Я живу в октябре (СИ)

***
Свадебное застолье организовали за городом. Под это дело мои креативные друзья сняли на несколько дней роскошный коттедж, защищённый со всех сторон глухим забором. К нашему приезду был готов фуршетный стол, в мангалах тлели угли, ожидая шашлыка.
Команда официантов испарилась, стоило нам приехать. Дима коротко переговорил с их менеджером – бойкой полной тёткой, и мы остались одни.
Было ощущение, что все незаметно выдохнули. Кирпичный забор с витиеватой решёткой наверху оградил нас от чуждого обычного мира. Наверное, так чувствовали себя первые христиане, ушедшие в катакомбы. Нас было мало, но мы все были свои.
Дима объявил:
– Сейчас небольшая пауза: можно перекусить и отдохнуть. Родион – посмотри за мангалами, пожалуйста, а то Аяз огонь только на мониторе видел. У кого цикл только начался – пойдёмте, я покажу комнаты. Через полчаса все собираемся здесь! Алекс!
Дима подошёл к нам.
– Маргарита, ещё раз – рад знакомству, – улыбнулся он. – Я заберу Алекса на пару минут, не скучай.
Мы небольшой компанией пошли в дом. Размеры его впечатляли – то ли хозяева изначально строили его на несколько больших семей, то ли просто предавались свойственному нуворишам гигантизму. На трёх этажах нашлось шесть спален, не считая комнат для отдыха, кабинетов и прочего. Дима быстро распределил «октябрят», как он выражался, по комнатам. Меня он оставил напоследок.
– У тебя мансардный этаж, – сообщил он. – Здесь в принципе есть лифт, но по лестнице проще.
– Страшно представить, сколько вы за это заплатили, – заметил я.
– Старик, ты же понимаешь, что всё возвращается.
– Но надо же ещё найти то, что вернётся.
– А мы кредит взяли, – усмехнулся он. – Видел бы ты их масляные глаза, когда процент высчитывали. Ну, что тебе рассказывать, сам всё знаешь. Вот твои апартаменты.
Спальня была небольшой, но с полноценной кроватью кинг-сайз.
– Постельный комплект в шкафу, – предупредил Дима. – Дверь закрывается изнутри. Хозяева приедут за ключами через три дня. До этого момента лучше уехать.
– Само собой, – согласился я.
Из окна был вид на площадку с фуршетом. Маргарита о чём-то оживлённо беседовала с Динарой.
– Как у тебя с ней? – спросил подошедший Дима. – Ничего так девчонка.
– Она прикольная, – уклончиво ответил я. Не хотелось вот так прямо отвечать.
– Ну да, ну да… Пойду, жёнушку проверю.
– Хорошо. Я сейчас спущусь.
– Лифт слева, если что, – донеслось из-за двери.
Я снова выглянул в окошко. Рядом с Маргаритой и Динарой образовался Родион. Он широко размахивал руками и что-то объяснял. Девушки в унисон кивали. Пора было спускаться.
В лифте я столкнулся с Вероникой Павловной.
– У меня второй этаж, – сообщила она мне.
– Очень за вас рад.
Я нажал кнопку. Лифт здесь был нетороплив.
– Вас же Александр зовут? – спросила она. – Правильно я запомнила?
– Да. Мы с вами друзья в ЖЖ.
– Где?
– В Живом журнале.
– А! – она кивнула. – Читала сегодня, что, если лунатики родят детей в ночь суперлуния, то наступит конец времён. Надо предупредить молодожёнов-то.
– Да вы что? – преувеличенно удивлённо спросил я.– А где вы такое прочитали? У бабы Ванги?
– Нет, – твёрдо ответила Вероника Павловна.
Лифт остановился на первом этаже. Я любезно показал старушке на выход. Она послушалась, но отметила:
– Вообще-то первым из лифта должен выходить мужчина. Кто знает, что ждёт нас за дверью.
– Мне кажется, нас ждёт шампанское, – пошутил я.
– Читаю сейчас блоги лунатиков, – проигнорировала она мои юмористические потуги. – Они ведь, что в России, что в Америке, что в Китае, все одинаковые. Так вот – «баррибеар» считает, что нам нельзя жениться. Одинокие мы, как Луна. А уж дети…
– Этот «баррибеар» не из Филадельфии случаем? – хмуро поинтересовался я.
– Вы его тоже читаете? – удивилась она.
Наверное, Вероника Павловна хотела бы продолжить беседу, но, к моему счастью, ко мне подскочила Маргарита и сходу заговорила:
– Ты знал, что некоторые вещи можно передавать из месяца в месяц? Нам Родион рассказывал, что одну картину он писал полгода, и всё это время краски сохранялись!
 
Вид у неё был такой, словно недавно объявили высадку марсиан на Красной площади.
– Знал, – кратко ответил я.
– Но это, это же… – зелёные глаза никак не хотели расставаться со сказочной реальностью.
– Так бывает. Ненадолго. Можно за собой протащить вещи, которые тебе особо дороги и к которым ты, так сказать, прикипел сердцем. Вообще, наш мозг и не на то способен. Ты в какой одежде возвращаешься назад? Обращала внимание?
Не надо было мне этого говорить. Рите хотелось чуда. А всё, что хоть издали его напоминало, для свежеиспечённых новусов было серьёзным искушением.
– С людьми этого не происходило никогда, – безапелляционно заявил я. – Из временной петли не вырваться, забудь.
– Я не об этом, – обиженно ответила Рита.
– Дима с Нелей выходят, – примирительно сказал я. – Послушаем.
Из дома действительно показались новобрачные. Неля успела переодеться в платье попроще и поудобнее, на плечи она небрежно набросила шаль. Это было кстати – смеркалось и начинало заметно тянуть холодом. Димка тоже добавил к своему гардеробу чёрную жилетку, став похожим на дореволюционного приказчика. Он взял с фуршетного столика бокал с шампанским и сделал приглашающий жест остальным.
– Друзья! – звучно сказал Дима. – Я рад, что вы смогли собраться. Так получилось, что большинство из тех, с кем мы общаемся, живут в сентябре и октябре, поэтому мы выбрали этот день – 7 октября – для нашей свадьбы. Мы хотели бы, чтобы вы веселились сегодня в большой компании. Компанию мы собрали – теперь дело за весельем!
И он, опустошив бокал, с размаху швырнул его о кирпичное основание стены. Хрусталь, тоненько взвизгнув, разлетелся вдребезги. Гости, хохоча, отправили свои бокалы следом. У нас быстро образовался уголок битой посуды.
Неля, готовясь к тосту, сразу предупредила.
– Я бить ничего не буду.
– Но, если кому-то хочется, запас бокалов есть, – подмигнул Дима.
– Когда мы решили жениться, – начала невеста.
– Когда я сделал тебе предложение! – тут же поправил Дима.
– Да-да, – успокаивающе махнула Неля. – Так вот. Наша свадьба для того, чтобы показать, что жизнь продолжается, несмотря ни на что. И мы рады как старым друзьям, так и новым!
Она легко кивнула Маргарите.
– За всех нас! – закончила Неля.
Димка изобразил, будто он швыряет бокал об стену. Но действительно разбил только Аяз и теперь стоял, глупо улыбаясь. Димка показал ему большой палец, и мы переместились поближе к мангалам. Тут было тепло.
Собственно, всё, что можно было назвать официальной частью, закончилось, и началась обычная тусовка, разбавляемая тостами. Родион подарил молодожёнам картину (видимо, о ней о рассказывал Рите) – Дима и Неля сидели в лодочке на фоне озера и леса. Родион пояснил, что в прошлой жизни и жених, и невеста, были на Яльчике, но по отдельности. Неля зачитала наизусть поздравление от старика Леонтьевича, переданное через почтовика.
– Из Новосиба почтовик прилетел, – уточнил Дима. – Чтобы мы без этих альтруистов делали.
Поздравление при этом было формально-пышным, как печатные строчки на открытках. Но старику простительно.
– Кто такие почтовики? – спросила Рита.
Я объяснил.
– А ими кто управляет?
Опять она за своё.
– Они сами по себе, – вмешалась Динара. – У меня был приятель в интернете, который ушёл к почтовикам. Говорит, что так чувствует себя человеком. Пользу приносит и всё такое. Они часто вместе собираются, гимны разучивают. Хорошие ребята.
Маргарита переключилась на Динару, и я выдохнул. Гости уже перешли к крепким напиткам, откуда-то появилась гитара. Димка сидел на табурете у жаровни. Видимо, он успел хорошо выпить – в хмельном состоянии лицо у него становилось красно-разгорячённым и с какой-то шальной сумасшедшинкой. Я понял, что приглашения мне не избежать.