Грешные души
Ифе хотела облегчить боль мужчины. Поэтому тихо и сбивчиво заговорила. Атсу, почти не дыша, слушал историю аментет, обретшей чувства благодаря простому цветку лотоса. Слушал о чудесах Полей Иалу, где обретали покой праведные души. Наконец, Ифе рассказала про Шани.
– Не я проводила её на Поля. Но несколько раз именно мне посчастливилось создавать для неё декорации к мистериям.
– Шани… Она прошла суд… – шептал вор. – Стала оправданной. Разумеется.
– Маа-херу Шани всегда улыбалась. Она нашла много друзей среди других душ. В последний раз она просила меня помочь ей с мистерией о Песешет.
– Да, ей нравились тексты об этой врачевательнице… – Атсу прикрыл глаза. – Она счастлива?
Ифе не могла ответить. Когда ей в последний раз довелось видеть Шани, у неё самой только-только появились эмоции.
Но Атсу уже услышал достаточно. Он притянул девушку ближе к себе, заключая в крепкие и надёжные объятия.
– Спасибо, Ифе. Спасибо…
Позже, когда аментет вернулась на плащ, а Атсу остался нести дозор, долгожданный сон наконец раскрыл свои объятия. Девушка заснула. И, к счастью, не видела ни одного кошмара.
* * *Утро началось для Ифе с боли во всём теле. «Я же не смогу идти!»
Кейфл чувствовал себя ничуть не лучше. Да и Атсу недовольно морщился, потягиваясь у потухшего костра.
– Верблюды или караван? – спросил принц, надеясь найти средство передвижения поскорее.
– Да уж… Другого выбора нет.
– Мы можем не идти пешком? – с надеждой спросила Ифе.
Вор и хекау переглянулись.
– Пешком точно не выйдет. Ещё день такого перехода – и свалимся.
– Мы с принцем вчера обсудили два варианта. В обоих есть определённые… м-м-м… шероховатости.
– Какие?
– Верблюдов придётся украсть. Нам тут их никто не продаст, да и не на что покупать, – пояснил Атсу.
– За караван тоже нужно будет заплатить, но меньше. Я отдам свой медальон, – Кейфл указал на золотой глаз Гора, висевший у него на шее.
– В караване шанс того, что принца узнают, намного выше. Особенно если ты оплатишь место медальоном с символом бога. Лучше кольцами.
– Ими не могу.
– Так жалко расставаться с камушками?
– Их делал мой наставник. Они усиливают хека и помогают направлять её.
– Понятно.
– Нельзя красть верблюдов у простых путников, – уверенно сказала Ифе. – Лучше найти караван.
– Согласен, – кивнул Кейфл.
– Что ж, тогда приготовьтесь ещё пройтись. Мимо нас вчера прошёл лишь один караван, и его ещё нужно постараться нагнать, – Атсу быстро свернул плащ и закидал песком кострище.
Когда место привала выглядело так, словно там никто и не останавливался, пришло время отправиться в путь.
Теперь каждый шаг был ещё большим мучением, чем накануне. Ифе то и дело опиралась на руки Кейфла и Атсу. Пожалуй, не будь их рядом, она бы просто осталась сидеть под пальмой в ожидании меджаев или Анубиса.
Стоило аментет подумать о Карателе, как в её мысли ворвался и Сет. В прямом смысле слова «ворвался». Виски Ифе опалило жаром, и она оступилась, отстав от своих спутников на пару шагов.
В её голове зазвучал голос грешного бога:
– Маленькая аментет, как твои дела?
«Сет!»
– Он самый. Пока не во плоти, но совсем скоро уже буду рядом с вами. Мне отрадно слышать радость в твоём голосе. Соскучилась?
Ифе могла бы поклясться, что в тот момент бог кривовато улыбался.
«Я боялась, что Анубис мог поймать тебя».
– Не тревожься, Ифе, мой племянник совсем скоро не будет представлять угрозы. Мне пора. Но я жду нашей встречи.
Голос бога оставил мысли девушки. Ифе хотела ускориться, чтобы нагнать Атсу и Кейфла, но услышала топот верблюжьих копыт позади. Звук приближался.
Обернувшись, она увидела мужчину, облачённого в светлый балахон, прикрывавший даже лицо. Он правил верблюда точно в сторону аментет.
– Кейфл! Атсу! – с тревогой воскликнула девушка.
Но было слишком поздно. Мужчина в балахоне оказался прямо рядом с Ифе. Он свесился с верблюда, схватил её поперёк туловища и втащил на животное.
– Что вы делаете?!
Ответа она не получила. Аментет больно ударилась носом о резко пахнущий верблюжий бок и почувствовала дикую скорость скачки.
– Ифе! – крик Кейфла оставался где-то позади.
Зелень вдоль торгового пути быстро сменилась ржавчиной песков. Девушка извернулась, с трудом оглядываясь. Её спутники были лишь мелкими фигурками вдалеке.
– А-а-а!
Верблюд резко остановился, и похититель грубо столкнул с него Ифе. От падения сердце ухнуло куда-то в пятки, и она зажмурилась. Но вместо того, чтобы удариться о песок, аментет оказалась в жёстком кольце чьих-то рук.
– Буйбу, кто же так с гостями обращается?
Тихий вкрадчивый голос прозвучал у самого уха. Со всех сторон раздались весёлые смешки.
– Красивая!
– Да на кой Сет нам красивая нужна?! Главное, чтоб золотишко аль оружие было.
Ифе резко распахнула глаза, безуспешно пытаясь вырваться из хватки. Мужчина, что поймал её, был одет в такой же светлый балахон, как и похититель. И тоже скрывал лицо под тканью.
– Ну, говори. Золото, оружие, что-то ценное при себе есть? – спокойно спросил он.
«Разбойники!» – поняла Ифе.
– У меня ничего нет! Правда ничего!
– Не надо так дрожать. Мы, конечно, те ещё ублюдки, но женщин уважаем.
Не разжимая объятий, мужчина смерил аментет внимательным взглядом странных белёсых глаз.
– Если у тебя ничего нет, то, может, у них будет?
Он резко развернул Ифе лицом к приближавшимся Атсу и Кейфлу. Её друзья, задыхаясь, бежали прямо в лапы к разбойникам.
– Женщин мы уважаем. А вот мужчин, которые не могут дать нам золота, чаще всего убиваем.
– У нас ничего нет! Отпусти!
Девушка билась изо всех сил, но её попытки вырваться были тщетными.
– Отпусти её! – послышался крик Кейфла.
– Руки убрал! – вторил ему Атсу.
Вор и хекау были уже близко. Ифе оглядела банду разбойников. Их было шестеро. Против двоих. А в следующий миг негодяев стало пятеро. Один с предсмертным хрипом упал на песок. В его шее торчал маленький метательный нож. Следом рухнули ещё двое.
– Какого?!
Мужчина, державший Ифе, старался использовать её как живой щит. Ещё три размытых точки просвистели в воздухе. И единственным живым разбойником остался тот, кто говорил с аментет.
Атсу и Кейфл, наконец, оказались около неё. Вор кинулся к Ифе, а принц стал внимательно озираться по сторонам в поисках таинственного спасителя.
– А ну стоять! – спокойно сказал разбойник.
Ифе ощутила, как острие кинжала упёрлось ей в рёбра. Атсу замер.
– Ты один. Отпусти девушку. Иначе умрёшь.
– Тогда сначала умрёт она.
– Я так не думаю, – низкий женский голос раздался откуда-то позади.
Руки разбойника разжались, и Ифе поспешно рванулась вперёд, прячась за спиной Атсу.
Выглянув из своего укрытия, она увидела сидящего на коленях мужчину. А над ним стояла высокая женщина в воинских доспехах, прижимая к его горлу маленький метательный нож.
– Назовись, – приказала незнакомка и рывком сдёрнула с лица разбойника ткань. Ифе увидела молодое лицо. На фоне светлого балахона его кожа казалась особенно тёмной, за исключением некоторых мест, обесцвеченных почти до белизны.
– Моё имя Одайон.
Мужчина ответил спокойно. Даже с достоинством.
– Я Кези. И твой судный день настал, Одайон. В Та-Кемет не место головорезам.
Атсу, Кейфл и Ифе в шоке смотрели на разворачивающуюся перед ними картину. Женщина взглянула на аментет.
– Это ты была жертвой этого человека. Тебе и решать его судьбу.
– Что? – пискнула Ифе. – Кто вы?
– Видимо, поклонница бога-карателя Анубиса, – ухмыльнулся Одайон.
Воительница никак не отреагировала на его слова.
– Я воин, дитя. Была воином и буду воином.
– Простите нам наши вопросы, госпожа Кези, но не каждый день можно таким чудесным образом спастись от разбойников, – с недоверием пояснил Кейфл. – Зачем вы нам помогли?