Русалочка с Черешневой улицы (СИ)

Дерек расхохотался, запрокидывая голову. Этот громогласный смех, от которого окрестные птицы уносят… и ноги, и крылья, Даша уже слышала. Ом" Брэ прервал хохот так же резко, как начал, и серьезно сказал парню:
— А я изрыгну огонь, и мы будем квиты.
Сом отошел, озадаченный, а Решка отвесила упырю шутливую затрещину.
— И кто теперь играет в богов, а? Точно ничего страшного? Уверен?
— А что это ты так волнуешься за меня, Русалочка?
И во взгляде его промелькнуло снова вот это нечитаемое. Что-то, чего Даша раньше не замечала… В синем взгляде…
— А это что? — подцепил Дерек ногтем болтающийся медальон. — Раньше не видел.
Даша схватила медальон в кулак и покраснела. Но Сом, увы, не вовремя, вернулся.
— А это же принц! Вы не знали? А вы его ищете… С ним говорить через эту подвеску нельзя?
Вот как медом ему намазано! Ом" Брэ как-то резко ушел в свой режим мрачности и отодвинул застывшую от нечаянной неловкости Дашу в сторону.
— Нужно все бревна стащить на воду до заката, — пояснил он.
— Было бы быстрее пешком, — процедила сквозь зубы Даша.
— Нет. Пешком дня четыре, по предположениям Чона. Мы на территории ловушек. Не забывай, что племена враждуют.
Кряхтя, Дерек продел под бревно петлю веревки и закинул ее край себе на плечо.
— Чон! Толкаем! — позвал он боитянина. — Сом, и ты тоже. Ну, взяли! А с реки нас никто не ждет.
Даша медленно направилась к костру. Обернулась с надеждой, пока мужская часть их спецгруппы толкала несчастное бревно на берег. Успешно, впрочем.
— Может, помочь? — робко предложила она.
— Нет.
Даша задрала нос обиженно. Было б отчего мрачнеть! Она, между прочим, Эрика на шею повесила не из симпатии, а чтобы Сом не стащил. Ушлый мальчишка, даром что внук вождя.
— Ты что ж, и плоты успел научиться строить?
— Нет, смотрел ютуб и, вообще, я разносторонний.
* * *
Они и вправду успели сварганить плот до заката. Дракон неоспоримо повелевал сыном и внуком вождя, и, увидев плод своих рук, боитяне исполнились уважения. Не священного и "из пальца высосанного", которое пройдет с первым опровержением божественности, но как к человеку и личности. И Даша их очень даже понимала. Потому что тоже вот исполнялась. С каждым днем все бесповоротнее.
К супу Даши Чон и Сом тоже отнеслись с самым что ни на есть респектом. А когда Дерек вытащил из рюкзака остатки вчерашней картошки, тогда их сердца и желудки совершенно точно встали на сторону самозванных богини и ее дракона.
Ночь сделалась холодной, и заморосил после ужина. Сом и Чон быстро нарубили-настрогали мелких жердей, сложили собранный для плота сушняк на ловко и быстро устроенный каркас, и вот — путники спрятались от непогоды.
Дерек лежал на спине, жевал травинку и смотрел в потолок из сушняка. Чон крупным кривым ножом соскабливал жир со шкурок, обладателей которых они только что съели. Сом готовил раствор "чтоб отмочить".
— Вам на воротник потом выделаем, — преложил мальчик. — Вы не мерзнете, богиня Дария?
— У огня — нет.
Решка улыбнулась.
— Может быть, вы тогда нам споете? Вы же обещали…
— Ну, почему бы и не спеть?
Поорать хотелось. Но на ом" Брэ — чревато, да и глупо, на Чона и Сома вовсе нечего, так что гитара очень даже кстати.
Первой Даша выбрала песню про плот. Как-то сама на язык попросилась.
Но мой плот, свитый из песен и слов,
Вовсе не так уж плох.
— А правду говорят… — начал Сом, едва песня закончилась, — что у пришельцев не поют песен?
— Сом, — коротко одернул сына Чон.
— Когда-то пели, — отозвался Дерек со своей сушняковой лежанки.
— У нас тоже не поют, — грустно отозвался Сом. И тут же поправил сам себя: — Не пели. Теперь вы поете, богиня Дария. Вы ведь останетесь?
— Я уйду, когда научу петь вас.
Решка подчинилась внезапному порыву и погладила юного боитянина по голове.
— И в королевстве тоже запоют. Я уверена…
— А что это — королевство?
— А что ты знаешь про пришельцев?
— Ну, один, когда попался в ловушку, не умер. Ясвена рассказывала, это когда у бабушки еще не было даже мужа. Его ранило, но не убило, понимаете? И мы случайно его нашли. Так он все шептал что-то про "больше не поют песен".
 
Дерек резко сел.
— А как его звали?
— Да разве ж я знаю… Даже Ясвена не помнит.
А Решку мучал другой вопрос.
— Сом, Чон, а что за ловушки вы ставите? Что к вам не дойти?
Сом открыл рот, но Дерек прервал мальчика:
— Поверь, Русалочка, ты не хочешь этого знать.
Решка подарила ом" Брэ один из его собственных мрачных взглядов.
— Смотря на какого зверя, — подал голос молчаливый Чон. — На пушного да мелкого — силки, но дымом для шкур лучше. На крупного — если ради мяса, то чтоб сразу пополам разрубило. Не мучается. Древние еще придумали.
Даша задохнулась от одной мысли. Дерек шумно вздохнул.
— Я же тебя предупреждал! Чон, богиня к жестокости непривычна. Простите ей это и не рассказывайте таких историй в ее присутствии.
Чон пожал плечами и продолжил чистить шкурки.
— Богам положено знать жизнь и смерть.
Решка сделала вдох-выдох и сделала ом" Брэ предупреждающий знак.
— Ты прав, Чон. Положено. Спасибо… что рассказал.
— Богиня Дария, а еще…
Сом кивнул на гитару и сделал большие глазки. Уже замочил очищенные отцом шкуры в вымытый котелок, примостился на коленях у костра и подпер голову руками. Навес имел над костром небольшое отверстие — ни дождь не мог залить, ни дым не мешал, и листья не загорались.
— На сегодня хватит, Сом. Пора спать.
И Даша спрятала гитару, а сама легла на ветки. Подняла воротник, поджала ноги, чтоб укрыть полой. Какие кошмары… Разрубить пополам. Бр-р…
Кто-то укрыл ее одеялом. Открыла один глаз. Ом" Брэ. Присел на корточки и улыбался.
— Мерзнешь все же? Богиня?
Решка заерзала. Неудобно.
— А ты как же?
— А я сильный и суровый дракон, — усмехнулся Дерек и собрался подняться.
— Постой, — поймала Решка его руку. — Медальон… мне его дал мой старый шеф. Эрик тогда у нас фоткался… И я его прихватила… ну, чтоб лишний раз Эриком не светить, понимаешь… Лучше с собой взять, чем у бо оставить, мало ли… Но я не…
Она запнулась.
Дерек иронично выгнул бровь.
— "Не" что?
— Ну…
— Русалочка, ты носишь на груди портрет своего жениха, к которому отправилась сквозь пространство и время. Это донельзя сентиментально, но вполне в твоем стиле и совсем не плохо.
— Но мне показалось…
— Даже если показалось, — в голосе ом" Брэ вдруг прорезались стальные нотки. — Я обещал тебя привести к нему и сдержу обещание.
— А если я перехочу к нему идти?
Даша так и замерла. То есть, он снова вот в это "благополучие важнее желаний" станет играть? А казалось, что превратился в нормального человека…
— Ты так непостоянна, Русалочка, — добродушно хмыкнул ом" Брэ и щелкнул ее по носу, как уже делал когда-то. — Доброй ночи.
* * *
Небо в дыре навеса было еще серым, а воздух — туманным и влажным. Даша села и сбросила одеяло. Недоуменно проследила взглядом за сползшей с него знакомой золотой фольгой — "спасательным одеялом". По фольге стекали тонкие струйки: роса.
Девушка усмехнулась и повернула голову на шее, чтобы блаженно хрустнуло. Потом в другую сторону. Несмотря на столь ранний час, под навесом мужчин не было. Оглянулась по сторонам. Прямо над рекой сидел Дерек ом" Брэ. Сложила одеяло пополам, набросила на плечи и побрела к нему по высокой мокрой траве.
Дерек развлекался тем, что пускал по мутной поверхности реки лягушечки из плоских камней. Даша тронула его за плечо.
— Привет.
Ом" Брэ вздрогнул, но кивнул. Даша присела на корточки рядом и предложила ему половину одеяла. С мгновение упырь колебался, но потом поднырнул под предложенную полу. И им пришлось сидеть так, прижавшись друг к другу. И это оказалось неожиданно уютно.