставилась на меня выпуклыми жёлтыми глазами и квакнула. Склонив голову набок, она важно раздула свою шею и квакнула ещё раз. Я миролюбиво предложил: — Разойдёмся без драки?
Тело жаба начало быстро изменяться — туловище вытянулось, лапы превратились в ноги и руки, голова стала круглой, а морда — плоской, и на ней появилась выпуклость, отдалённо напоминающая нос. Теперь в кувшинке ворчала не жаба, а уродливый человек с жабьей кожей и деформированным лицом. Которое продолжало изменяться. Через пару минут я смотрел на себя в жабьем обличье. Да, черты, определённо, угадывались. Словно бесталанный скульптор делал мою статую, но где-то в середине процесса внезапно переключился на лягушку. Я шагнул вправо, и моя плохая копия повторила за мной. Шаг влево — то же самое. Монстр копировал все мои движения. Нет, неверно. Не копировал, а предугадывал. Передо мной была Жабалака — тварь с невероятной интуицией. Долгое время охотники, сталкиваясь с этими монстрами, умирали целыми отрядами, беспомощные перед собственными копиями. Жабалаки копировали своих жертв — становились ими и откуда-то знали всё, что бедолаги сделают в следующую секунду. Жабалак невозможно обмануть — если ты ударишь, они заранее выставят блок, а если случайно откроешься — нанесут смертельный удар. Первоначально охотники предполагали, что Жабалаки обладают сильной ментальной магией, но артефакты против ментального вмешательства не помогали. Так что в конце концов было решено, что у тварей сильная интуиция. Да, вот так просто и… необъяснимо.
Именно великий учитель Анаксагорас выяснил, что против Жабалак лучше всего помогает обычная медитация. Глубоко дышать, очистить разум от мыслей и расслабиться. Ничего не хотеть, никуда не спешить, ни к чему не стремиться — особенно к убийству Жабалаки. А когда достигнешь этого состояния — просто разрубить монстра на мелкие кусочки. Равнодушно, спокойно, продолжая медитировать и не испытывая никаких эмоций. Слабое место Жабалак — они не пошевелятся, пока их жертва ничего не предпринимает. То есть теоретически встретиться с Жабалаками и выжить очень легко — всего лишь нужно сидеть на попе ровно. Правда, довольно скоро о себе напомнят голод и жажда, но это уже совсем другая история.
Я прикрыл глаза, очищая разум от мыслей. Великий учитель Анаксагорас лично обучал меня, как справиться с Жабалаками. Однако в то время во мне взыграла непокорность — я был юн, только-только распробовал самостоятельность и пытался показать старику, что чего-то стою и без его постоянных подпинываний и советов. Поэтому несколько модернизировал метод Анаксагораса в немного гм… издевательском ключе. Покосившись на камни-следилки, я мысленно ухмыльнулся. Вы хотели шоу? Вы его получите. Самую малость не то, которое ожидали… но ваши моральные травмы — не моя проблема. Жабалака настороженно квакнула, когда не смогла считать моих намерений. Я же… Я же принялся бесцельно дёргаться, словно танцевал безумный танец. Я надвигался на монстра, а тот внезапно расплылся, превратился в здоровенную жабу и бросился наутёк. Я не стал преследовать Жабалаку, но на всякий случай, чтобы тварь не вернулась, продолжал плясать, пока не покинул её логово.
В следующей пещере я столкнулся с Крыжатником — кладбищенским монстром, который предсказывал различные несчастья своим жертвам. Выглядел он как здоровенный ворон с человеческими глазами — устроился на большом булыжнике и, сложив крыльям, внимательно за мной наблюдал. Единственное преимущество Крыжатников — то, что люди не подозревают о его способностях. И до того, как они понимают, что происходит, Крыжатник уже успевает напророчить им столько несчастий, что они не в силах добраться до него и заткнуть. Как говорится: предупреждён — значит вооружён. Так что я сопли жевать не стал и, как только Крыжатник хрипло каркнул: «Твоя нога…», я рванул вперёд и крепко сжал его клюв. Ворон попытался вырваться и безумно завращал глазами, но бестолку — я свернул ему шею. Уф, сколько ещё нужно пройти? Ребята далеко продвинулись, даже удивительно, как они выжили в логове у Полуночницы? Надо было уточнить у Ядозубов, в какой части Пещеры Изгоев находятся мои друзья. Я поморщился. Поспешишь — людей насмешишь.