Дракон. Дракон цвета крови (СИ)

- Ты не улитка.
- Потому и жива до сих пор.
- Это ты Матиаса ей?
- Лиез, если ты кому проговоришься... - зашипела я. Шипение пропало впустую.
- Я поняла. Молчу. А Эстебана? Кордова, я же спать не буду!
- Зато можешь уроки сделать, - огрызнулась я. - Запомни, Лиез, чем больше шкаф, тем громче он падает! Вот и упал несчастный шкаф. А я еще сверху попрыгала.
На шкафу, да! А что? Мебель - не протестовала.
Мариса даже в ладоши захлопала.
- Каэтана, ты... ты чудо! Как меня бесил этот... этот...
- Качок?
- Кто?
- Ну... Гил. Как кабачок, кабан, бочонок - поняла?
- Поняла. Качок... да! Как же я мечтала, чтобы ему кто-то по морде настучал! Но... теперь они тебя точно в покое не оставят!
Я пожала плечами.
- А раньше хотели оставить?
- Нет. Но вдруг?
- Лиез, ты еще не поняла, что беспомощность жертвы провоцирует обидчика? Не маленькая уже...
- Да, не маленькая...
Мариса даже как-то понурилась. Поглядела на меня.
- Кордова... ты не представляешь, как провоцирует. Твоя мать синяки регулярно не замазывает.
- У меня она вообще померла, - буркнула я. - Синяки замазывать не хотела.
Мариса вздохнула.
- Прости.
Я посмотрела на нее пристально. Да и рукой махнула.
Чего уж там, фитнес-тренер, это еще и психолог. Даже если здесь я не на работе... это другие видят королеву курса, гордую и самоуверенную. А я вот сейчас вижу девчонку. Уставшую и измотанную. И понимающую, что ей никто помогать не станет.
А вот что видит девчонка?
И я могу ответить на этот вопрос.
Она видит... бунт? Или выход? Или...
Они привыкли подчиняться. И если бы нечто подобное попытались сделать с Марисой, она бы подчинилась. Она бы упала на колени, она бы сделала все, что от нее потребуют... она бы потом покончила с собой, или родители бы ее убили, чтобы скрыть позор - вариантов много.
Но сопротивляться она не стала бы.
Не смогла.
А я - смогла.
Сейчас она видит не просто Каэтану Кордова, она видит искру свободы. Той самой, которой лишена с рождения. И в мозгу у нее крутится только одно: 'А что, так можно было?'. Можно, Мариса, можно. Только работать нужно.
- Кофе будешь?
- Чего?
- Кофе. Напиток такой.
- Мммм...
- Понятно Я сейчас сварю, а ты попробуй. И залезь на полочку. Там в синей коробке лежат сладости. Будешь?
Могла бы и не спрашивать.
- Буду. Спасибо.
- Устраивайся поудобнее. И возьми шаль, закутайся. Тебя всю трясет.
- Спасибо, Кордова.
- Пока - не за что.
***
Кофе получился на славу. В меру крепкий, с корицей и кардамоном. Запах пошел такой, что Мариса чуть не залпом выпила первую чашку и попросила вторую.
Я достала галеты, намазала их клубничным вареньем - и впихнула в бедолагу три штуки.
Потом в дверь душевой заскреблись, и к нам на огонек явилась Олинда. И тоже получила кофе и галету. И Фатима, и Севилла... кажется, со стороны коридора тоже кто-то ходил, но постучаться не решился. И правильно. Я не кофеварка для всех и каждого.
А так... сидели мы на кровати, на подушках, на стуле, пили кофе, жевали галеты с вареньем, и молча друг другу сочувствовали. Просто так.
Потому что жизнь такая... печальная. Музыки откровенно не хватало, но пока и без нее сойдет. Разошлись мы за полчаса до отбоя. Точнее девушки ушли, а Марисе я еще и варенье с собой впихнула. Там меньше половины банки осталось, пусть доедает. Жалко девчонок.
Будешь тут сволочью в такой ситуации...
***
За Матиаса мне не нагорело. Последние новости принесла Мариса, которая стала ко мне чуть лучше относиться, что ли? Нет-нет, подругами мы не стали. И на людях она общаться со мной не рвалась, вот еще не хватало. Но вечером она поскреблась в мою дверь. И так поглядела на турку, что я махнула рукой, да и принялась молоть зерна.
- Матиас сказал, что подрался с Гилом. Им выговор сделали.
- А тебе он правду рассказал? - спрашивала я не просто так. Надо же знать, чего от него ждать?
 
- Рассказал. По секрету.
- Понятно... мстить будет?
Мариса замялась.
- Не знаю. Каэ... он спрашивал, ты помолвлена - или нет?
- ЧТО!? - взревела я, не хуже атакующего носорога.
- Да. Он просил узнать у тебя... как бы мимоходом.
Я выдохнула, вернула турку на огонь, и принялась контролировать процесс. Идиотов много, кофе мало! Упустишь - не поднимешь! И оттирать кому? Мне же и мучиться!
Перебьются!
- Помолвлена. Так и передай.
- А... с кем?
Я скрипнула зубами. Действительно...
- Тогда скажи, что влюблена... только в кого бы?
Мариса задумалась. Побарабанила пальцами по столу и получила чашку кофе, чтобы дятлом тут не работала.
- Эс Эдгардо Молина?
- Это еще кто такой?
- Ты его не знаешь? Кордова, ты на каком свете живешь?
- Будешь задавать глупые вопросы - не получишь варенья, - отругнулась я.
Мариса тут же подняла руки вверх, демонстрируя, что она хорошая и пушистая. Местами. Временами.
- Он такой...
Описание я прослушала не без интереса. И кажется, даже представляла себе этого типа.
Это не тот, который нас с Карсез разнять пытался? Кажется, он. Во всяком случае, похоже. И волосы светлые, и глаза голубые... я что - столько всего заметила? Вот нашла на кого смотреть! Тьфу!
Варенье она получила. Абрикосовое. И полезла в банку ложкой. Я хотела сказать девчонке, чтобы переложила в розетку, а потом... да пусть ее! Небось и так беднягу задрали этикетом! Не чавкает - уже хорошо. Для меня это ерунда, я и рукой залезу. А для нее-то подвиг!
- Допустим, ты скажешь про мою влюбленность. А что потом?
- Потом... - Мариса задумалась. - Каэтана, а чего ты выглядишь, как драконий глист? Я вот смотрю на тебя - у тебя и фигура есть, и личико так себе, ничего, и волосы, когда ты их не стягиваешь. И терпела ты моего братца зачем-то, хотя могла им настучать? Почему?
- Потому что другого люблю, - мрачно озвучила я. - А он обычный раэн, бастард. Если поступит в следующем году в Академию, мы сможем быть вместе.
- Думаешь?
- Лиез, это вы богатые. А у моего отца в кармане - вша на аркане.
Мариса обдумала идею, фыркнула.
- А если не поступит?
- Значит, он меня не любит. И вместе нам не быть, - с приличествующим трагизмом отозвалась я. - а пока я слово дала, сама понимаешь.
Мариса задумалась.
- Ладно. Я Матиасу скажу, что ты влюблена, но в третьекурсника. И намекну, что за девушками ухаживать надо. До конца года ты время получишь. Я постараюсь убедить братца, что надо не давить, и с родителями поработаю. Расскажу им, какая ты страшная и бедная.
В благотворительность я давненько не верила. С института.
- Что взамен?
Мариса опустила глаза.
- Каэтана.... Научи меня драться?
Я глаза, наоборот, выпучила. Не хуже рака.
- Че-го?
- Я... я хочу уметь защитить себя. Вот, как ты! Ты же Эстебана... я его видела! У него нога в лубках, у него позвоночник поврежден, он сейчас лежит, и лежать ему долго.
Хм? Хорошая здесь медицина, у нас бы вообще не откачали. Я постаралась.
- Кстати, он на меня злится?
- Он тобой восхищается. Говорит, что ты - первая такая на его памяти.
- Тьфу ты, зараза!
Мариса уже откровенно издевалась.
- Поклонники множатся, Кордова?
- И на тебя тьфу. Два раза, - отгавкнулась я. Вот чего этим идиотам на месте не сиделось? - Ты думаешь, если мужу морду набьешь, больше любить будет?
Мариса поставила чашку с кофе. И посмотрела на меня так, что аж уши покраснели. Столько всего было в ее глазах.
- Нет. Просто... так страшно быть полностью беззащитной. Каэтана, помоги мне. Пожалуйста.
Я - дура?
Вот в этом я даже и не сомневалась. Что я могла на это ответить?