Кот в малиновом тумане (ЛП)

— Ага, — Ральф продолжал любоваться своим сокровищем. — Эта штучка, между прочим, настоящий этот… артефакт! Не новодел какой-нибудь. Его раскопали возле Аппиевой дороги [6]. Не возле идиотской аллеи бутиков в «Цезарь Паласе», а настоящей. В Риме которая. Это такая улица, но типа очень старинная.
— Что ж, если я когда-нибудь буду в Риме, мистер Фонтана, обещайте, что устроите мне тур.
— Не вопрос. Пошли дальше, на крышу.
— Спасибо, не могу дождаться, — пробормотала она себе под нос, следуя за ним к лифту.
На крыше, четырнадцатью этажами выше, располагался приснопамятный ресторан «Фонтана Лонж», который сейчас выглядел довольно потертым. При дневном свете неоновые трубки сделались серыми и тусклыми, как в декорациях к старым черно-белым фильмам про чокнутых изобретателей.
Ральф вел ее дальше, пролагая путь по дебрям крыши, и держал за руку, чтобы Темпл не оступилась на гравийном покрытии.
— Что тут может быть такого интересного? — поинтересовалась она.
Усмешка Ральфа сделалась шире:
— Пентхаус Ники и Вэн.
— Я не уверена, что мы можем вторгаться на частную территорию…
— Почему? Их там сейчас нет. Вот, смотрите, тут площадка с джакузи. Клево, да?
«Очень мило, — мысленно скорректировала Темпл. — Очень, очень даже мило». Она рассмотрела отделанную панелями джакузи-спа, расположенную на деревянной террасе, кресла, небрежно разбросанные полотенца, тропические растения в кадках. Отличное место, чтобы смотреть на звезды… или на шоу огней, неоновую россыпь ночного Лас-Вегаса.
Ральф прилип к сплошь стеклянной стене пентхауса, прижав к ней лицо, затененное ладонями, чтобы лучше видеть.
Темпл занервничала:
— Мне кажется, нам не следует нарушать личное пространство… мы тут шастаем…
— Да что мы нарушаем-то? — возмутился Ральф. — Я же говорю, их тут нет. Между прочим, я родственник хозяина. Вы бы видели их спальню. Шик! Там даже санруф есть.
— Санруф?.. Окно в потолке, как в автомобиле?
— Ну да. Только больше. Огромное, прямо над кроватью. Отодвигается, и можно видеть все аж до Северуса, или как там эта звезда называется.
— Ну, правда, мистер Фонтана, я бы предпочла осмотреть э-э-э… более публичные места в отеле.
Ральф Фонтана неожиданно поднял руки, оттопырил ими уши, изображая слона, высунул язык и стал издавать идиотские звуки.
Темпл, лишившаяся дара речи, в панике решила, что семейка Фонтана, должно быть, подвержена припадкам внезапного безумия.
Ральф засмеялся и повернулся к ней от окна, приглаживая растрепавшуюся прическу:
— Малышка плакала. Я ее рассмешил. Она аж срыгнула гороховым супом. Слушайте, эта нянька такой персик, а? Вэн выписала ее из Англии. Высокий класс, как и весь «Хрустальный феникс».
Чувствуя себя последней вуайеристкой, Темпл прокралась к окну. К счастью, нянька стояла к ним спиной. Дитя у нее на руках выглядывало из-за плеча девушки и в данную минуту улыбалось, как хэллоуиновская тыквочка.
— Давайте смываться, пока нас не арестовали, — выдохнула Темпл, удирая без оглядки по засыпанной гравием крыше.
Ральф Фонтана скоро догнал ее. Впрочем, тур был почти закончен, хотя они почему-то не поехали вниз, а вернулись на седьмой этаж. Там гид торжественно подвел ее чуть ли не под фанфары к дверям номера 713.
— Это же просто номер, — удивилась Темпл.
— Ничего подобного. Это люкс, — возразил Ральф.
— Ну и что? Во всех отелях есть люксы.
— Не такие, как этот, — Ральф извлек из нагрудного кармана старинный ключ с фигурной бородкой.
Это явно был кульминационный момент их путешествия. Ральф отпер дверь, толкнул ее и осторожно вошел, придерживая Темпл за своей спиной, как будто стараясь защитить от того, что находится внутри.
Что там такое? Встреча с главарями мафии, убивающими непрошеных гостей?
Ее проводник ступил за порог и исчез в темноте.
Темпл топталась в прихожей, лихорадочно прикидывая, на чью территорию они вторглись на этот раз. Она искренне надеялась, что жилец люкса не был отставным мобстером, коротавшим время на пенсии в обнимку с любимым УЗИ.
 
В недрах номера послышался грохот и проклятия, настолько цветистые, что Темпл даже не смогла их перевести. Зажегся свет — не слишком яркий.
— Идите сюда, — позвал Ральф между двумя еле слышными ругательствами.
Темпл переступила порог, и ее шпильки утонули в мягчайшем ковре, затканном розами. В глаза бросилось обилие зеленого цвета, громоздкая старинная мебель и роскошные атласные драпировки на окнах, собранные в пышные розетки.
— Номер с привидениями, — сообщил Ральф с неподдельной гордостью. — Называется «Обитель Призрака». Они не поменяли здесь ни одной салфетки с самых сороковых годов.
Темпл сморщила нос.
— Нет, правда, здесь все вещи тех времен. Клево, да? — Ральф открыл дверь в соседнюю комнату, где царила темнота. — А вот спальня. Прикиньте, в ней спал сам Джерси Джо Джексон, — его голос дрогнул от почтения. — Вот был человек!.. Один из этой тройки, вместе с Багси Сигелом и Говардом Хьюзом. Умер нищим, кстати, но на самом деле — не совсем так.
— Я слышала про Джерси Джо Джексона, — сказала Темпл. — Местная легенда. Но я не знала, что он жил в этом отеле.
— Отель тогда назывался «Дерево Джошуа». Блин, Джерси имел доход со всего — с продажи участков, с игорных домов. Заработал кучу бабок. Никто не понимал, почему он помер в такой бедности, пока Джонни Даймонд с подружкой, на которой он теперь женат, не залезли сюда, чтобы перепихнуться, и порвали матрац. Угадайте с трех раз, что они нашли среди внутренних пружин?
— Внутренний мир? — съязвила Темпл.
Она была сыта по горло заглядыванием в чужие спальни, возможно, потому, что в ее собственную спальню давно никто не заглядывал, кроме Полуночника Луи, который был в ней, увы, единственным визитером мужского пола.
— Не-а, — Ральфа было невозможно сбить с толку. — Серебряные доллары. Здоровенные, круглые, рядом с ними те коллекционные пятидесятицентовики времен Кеннеди выглядят, как фигня какая-то. Огромные серебряные доллары, размером с… кофейное блюдечко, — похвастался он. — Раньше, в старину, делали такие деньги. Натурально. Все это богатство награбила банда «Глори Хоул», и оно было спрятано в матрац, пока Джонни и Джилл не растрясли его несколько лет назад.
— Эта история не слишком подходит под семейные ценности, — сказала Темпл. — Не при детях же это рассказывать…
— С чего бы? Для моей семьи, например, отлично подходит. Вот, гляньте, у меня есть один из этих долларов, я его взял на удачу. Мы все взяли по одному.
Ральф вытащил монету из кармана и подкинул к потолку. Темпл наблюдала, как серебряный диск крутился в воздухе, точно летающая тарелка, и размышляла, почему ей всегда попадаются такие дурацкие заказчики.
Ральф прихлопнул пойманную монету на раскрытой ладони и посмотрел, что выпало:
— Орел. Удачный денек. Спорим?
— Я спорю только на пятидесятицентовики времен Кеннеди, — гордо соврала Темпл. Коллекционных пятидесятицентовиков она в глаза не видела — они так же редки в наше время, как фокусники максы и нормальные клиенты.
Ральф выдал очередное элегантное пожатие плечами и проводил ее к дверям номера.
— Ну, что вы думаете? — спросил он на пути к лифту, в мертвой тишине коридора. — Сможете придумать что-нибудь эдакое, чтобы привлечь в «Хрустальный феникс» детишек?
— Не открывая тут парк аттракционов стоимостью несколько миллионов долларов? Я не знаю, но буду над этим думать, — пообещала она.
Ральф понимающе кивнул, настоял, чтобы она первой вошла в лифт, но там сразу уставился на свое отражение в стальной дверце и не обращал на Темпл внимания, пока они не доехали до первого этажа.
— Пожалуй, остановлюсь на кольце, — наконец, сообщил он.
— Отличная идея.
— В носу.
О, господи…
  
Глава 2
 
Толпа благословленных чад и бессловесных тварей
 
Несмотря на субботнее утро, детская площадка просто кишела вопящими, смеющимися и носящимися туда-сюда детьми.