Ложь (СИ)

Артем ловко забрался на основание ведущей к вершине конструкции. Несколько секунд покопался с преграждающей путь наверх решеткой, и она со скрипом отворилась. Потом он протянул руку и, когда я за нее взялась, легко втащил к себе. И уверенными шагами принялся карабкаться наверх, ведя меня следом. Так, будто мы взбирались максимум на какую-то стремянку. Под тонкой тканью его футболки бугрились мышцы, закатные лучи играли в волосах. А дальше впереди только бескрайнее синее-синее небо и мне казалось, что мы парили в нем одни. Голоса внизу, ржавый скрип хлипких перил, боль от неловких соприкосновений с металлическими конструкциями отвлекали лишь на мгновенья.
Вот мы и на вершине. Опершись на перила, Артем заключил меня в объятия и крепко прижал к груди. Щекой я чувствовала, как сильно бьётся его сердце. Совсем так же, как мое сейчас. Полной грудью вдохнула его запах.
— Смотри!
И я послушно подставила лицо легкому свежему ветерку и посмотрела вперед. Солнце садилось и воды реки окрасились багряными цветами, как и небо. Потому казалось, что оно и сверху и под нашими ногами.
— Как будто небо под ногами, — мой голос сорвался.
— Мне так все время с весны, — склонившись ко мне посмотрел в глаза одним из тех долгих взглядов, полных эмоций, в которых я тонула.
— Как в том ванильном стишке, что ты мне читала. Когда я мог такое представить? — добавил с усмешкой, тронувшей лишь краешек губ.
«Не просто влюбиться, а чувствовать телом,
Что вместо земли под ногами небо»…
Глаза защипало, а сердце как будто летело куда-то высоко-высоко…
Я открыла рот сказать, что чувствую то же самое, но ком в горле мешал глотнуть для этого воздуха.
И вдруг губы Артема коснулись к моим. Нежно, осторожно, даже робко, будто спрашивая разрешения. Голова закружилась, хоть я и закрыла глаза, но мне не страшно потому, что сильные руки крепко держали меня. Жар разливался по всему телу и оно льнуло к Артему, тая от его поцелуя. Первого. Самого первого в моей жизни.
— Я всегда буду любить тебя, маленькая….
Вот только это его «всегда» оказалось совсем не таким долгим, как я думала.
Интересно, смогла бы я сейчас туда забраться? Я усмехнулась этой мысли. Хоть страх высоты давно в прошлом, спасибо Дереку за прыжок с парашютом в подарок на мой двадцать третий день рождения, и я уже не та неуклюжая девчонка, ответ все равно «нет». Не смогла бы. Да и не захотела бы попробовать. Потому, что точно знаю: почувствую лишь еще один принятый от самой себя вызов и смятение от глупой и опасной затеи. И только… Ведь больше мне уже не летать, как тогда.
«Никогда не подняться на три метра над уровнем неба»…
Глупое кино. А я так вообще полная дура. Не потому даже, что притащилась сюда и позволила себе вспоминать. Но потому, что никогда по-настоящему не забывала. Даже после того, как вместо множества клятв в этом самой себе приняла взвешенное решение дать Дереку шанс.
Он меня впервые поцеловал на своем выпускном. Залитая солнцем лужайка, одетые в мантии довольные магистры, их гордые и счастливые родственники и друзья. Фото с дипломом в руках и со мной в обнимку. Потом это внезапное касание губами и ощущение, что Артем рядом. Лихорадочно мечущийся взгляд так и не нашедший искомого. Завершение официальной части мероприятия и извинения. Мои и его.
— Прости, не сдержался. Это все атмосфера.
— Ты меня прости, Дерек. Вся эта дружба лишь иллюзия. Ее между парнем и девушкой не бывает. Я не должна…
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Все-то ты знаешь: что бывает, чего не бывает, — проворчал он. И уже другим серьезным тоном вдруг сказал, — Но просто интересно. Ты красавица и вроде не лесбиянка. Я вроде не урод и с Еленой расстался. Так почему…
— Потому, что не хочу причинять тебе боль. Потому, что не могу влюбиться, понимаешь? — почти закричала глотая слезы.
Пара глубоких вздохов. Надо успокоиться. Нельзя портить Дереку такое событие. Ага, конечно. Поздно…
 
— Есть же какая-то причина. Не знаю, могу ли спрашивать…
— Я очень сильно влюбилась. В школе. А он поигрался и выбросил. Я смогла забыть, смогла собраться и жить дальше. Вообще все смогла, а вот чувствовать разучилась. Пробовала. И ничего…
— А я-то думал, ты агент ЦРУ и хочешь меня защитить, — улыбнулся Дерек.
Грустно, хоть очень пытался это скрыть.
— Ну, понимаешь — ни одного аккаунта в социальных сетях, никаких подружек, только пара кавалеров при такой-то красоте…
— Аккаунты я удалила, — невольно тоже улыбаюсь. — А создавать новые незачем, все равно на них нет времени. Что до подружек… Их не было в юности, потому я, наверно, дружить не научилась.
— Глупости. Вот что, а дружить ты умеешь. И ты хороший человек, Вики. А такого можно и подождать.
Моих возражений тогда он попросту не услышал и лихо спрыгнул с темы. А Елена потом явилась ко мне в слезах-соплях и с угрозами. Я даже не разозлилась, ведь поняла тогда, что не так уж сильно мы и отличаемся. Ведь и я когда-то любила и верила, что это навсегда пусть даже вера эта была основана на его, а не на собственной исключительности.
В тот день я убедила девушку, что поцелуй был банальнейшей случайностью, придумала себе другие отношения и попыталась донести — желай я увести Дерека, уж точно старалась бы лучше в эти полтора года.
Она не поверила. Смешно было надеяться на иное, хоть насчет себя я и не лгала. Потом я некоторое время как могла избегала Дерека, стараясь видеться только на работе. Действительно ведь хотела, чтоб они вновь сошлись, а то и поженились. Было видно, что Елене он дорог. По-своему, конечно, но это всяко лучше, чем быть с той, которая не любит вовсе. И они действительно помирились. Были вместе еще пару лет, а потом Дерек с ней порвал окончательно и начал активно ухаживать за мной.
Мама с папой были от него в восторге и особо не верили в нашу «просто дружбу». А я…. Много работала, чтоб оправдаться в собственных глазах. Доказать, что заслужила эту должность своим умом, а не сердцем Дерека. Еще чтоб иметь возможность чаще брать отпуск и проводить его с родными. Море, горы, путешествия…. Все это я теперь могла позволить.
Но вечерами оставалась одна в пустой квартире. Или же изредка оказывалась в кровати с кем-то, кто все равно был чужим, хоть я искренне хотела иного.
Время уходило и не возвращалось. А мысль, что могу сделать счастливым человека, который заслуживал этого больше всех других вместе взятых включая саму меня все крепла.
Я была безумно благодарна Дереку. Я любила его как брата. Мне нравилось его слушать, нравилось проводить с ним время, заботиться о нем. Быть может, та самая настоящая любовь именно такая — тихая и спокойная, а не та от которой сносит крышу и ломает каждую секунду разлуки? Даже если нет, последнее чего хотела это заставлять Дерека страдать. А оставляя его во френд-зоне пусть и с лучшими намерениями делала именно это. Он не подавал виду. Я слишком хорошо его знала.
И однажды сама поцеловала его. И горечи не возникло. Лишь тепло и вкус карамели во рту. Он без ума от леденцов. Это единственная «вредность», ведь в остальном только правильная еда, минимум алкоголя и зал трижды в неделю.
То, как сияли его глаза в тот момент согрело еще больше. Его счастье окутывало и наполняло меня. Жалеть было не о чем. И, позволив ему год спустя надеть мне на палец обручальное кольцо, я была уверена, что поступаю правильно.
Войтех и Дита были категорически против. Дереку грозило лишение наследства. Ему было плевать и это еще больше восхищало меня. В итоге сошлись на брачном контракте. Дерек мою идею изначально не поддерживал, но я все же сумела его убедить и это установило хрупкое перемирие. Даже на свадьбе его родители не только мило болтали с моими, но и со мной общались как с равной. Мы улетели в свадебное путешествие в райское местечко, а вернулись в подаренный его родителями большой и уютный дом. И сколько-то времени мне казалось, что вот она — та жизнь, о которой я мечтала до…