Сибирский рубеж (СИ)

— Никуда я с вами не поеду, ублюдки! Пошли прочь, пока целы! — прорычал управляющий.
— Ай-ай-ая, нехорошо грубить, господин Гаврилов, — покачал головой молодой человек, на его лице появилась зловещая ухмылка, а между ладоней — разряды молнии.
Трое мужчин в костюмах вскинули пистолеты-пулемёты, в руках управляющего загорелись огненные шары.
  
Глава 3
 
Стало ясно, сейчас начнётся стрельба. Я знал, что делать, но не знал, получится ли. Хотя бы регенерация есть. Если ничто другое не сработает, придётся полагаться на неё.
Силой мысли направляю прану или «духовный огонь», как её называют в этом мире, перед собой, формируя воздушную стену, которая должна защитить нас с Гавриловым. Она почти не видна невооружённым глазом, и лишь лёгкая серость вокруг и небольшие искажения пространства говорят о том, что действие удалось. В следующий миг над стоянкой раздаётся сухой треск автоматных очередей и что-то похожее на раскаты грома.
В нас с Гавриловим летят пули и молнии, но воздушная стена останавливает и то и другое. Пули замедляются, резко теряя скорость, а молнии достают меня остаточным разрядом, способным разве что волосы на голове вздыбить. Получилось! Моё новое тело имеет достаточно внутренней силы, чтобы создать прочную защиту.
Вместе с тем я укрепил кожу и мышцы на случай, если не удастся удержать воздушную стену, но последняя была предпочтительнее: лучше вообще не допускать до себя пули, чем останавливать их собственным лбом.
А теперь — атака. Вокруг меня образовались вихри энергии, из которых сформировались дымчатые сгустки тьмы. Поднимаю их над головой и направляю во врага. Сгустки летят в машину и людей, и под их ударами металл мгновенно превращался в пепел, а в асфальте образуются дыры. С грохотов валится на дорогу перебитый фонарный столб.
У одного вояки рассыпается в пыль полголовы, второму тьма прожигает живот. Оба падают замертво, а третий бросается прятаться за соседней машиной.
Моя смертоносная магия не утратила силу, и это хорошо.
Несколько сгустков попали в парня, мечущего молнии, но у того лишь шляпа слетела. Сам он оказался достаточно крепок, чтобы выдержать удары испепеляющей субстанции.
Требовалось что-то помощнее. Парень попятился, продолжая стрелять в нас электрическими разрядами, а я направил духовный огонь в руки, и между ладоней образовался большой плотный сгусток чёрноты. Улучив момент после очередного молниевого удара, я убрал воздушную стену, поскольку не смог бы через неё атаковать, и мой магический снаряд стрелой метнулся во врага.
Кидатель молний обратился в прах. Рядом с машиной осталась лишь нижняя половина туловища, а над ней кружился пепел, постепенно оседая на асфальт. Автомобиль тоже изрядно пострадал: от крыши и дверей не осталось почти ничего.
Малый, прятавшийся за соседней машиной, пригнувшись, бросился через дорогу. Припаркованные авто закрывали его от нас, но я быстро сообразил, как поступить. Вокруг моей руки закрутилась чёрная змея, которая полетела вслед за беглецом, настигла его на середине проезжей части и прожгла насквозь. Человек с огромной дырой в туловище распластался на асфальте.
— И это всё? — я огляделся вокруг. — Маловато будет.
— Впечатляющие способности, — Гаврилов поправил пиджак. — Неожиданно для ученика первой ступени.
— А ты даже справки навёл, какой у меня ранг?
— Естественно, как же иначе, ваше сиятельство.
— В общем, устаревшая информация. Так и будем здесь стоять?
— Разумеется, нет. Идём быстрее в мою машину. Она за углом.
Не дожидаясь моего ответа, управляющий быстро зашагал к перекрёстку.
— Тебе придётся объяснить мне, что происходит. Кто эти люди? — я нагнал Гаврилова. — Только не говори, что не знаешь, всё равно не поверю.
— Я вам всё расскажу, но вначале давайте уедем подальше отсюда. Неохота с полицией разбираться.
— Согласен. Полиция нам вовсе ни к чему.
За углом стоял небольшой серый седан. Мы запрыгнули в салон, Гаврилов завёл двигатель и вдавил газ. Авто, взвизгнув шинами, рвануло с места.
 
— Итак, я слушаю. Кто они?
— Потерпите немного, ваше сиятельство. Давайте найдём место поспокойнее. Не знаете такое поблизости?
— Не припоминаю.
Тем не менее подходящее место нашлось быстро. Минут через десять мы затормозили рядом со смотровой площадкой на высоком берегу полноводной реки, в водах которой отражались лучи заходящего солнца. Над домами на противоположном берегу разливалось алое зарево заката.
Вспомнилось и название реки. Ока. География здесь оказалась очень похожа на мой прошлый мир. Я когда-то слышал гипотезу о существовании миров-клонов, где почти всё так же, как в нашем, но немного иначе. Получается, она была верна.
— Итак, Егор, я слушаю внимательно. Кто эти люди и зачем они нас пытались убить?
— Меня, ваше сиятельство, а не нас. Им нужен я, потому что только я знаю, где находится артефакт вашего дяди.
— Что ещё за артефакт?
— Называют такие «убийцами тьмы». Очень редкая и сильная вещица, способная рассеивать мрак. Не представляете, какой ценностью она обладает. Дмитрий Семёнович однажды принёс её из тёмных земель. Некоторые местные князья, узнав об этом, захотели присвоить эту штуку себе и теперь вот гоняются за мной, поскольку лишь я знаю, где он лежит. Это уже третья попытка.
— И где он?
— Простите, ваше сиятельство, но я открою вам его местонахождение только после того, как вступите в права наследства. Я обещал Дмитрию Семёновичу. Да и нет сейчас в этом никакого смысла. Вам всё равно придётся за ним в Сибирь ехать. Поэтому и говорю, нам нужно отправиться туда как можно скорее. Как видите, враг не дремлет. Даже здесь меня выследили.
Дело принимало новый оборот. Получается, теперь за мной всякие мудаки будут гоняться и всё из-за какого-то артефакта покойного дядюшки? С другой стороны, а что мне остаётся делать? Не отказываться же от наследства? Ну уж нет, хрен они что получат.
— Хорошо. Мы поедем в Сибирь, я получу наследство, и ты мне расскажешь, где артефакт. А если вздумаешь скрывать и дальше…
— Обещаю, я отведу вас к артефакту, — перебил меня Гаврилов. — Можете не сомневаться. Дмитрий Семёнович доверял мне, и я постараюсь заслужить и ваше доверие тоже.
— Надеюсь, у тебя получится. В общем, как только соберусь, позвоню. Постараюсь не затягивать.
Домой я вернулся, когда солнце уже скрылось за горизонтом, и на западной части небосклона догорала тонкая кромка синевы. Поскольку мне не хотелось торчать в особняке, отправился гулять по парку.
Вышел на набережную. Усадьба находилась на берегу Оки, здесь были освещённая фонарями терраса с балюстрадой, беседка и причал, возле которого на воде покачивались моторная лодка и два катера. Все они принадлежали Озёровым. Я выбрал местечко на склоне и, устроившись в траве, стал наблюдать за тем, как играют блики фонарей на чёрной воде. Как же давно не видел всего этого! Даже уходить не хотелось. Так бы и просидел здесь до утра.
— Лёш, ты чего тут делаешь? — раздался за спиной звонкий голос сестры.
Я обернулся. Передо мной стояла Света, одетая в домашние брюки и толстовку.
— Привет. Уже приехали?
— Ага. Уже… Ха. Мы полдня проторчали у Остерманнов. Как же это было скучно! А ты чего тут расселся?
— Посмотри вокруг. Не правда ли, красиво? — спросил я.
Света села рядом.
— Ну да красиво, — пожала она плечами. — Первый раз увидел, что ли? Или что на тебя нашло?
— Да ничего. Просто раньше не обращал внимания. Живёшь изо дня в день, и воспринимаешь всё это как должное. Многое мы порой не замечаем. А надо ценить такие моменты.
Света посмотрела на меня так, словно я сморозил какую-то чушь, но спорить не стала.
— И ты весь вечер так сидишь?
— Нет, конечно, дела были, — мне подумалось, что сестре стоит рассказать про встречу с управляющим. В конце концов, её это тоже касается. — Позвонил некий Егор Гаврилов, управляющий нашего дяди Дмитрия из Первосибирска. Знаешь такого?