Янир (ЛП)
— Ничего, — заверила она его, мягко улыбнувшись. — Мне просто нужно размяться. Ничего, если я пройдусь?
— Покои леди Рисы… — Корин запнулся, потемнев от смущения. — Прошу прощения, госпожа, ваши покои как раз за этой дверью, — он указал на закрытую дверь позади нее.
— Мои покои? — нахмурившись, Эбби повернулась в кресле и посмотрела позади себя. Она помнила, что проходила мимо этой двери по пути к своему месту, но предположила, что это была быть уборная, как в земных самолетах.
— Да, л… предыдущая леди дома… — взгляд Корина метнулся к Яниру, и он увидел, что тот хмуро смотрит на него.
— Перестаньте так упорно пытаться быть политкорректным, капитан, — воскликнула Эбби. — Мы все знаем, что Риса была леди дома Гуттузо, а Бертос — его лордом, и хотя я бы предпочла, чтобы вы не называли их лордом и леди, вы не оскорбляете меня, используя их имена, — Эбби подождала, пока Корин не кивнул, прежде чем продолжить. — Значит, у Рисы была своя комната здесь, на «Вознесении»?
— Да, — ответил Корин, посмотрев на Янира, в ожидании разрешения своего лорда разговаривать напрямую со своей леди. И после его кивка продолжил. — Рисе никогда не позволяли находиться здесь, когда они путешествовали. Это было место Бертоса и его капитанов.
Поднявшись, она почувствовала руку Янира на своем локте, поддерживающую ее, когда корабль слегка тряхнуло. Благодарно улыбнувшись, она позволила ему проводить себя до двери. Распахнув ее, она ахнула.
— Эбби? — Янир мгновенно обогнул ее, встав тут же между ней и любой возможной опасностью. Но и он остался изумленный увиденным.
Комната, на пороге которой они стояли, хоть оказалась и небольшой, но была почти полностью заполнена.
Там, где, возможно, Бертосу нравилось, чтобы все было черным и отделанным только серебром. Риса, казалось, предпочитала сам металл. Помещение буквально было заполнено статуями, которые были сделаны из чистого серебра. Оно было заставлено посеребренной мебелью. Серебряные нити были даже вплетены в ткань толстого пледа, покрывавшего кровать, занимавшую почти всю одну стену комнаты. Янир никогда не видел ничего подобного.
— Богиня… — прошептал Янир.
— Мда… — согласилась Эбби.
— Я позаботился о том, чтобы имущество, которое Риса и Бертос взяли с собой в Торино, было возвращено и погружено в грузовой отсек внизу. — сообщил им Корин, и Эбби и Янир синхронно повернулись к нему.
— Что? — переспросил Янир.
— Она привезла что-то еще? — одновременно спросила Эбби.
— Конечно, — нахмурившись, Корин указал на содержимое комнаты, — это только то, что требовалось Рисе для полета на Торино. То, в чем она нуждалась по прибытии, было доставлено в покои, отведенные для лорда и леди Этрурии. И этого было довольно… — Корин замолчал, подыскивая подходящее слово. — Много… потому что она была леди Рисой из…
— Этрурии. Да, я не раз слышала, как она это говорила, — Эбби прервала его и нахмурилась. — Сколько времени нужно, чтобы добраться до Этрурии? — спросила она, внезапно осознав, что не представляет об этом совершенно ничего.
— Этрурия находится по другую сторону Торниана, Эбби. Чтобы добраться туда, нам понадобится не менее восьми часов полета.
— В самом деле? Я и не знала… — она рассеянно потерла висок, чувствуя, как там начинает зарождаться тупая боль. — Я уверена, что это должно быть запрограммировано в Обучателях, которые были навязаны нам. Бертос хотел бы, чтобы мы знали, насколько он важен, но я не могу получить доступ к этой информации так же легко, как другие женщины.
— Что ты имеешь в виду, Эбби? — протянув руку, Янир остановил тонкие пальцы, которые она сильнее прижала к своему виску.
— Хмм? — перепросила она, рассеянно глядя на него.
— Ты сказала, что не можешь получить доступ к информации, которую выдал Обучатель. Тебя осматривал целитель? Неужели Обучатель не завершил корректно программу? Он нанес тебе вред? Сделал…
— Янир, — Эбби не могла поверить, насколько разволновался Янир. — Я в порядке. Да, меня обследовали. В программе не было сбоя. Проблема лишь во мне, — она грустно улыбнулась ему. — У меня всегда были с этим проблемы.
— Проблемы? — спросил Янир, хмуро глядя на нее сверху вниз. Ему не понравилось, как потускнели ее глаза.
— С учебой. У меня было много проблем, когда я впервые пошла в школу… я концентрировала внимание и слушала учителя, действительно слушала, и я очень старалась… но я просто не запоминала всего. Все говорили, что я глупая, что этого следовало ожидать… — закрыв глаза, Эбби обхватила себя руками за талию, пытаясь отогнать старую боль и стыд.
Она ненавидела вспоминать те дни, насмешки и косые взгляды, которые она получала от детей и взрослых. Если бы не родители, окружившие ее своей любовью и признанием, она бы никогда не выжила, но теперь она осталась одна. Но как только эта мысль пришла ей в голову, объятия Янира накрыли ее своей силой, теплом и согласием, напоминая, что она не одна. Он был теперь с ней.
Это прогнало прочь все прежние горькие чувства, и она поняла, что больше не та испуганная маленькая девочка. Благодаря родителям. Благодаря Яниру. Теперь она была леди Эбби из Этрурии.
— Это заняло некоторое время, — повернувшись в объятиях Янир, она положила голову ему на грудь, позволяя биению его сердца успокоить ее, чтобы она могла продолжить. — Но благодаря моей маме и миссис Уилер, руководителю общества Брауни, мы поняли, что я учусь плохо не потому, что не могу, а потому, что я учусь не так, как другие дети.
— Брауни? Что это? — при этом слове Янир нахмурился.
— Это группа… организация для девочек, обычно возглавляемая несколькими матерями. Мы учимся разным вещам, разным навыкам. Однажды мы отправились в горы, но не могли найти дорогу назад. Миссис Уилер потеряла карту, и надвигалась гроза.
— Гроза? — переспросил Янир.
— Ой, ты же не называешь это… как бы это сказать… — Эбби нахмурилась, подумав, а потом широко улыбнулась Яниру. — Буря. Вы называете их бурей, — Эбби увидела, что Янир, наконец, понял, о чем идет речь. — Так вот, приближалась буря, и все начали паниковать, не зная, в какую сторону идти.
— Кто вас нашел? — спросил Янир, чувствуя, как растет его гнев при мысли о том, что она осталась без защиты во время бури.
— Никто. Я вывела нас всех домой.
— Что?!! — Янир не смог скрыть потрясения. Как могла его Эбби, такая крошечная женщина, найти дорогу домой в таком юном возрасте?
Эбби не знала, смеяться ей или обижаться от недоверия в голосе Янира. Она знала, что была невысокой, даже по земным стандартам, но она больше не была слабой или беззащитной. Поверив Яниру, что он не пытается намеренно оскорбить ее, она объяснила:
— Прежде чем отправиться в поход, мы прошли инструктаж в информационно-туристическом центре. Там нам показали трехмерную модель парка… что-то типа подобного, — она указала на голограмму, которая все еще была у них за спиной. — И благодаря этому я смогла вывести всех вниз с гор.
Янир и Корин потрясенно уставились на нее. Она вывела группу женщин с гор? Почему с ними не было мужчин? Ни один из мужчин не мог этого понять.
— Земля отличается от Торнианской Империи, — каким-то образом догадалась Эбби, о чем те думают.
— Вас не должны были отпускать. Вас должны были защитить! — Корин понял, что больше не может молчать.
— Если бы это было так, меня бы сегодня здесь не было, — Эбби мягко ответила ему.
— Что ты имеешь в виду, моя Эбби? — ее тихое заявление остудило нарастающий гнев Янира.
— Именно в тот день мама и миссис Уилер поняли, что мне нужно видеть что-либо, чтобы понять его суть. Вы не можете просто «сказать» мне что-то и ожидать, что я пойму или подчинюсь. Мой отец любил говорить, что это просто потому, что мне никогда не нравилось, когда мне «говорят», что делать, — глаза Эбби наполнились слезами при воспоминании о том, как нежно дразнил ее отец. Он всегда знал, что сказать и сделать, когда она расстраивалась из-за своей «неполноценности», как это называли другие, когда это случалось, он приносил ей миску ее любимого мороженого и обнимал ее, говоря, что любит и верит в нее. Боже, как она скучала по нему. — Другие так не думали. Они считали, что меня надо «удалить» из школьной системы, потому что я в нее не «вписываюсь».