Кодекс Рода. Книга 3 (СИ)

— Мы все уберем, — тихо сказал мне главный охранник.
Я взял побледневшего Семена под руку и повел в сторону домов. Ему нужно было куда-нибудь присесть и что-нибудь выпить, чтобы прийти в себя. Люди молча двинулась следом. Жестокая расправа ввергла их в ступор. Они теперь не только уважали меня, но и боялись. И правильно. Пусть знают, что я никому спуску не дам и накажу за предательство.
Управляющая Клавдия Борисовна предложила отвести Семена к ней домой. Она жила в том же доме, где находился ее кабинет, но только на втором этаже.
Я помог слуге подняться и посадил на мягкий диван в ее гостиной. Управляющая налила из термоса горячий чай и протянула Семену. Тот взял и принялся пить мелкими глотками.
— Как ты себя чувствуешь? — спросил я.
— Все хорошо, Ваше Сиятельство. Не надо за меня беспокоиться.
— Все-таки будет лучше, если тебя посмотрит лекарь.
Я попросил управляющую сходить за лекарем, а сам спустился вниз и направился к охранникам. Те уже переместили тело на лицо и позвонили в полицию.
— Надеюсь, наша договоренность в силе? Вы разрешите нам остаться и работать здесь? — спросил меня охранник.
— Мне не нужны тут шпионы, поэтому если желаете остаться, я даю вам такую возможность, но при условии, что вы вступите в мой род и признаете моего бога своим. Каждый, кто согласится, отныне будет носить фамилию Проголемов, — ответил я.
Главный охранник сначала удивленно посмотрел, а затем быстро закивал и ответил:
— Я согласен! Уверен, остальные тоже.
— Хорошо. Тогда уточните, кто еще хочет перейти мой род, и при следующей встрече мы закончим инициацию, — мы пожали друг другу руки, и охранник побежал к остальным.
Я на всякий случай позвонил Олегу и объяснил, откуда взялся еще один труп.
— Такими темпами скоро у Алмазова совсем не останется людей, — усмехнулся он.
— И хорошо. Чище воздух, — я выключил мобилет и вернулся к Семену.
Возле него уже хлопотал лекарь и подливал в чай какую-то настойку.
— Здравствуйте, Роман Степанович. С вашим слугой все хорошо. Давление немного повышено, но это пройдет. Я ему успокоительных капель накапал, — сказал лекарь.
— Спасибо, Богдан. Кстати, как вы обустроились? Есть ли какие-нибудь пожелания?
— У меня все хорошо. Медикаментов и артефактов не хватает, но я уже написал список Клавдии Борисовне.
Когда Семену стало лучше, мы засобирались в обратный путь. Управляющая проводила нас до портала и заверила, что присмотрит за оставшимися охранниками.
— На всякий случай возьмите еще пятерых охранников. Со временем я буду увеличивать штат и набирать добровольных работников на рудник, поэтому они должны чувствовать себя в безопасности.
— Хорошо, поняла, — кивнула она.
Мы попрощались и вошли в портал. Семен всю обратную дорогу был молчалив, хотя раньше не упускал возможности поболтать с таксистом.
Я уже жалел, что втянул его в это. Ведь он снова чуть не пострадал из-за меня. Хотя нет, из-за Алмазова. Это его подручный хотел навредить моему слуге.
Когда мы зашли домой, Семен быстро переоделся и пошел на кухню готовить ужин. Сегодня снова должны были прийти Егор с отцом, с которым я до сих пор не познакомился.
— Ваше Сиятельство, что приготовить говяжью вырезку или семгу? — показался в дверях гостиной озадаченный Семен.
— Решай сам. Мне все равно, — отмахнулся я и снова уставился на горящие полешки в камине.
Я думал о том, как разыскать Алмазова. Ведь если он поставил на всех приближенных ментальные блоки, то «языка» взять не получится. Вернее будет бесполезно. Едва он откроет рот, как тут же умрет. Поэтому мне надо научиться взламывать ментальные блоки. Но как это сделать?
В это время раздался стук в дверь, и я пошел открывать.
— Здорова, сосед! — весело поприветствовал меня Егор и отошел, пропуская вперед отца.
Его отец чем-то напоминал моего: такой же высокий, плечистый и седой. Только у отца Егора были сурово поджатые губы и надменный взгляд.
— Здравствуйте, Роман. Меня зовут Кедров Платон Андреевич, — поздоровался он и протянул руку.
 
— Приятно познакомиться с вами, Платон Андреевич, — я крепко пожал его руку.
— Я знаю, что вы дружите с Егором. И мне это очень нравится. Он меняется на глазах. Даже работу нашел, а до этого думать не хотел о том, чтобы начать трудиться, — он посмотрел на сына, который хотел, было, возмутиться, но передумал.
— Я, конечно же, могу обеспечить всех членов своей семьи, но это не значит, что они могут сидеть без дела и разлагаться, — продолжал он.
— Полностью согласен с вами. Давайте пройдем в гостиную к камину, пока Семен накрывает на стол. Сегодня выдался особо холодный день.
Он кивнул и прошествовал к камину, в котором жарко горел огонь и дарил приятное тепло.
— Егор рассказывал о том, что вы столкнулись с «Лигой Алмазова». Надеюсь, все вопросы решились, и вы уже в безопасности? — сухо уточнил он, но я почувствовал тревогу в его голосе.
— Почти. До самого Алмазова я пока не добрался, зато прикончил его шавку Бивнева.
— Хм, Бивнев… Знакомая фамилия, — задумчиво произнес Платон Андреевич.
— Он занимался тем, что заставлял людей с помощью ментальной магии продавать ему за бесценок крупные предприятия, земли и прочую собственность. Моя матушка несколько лет назад продала ему наш рудник, который, Слава Голему, вернулся снова к нам.
— Да, вчера ваш слуга рассказал о поездке в Петербург. Кстати, он отменно готовит. Даже смог бы потягаться с нашим поваром.
— Я ему передам вашу похвалу, — кивнул я.
— Не стоит. Я сам ему вчера об этом неоднократно говорил.
В это время в дверях появился Семен с посудой в руках и, поприветствовав гостей, принялся расставлять ее на стол. В гостиной мы не ели, так как мне одному не нужны были эти правила и приличия, но когда в доме гости, то лучше их соблюдать.
Семен приготовил рыбу, которую мы уже через десять минут с аппетитом уплетали.
— Скажите, Платон Андреевич, а чем вы занимаетесь? — поинтересовался я и пригубил сухое бело вино.
— Делом всей моей жизни является ювелирка. Еще в раннем детстве я мастерил украшения своим сестрам. Когда подрос, то уговорил отца отдать меня в подмастерье к одному знаменитому ювелиру. Тот научил меня многому, но мне этого было мало, поэтому я, гонимый жаждой знаний, исколесил всю империю и до двадцати пяти лет постоянно учился. Зато потом я встал на одну ступеньку со своим первым мастером, а потом обошел его. Поэтому мне так важно, чтобы мои дети чем-нибудь увлеклись и посвятили этому свою жизнь. Нет ничего чудеснее, чем работа, от которой ты получаешь удовольствие, — на его губах заиграла улыбка.
Я посмотрел на Егора, который ковырялся в тарелке и старался не смотреть на отца. Видимо, об этом он слышит уже в сотый раз и хочет, чтобы мы быстрее сменили тему.
— Я знаю, что ювелирное дело — это очень кропотливая работа. Как вам удается часами сидеть над каким-нибудь кольцом и не взорваться, когда что-то не получается?
— На самом деле это не так сложно, как может показаться. В юности я совершал ошибки, но сейчас могу все делать даже с закрытыми глазами и не ошибусь.
— Иногда отец ночует в своем кабинете, — подал голос Егор.
— Да, так и есть. Я просто не могу оторваться от работы, пока не засну прямо за столом, — усмехнулся он.
— Неужели вы обеспечиваете семью только с помощью своего увлечения? — удивился я.
— Конечно же, нет. У нас крупная посредническая фирма, которая занимается оптовыми закупками у производителей и поставщиков, а затем перепродает в розничные магазины и мастерские. У меня уже давно все налажено, поэтому сам я в этом не участвую. Мои доверенные люди хорошо справляются с управлением.
Вдруг мне в голову пришла отличная идея.
— Платон Андреевич, не хотите выкупить у меня золото? Отдам меньше рыночной цены.
— Золото? И много его у вас? — заинтересовался старший Кедров.
— Много, — кивнул я. — Бивнев поделился.