Трое свободны: Не ищи меня (СИ)

Оливия, радуясь, что ее приобщили к делу, поспешила взять яйцо в коробке и блюдо.
Я заменила пустую коробку миссис Полсон еще одной с вещами, выбросив ненужную во двор. К моей большой радости осталось разобрать всего три штуки. Мы почти закончили.
Оливия вышла из дома и нахмурилась.
— Откуда вы знаете, куда это нужно ставить? Внутри просто катастрофа. — Она указала через плечо на мой дверной проем.
Миссис Полсон наклонилась, чтобы открыть следующую коробку.
— В отличие от остальных, мне не запретили приходить в гости. Я помогаю Давине по несколько часов каждый день.
Оливия надулась.
— Почему каждый раз, когда я появлялась, мне говорили уходить? — Скрестив руки на груди, она пристально посмотрела на меня. — Я думала, мы подруги.
— Это не Давина забыла, что вы с ней дружите, — заявил Ноа, направляясь к нам через двор.
— Ноа, не лезь не в свое дело, — проворчала миссис Полсон, выбрасывая заплесневелые пасхальные корзины в мусорный мешок.
Подмигнув Ноа, я мотнула головой в сторону входной двери.
— Бейсбольные принадлежности, которые я нашла, сложены перед эркером в гостиной. Можешь выбросить все, что тебе не нужно.
Ноа зашел внутрь и через минуту вернулся с двумя битами, зажатыми под мышкой, и тремя мешками с перчатками и мячами, которые я обнаружила на чердаке.
— Спасибо за это. Многие дети не могут позволить себе собственный инвентарь.
— Рада помочь. — Заглянув в очередную коробку для Хэллоуина, я увидела, что она полна костюмов. Я вывалила содержимое коробки на пол крыльца. Ногой попинала кучу, чтобы убедиться, что из нее ничего не выскочит, а затем собрала все в мусорный пакет. — На одном из бейсбольных мячей есть автограф. Я не смогла разобрать имя, но ты можешь погуглить.
— А если это коллекционная вещь? — спросил Ноа, заглядывая в один из пакетов.
— Продай. Потрать деньги на детей.
— Отлично, — одобрил Ноа.
— Миссис Холт? — обратился Дэйви с обочины дороги, указывая на «Хонду» моего отца. — Вы знаете, что ваши дети все еще в машине?
На заднем сиденье Тэйт и Тревор развлекались тем, что бились лицами о стекло.
— Упс. Хорошо, что на улице еще не жарко, — обрадовалась Оливия. — Можешь их выпустить?
Когда Дэйви освободил близнецов из внедорожника, они как разбушевавшиеся лабрадоры, помчались по двору зигзагами, выплескивая накопившуюся энергию. Немного успокоившись, близнецы взбежали по лестнице и обхватили меня руками, чуть не сбив с ног.
— Тетя Давина, мы хотим есть, — сообщил Тэйт.
— И пить, — добавил Тревор.
Я недоверчиво посмотрела на Оливию, но она уставилась на свои туфли. Я снова взглянула на мальчиков.
— Разве ваша мама не кормила вас завтраком?
Они покачали головами.
Миссис Полсон хихикнула.
— Пойдемте со мной. У меня остались французские тосты. Что скажете? — Она протянула руку одному из близнецов. — Ты тоже, Ноа.
Тревор взял ее за руку, зная, что нужно проявить заботу о миссис Полсон, когда они пересекали дворы. Тэйт убежал вперед, и начал крутить колесо в ожидании остальных.
Ноа ободряюще сжал мое плечо, прежде чем последовать за ними.
— Бритт, — обратилась миссис Полсон к Бритт, которая сортировала медицинский контейнер в задней части машины скорой помощи. — Не поможешь присмотреть за мальчиками, пока я буду готовить им завтрак?
— Конечно, — ответила Бритт, закрывая двери машины.
— Тонко, — усмехнулась я под нос. Миссис Полсон, спокойно относившаяся к Райне, настойчиво просила меня поговорить с Оливией, чтобы уладить наши проблемы. Приглашение Ноа и Бритт в дом, просто ее способ подтолкнуть нас с Оливией к разговору.
— Эй, Давина, — позвал Дэйви. — Мы закончили сминать коробки. Если что-то еще понадобится, только крикни, и мы вернемся.
— Спасибо за помощь, — ответила я, помахав рукой и улыбнувшись.
Дэйви и Гриффин попрощались и игриво подталкивая друг друга, отправились к своему дому на другой стороне улицы.
— Наконец-то мы одни, — драматично вздохнув, заявила Оливия. — Может быть, теперь сможем поговорить.
— Оливия, пожалуйста, не начинай. Еще нет и восьми часов. Совсем не хочется ругаться с тобой с утра.
 
— Я не собираюсь ругаться, — заверила Оливия, садясь на освободившийся стул.
На дне следующей коробки я обнаружила серебряную сервировочную чашу. Я ничего не помнила о ней и знала, что серебро требует регулярной полировки, поэтому протянула чашу Оливии.
— Отнести на стол в гостиной, пожалуйста.
Оливия отправилась в дом. Быстро выполнив мою просьбу, она поинтересовалась:
— Что ты собираешься делать со всем этим старьем на столе?
— Продам. Оно слишком ценное, чтобы просто выбросить его на помойку.
Оливия подошла к перилам и прислонилась к столбу.
— Как получилось, что миссис Полсон ты разрешила приходить, а мне нет?
Я не подняла глаз, когда отвечала.
— Потому что я не злюсь на миссис Полсон.
Оливия удрученно вздохнула.
— После похорон, когда случилась та экстрасенсорная штука…
— Оливия, прекрати. — Мой голос прозвучал громче, чем я рассчитывала, заставив ее вздрогнуть. — Прости. Я не хотела кричать, — проговорила я спокойней. — Но ты должна остановиться. Я устала это выслушивать. Устала от слов, что Райна мертва, и все, что произошло на похоронах не имеет к ней никакого отношения. Я точно знаю, что чувствовала. Знаю, кого ощутила. Это была Райна. Как и почему, я пока не представляю, но обязательно выясню.
— Но… — начала Оливия.
— Нет. — Я подняла ладонь, останавливая подругу. — Я не хочу этого слышать. — И вернулась к наполнению своего мусорного пакета.
— Брось, — заныла Оливия. — Я понимаю, ненависть к Берни, потому что ты знаешь… она не очень хороший человек. Но мы с тобой — лучшие подруги.
Я достала из коробки украшение ручной работы, вспоминая, как папа помогал мне делать его из палочек для мороженого. Это воспоминание вызвало улыбку на моем лице.
— Ну ладно, ладно, — прервав мои мысли, затараторила Оливия. — У меня папка с документами твоей мамы. Если я принесу ее сегодня, ты меня простишь?
Я отложила украшение в сторону.
— Конечно, я хочу вернуть документы мамы, но Оливия, ты так и не поняла, почему я злюсь. И подкупить меня, чтобы я тебя простила, не получится. — Я отшвырнула коробку, которую сортировала, на несколько футов через крыльцо. — Тебе лучше уйти. Уходи, пока одна из нас не сказала ничего такого, что сделает все еще только хуже.
Надувшись, Оливия спустилась по ступенькам крыльца и направилась через двор к «Хонде».
Когда Оливия садилась в машину, Брейдон подъехал к дому и припарковался за моим грузовиком. Он проследил за тем, как Оливия уезжает, и только после этого зашагал ко мне. Поднявшись по лестнице, он положил на верхнюю перекладину большой манильский конверт.
— Я привез документы на наследство. Подумал, может быть, мы могли бы их просмотреть?
— Давай не сегодня, Брейдон. Кроме того, — я посмотрела на него, надеясь поймать удивленное выражение лица, — твоя жена только что уехала без своих детей. Они завтракают у миссис Полсон. И покормить их Оливия тоже забыла.
Брейдон взъерошил свои волосы.
— В последнее время Оливия ведет себя хуже, чем обычно. Эта размолвка между вами просто изводит ее.
Я промолчала.
— По правде говоря, я немного беспокоился, что она забудет их сегодня в машине. И едва не отменил встречу с Бернадетт, чтобы самому присмотреть за мальчиками.
У меня возникло искушение сказать ему, что Оливия все-таки забыла близнецов в машине, но я решила этого не делать.
— Почему они не в детском саду?
— Их опять выгнали.
Я усмехнулась в предвкушении очередной забавной истории.
— Что натворил Тэйт на этот раз?
— Он подложил детеныша морской черепахи в ящик стола мисс Нэнси, — стараясь не расплыться в улыбке, сказал Брейдон.
— О, Тэйт, — смеясь, покачала я головой. — Не могу дождаться, когда увижу, какие проделки он устроит, став подростком.