Железное сердце (ЛП)
– Если голубокровный застает девушку одну… У них такая игра. – Лена машинально потерла запястье.
– Продолжай.
– Адель никогда бы не пошла добровольно. Она знает о последствиях. Пожалуйста, мне надо ее найти, пока не стало слишком поздно.
– Одна ты не пойдешь.
– Если кто-то увидит меня с тобой…
Ее репутации конец. Уилл на минуту почувствовал соблазн так и сделать. Лена никогда не сможет вернуться в этот мир, если ее застанут наедине с вервульфеном.
Но она сделала свой выбор. Ей хотелось именно этого. Сама же призналась, что в Уайтчепеле для нее ничего не осталось.
Уилл прошептал ей на ушко:
– Тогда они мя не увидят, но я там буду.
Если ему не показалось, Лена на мгновение затрепетала.
***
Бэрронс поднимался по лестнице под мелодию вальса, доносящуюся из бального зала. Он надеялся успеть переговорить с Уиллом до его ухода, но вервульфен исчез.
Посмотрев в один из коридоров, Лео заметил мелькнувший край юбки цвета баклажана и притягательный блеск медных волос.
И остановился.
Интересно.
Вальс манил, смех гремел, но ноги почему-то сами понесли его по коридору.
Тихо проскользнув в комнату, Лео оказался в темной гостиной. Лунный свет проникал через окна, освещая блестящие волосы герцогини Казавиан. Она застыла на пороге смежного зала, склонив голову, будто прислушиваясь.
– Ищете что-то или кого-то?
При этих словах она вздохнула и развернулась, холодно сияя глазами.
Лео прислонился к закрытой двери, сложив руки на груди.
– Не ваше дело, Бэрронс. – Арамина чувственно скользнула к нему, без стеснения демонстрируя кремовую плоть в декольте.
Хитрость, чтобы привлечь мужской взгляд и отвлечь от ее рук.
Дураком Лео никогда не был и сознавал опасность. Герцогиня мечтала о смерти его и герцога Кейна, чтобы покончить с их домом. «И все же… вид очень впечатляет».
– Прочь с дороги, – приказала Арамина, сделав еще шаг и задев лодыжки Лео пышными юбками. Как будто ожидала, что он послушается.
– А зачем? – Лео приблизился. Герцогиня вскинула подбородок. – Красивая ночь, красивая женщина. – Он с дразнящей улыбкой обвел рукой комнату. – И мы совсем одни.
Арамина отреагировала незамедлительно. Лео поймал ее запястье, лунный свет отразился от драгоценной рукоятки клинка. Их глаза встретились. Герцогиня и не подумала заволноваться, только вскинула бровь.
Ледяная принцесса.
Внезапно Лео захотелось растопить ее холодную маску.
Развернув добычу спиной к двери, он заставил ее поднять кисть с кинжалом выше. Герцогиня Казавиан попыталась ударить его другой рукой, но он поймал и эту и крепко прижал к деревянной поверхности.
Арамина затаила дыхание.
– Не думайте, что так я менее опасна.
– Ни в коем случае, – прошептал он, чувствуя запах ее духов. Пряная корица. Очень соблазнительно. Почти достаточно, чтобы ослабить хватку и прижаться к Арамине.
Почти.
– Коленом по яйцам? – спросил он.
Она холодно улыбнулась:
– Лучше ножом.
Лео поморщился:
– Вы беспощадны, моя дорогая.
– Бывает.
Арамина опустила взгляд и посмотрела на его рот.
Лео застыл. Как только ее черты смягчились, он потянулся к ней как мотылек к пламени. Эта женщина – его враг, их дома вели кровавую междоусобицу. И однако он не мог отрицать, что леди его завораживала.
– Я тоже могу быть беспощадным, – прошептал Лео, наклоняясь к ней. – Но вы же не возражаете?
Она облизнула губы и повернула голову. Лео обдал дыханием кудри у ее ушка. С колотящимся сердцем провел губами вдоль ее челюсти. Сладкое биение сонной артерии доказывало, что Арамина не настолько равнодушна к нему, как показывает. Он поцеловал жилку. Ему стало жарко, член напрягся. Руки Лео сами собой легли на бедра герцогини.
– Вам не мешало бы присматривать за своим домом, – прошептала она.
Лео лизнул изгиб ее шеи и поцарапал зубами вену. Боже, как ему хотелось ее крови.
– О чем это вы?
С тихим смешком Арамина повернулась к нему, коснулась губами щеки и зашептала на ухо:
– Бэрронс, где ваша подопечная?
Что-то острое прижалось к его паху. Нож.
Лео зашипел:
– Что вы с ней сделали?
– Я? Ничего. – Арамина встала на цыпочки и потерлась грудью о его грудь. – Это было так просто.
Из-за кинжала ему пришлось отступить. Арамина открыла дверь и небрежно оглянулась через плечо. Оружие уже исчезло.
– Я собиралась оказать девчонке услугу. Она мне нравится. – На губах герцогини промелькнула улыбка. – И ею можно воспользоваться. – Скользнув за порог, Арамина бросила: – Ваша подопечная в дамской комнате.
***
Лена шла по коридору, проверяя комнату за комнатой. Кожа на руках и шее покрывалась мурашками под взглядом Уилла. Он держался в тени, однако его незримое присутствие придавало уверенности, коей Лена уже давно не испытывала.
Закрыв дверь в кабинет лорда Харкера, она застыла. Что это? Тихий плач во тьме? Тихонько подойдя к библиотеке, она прислушалась.
Вот опять.
– Нет, умоляю.
Адель. В библиотеке.
Внутри вскипел горячий гнев, и Лена распахнула дверь. Единственная свеча озаряла кушетку у холодного камина, на которой лежала Адель, будто увядший цветок. По шее бедняжки стекала струйка крови. Ее лиф промок насквозь, ярко-алый на фоне белого шелка.
Мужчина поднял голову. Губы его были красными, в черных глазах отражалось пламя свечи. Бенджамин Кэвендиш, старший сын барона Рэкхэма, один из молодых шалопаев.
Он с высокомерной улыбкой вытер рот рукавом:
– А вот и главное блюдо.
– Отпусти ее!
– Я все равно закончил. – Он искоса посмотрел на Лену. – Мисс Тодд, я полагаю?
Адель всхлипнула, прижимая руки к горлу, и испуганно посмотрела на Лену:
– Беги.
Лена сжала кулаки. Ублюдок решил, что загнал ее в угол. Молчаливое присутствие Уилла придало ей сил, о которых она даже не подозревала. Лена схватила кочергу и повернулась к голубокровному.
– Отпусти ее сейчас же!
– О, какая боевая. Когда сопротивляются, так еще забавнее, – рассмеялся Кэвендиш и начал к ней подкрадываться.
Лена перехватила кочергу поудобнее.
– Трус. Преследуешь юных леди на балах… Только на это ты и годишься. Не мужчина, а сопливый задира.
Кэвендиш прищурился:
– Ты пожалеешь.
Он попытался схватить ее за юбки. Лена с удовольствием замахнулась кочергой.
«Попробуй это, скользкий мелкий кретин!»
– Убери от меня свои лапы!
В следующий миг Кэвендиш уже шипел на нее, сжимая раненую руку. А еще секунду спустя вервульфен схватил его за горло и впечатал в камин.
– Уилл! Ты не должен был показываться!
– Он тя лапал.
От звука его голоса по телу побежали мурашки. Опасный, жесткий. Такой ни за что не сдастся, с ним не договоришься. Надо его остановить, пока не убил кого-нибудь.
– Он едва дотронулся до меня. Уилл, отпусти его. – Лена бросила кочергу и схватила спасителя за руку. Бесполезно. Он даже не заметил. – Уилл! Если ты его покалечишь, они тебя убьют!
– Ты! – выдохнул Кэвендиш и зло посмотрел на Лену. – Маленькая вервульфенская шлюха. Я…
Его следующие слова застряли в горле, передавленном хваткой Уилла.
– Посмотри на меня, – сказал вервульфен и позволил своему хищнику проступить сквозь маску цивилизованности. Кэвендишу пришлось послушаться. – Сунешься к ней снова, и я тя убью. Медленно. – Он улыбнулся, а Лена поежилась. От этой улыбки веяло жестокостью. – Не думай, будто смогешь спрятаться. Я найду тя, сколько бы охранников ты не нанял. Понимашь?
Кэвендиш царапал руку Уилла. Лицо щеголя быстро багровело, но он как-то сумел кивнуть.
Уилл отпустил его, и голубокровный сполз по стене у камина.
– Если хоть пикнешь о сегодняшнем и о Лене, я приду за тобой, – пообещал вервульфен. – Теперь убирайся отсюда, пока я не передумал.
Кэвендиш с трудом пробрался к двери.