Грешные души
Кейфл молча встретился взглядом со старшим братом. Взгляд получился сверху вниз, ведь он был выше Никаура на полголовы. Наследник фараона тоже отметил эту разницу – уже не в первый раз – и с раздражённым вздохом вскочил на ступени у трона, чтобы возвыситься над Кейфлом.
– Он так разозлился, когда я сказал, что ты поднял на меня руку, а потом свёл все следы этой своей хека [6].
Кейфл снова с силой сжал кулаки, борясь с желанием на самом деле оставить на лице брата внушительный синяк.
– Тебе не привыкать лгать, да, Никаур? – холодно спросил он.
– Не волнуйся, пока в мои планы не входит повторять этот фокус, – беспечно ответил старший принц. – Я так надеялся, что он наконец расскажет тебе, как твоя наложница-мать покончила с собой, но, увы…
Это всегда работало. Никаур мастерски умел пользоваться главной слабостью Кейфла.
– Хватит, хватит лгать… – младший принц не сдержался, повышая голос. – Моя мать умерла от болезни! Ты сам признал это.
– Какой глупый маленький хекау! – рассмеялся Никаур. – Когда отец пришёл к твоей матери, чтобы снова получить своё, она покончила с собой. И её душа была обречена быть съеденной Амт. После такого греха никакие погребальные обряды не помогут. И отец просто приказал кинуть тело в зверинец. Уж очень его задел её поступок.
Старший принц продолжал говорить, но Кейфл смотрел на него, не слыша ни слова. «Новая версия. Сколько ещё лжи он исторгнет, прежде чем признается?..» – думал он. Наконец, юноша молча развернулся и вышел, оставляя довольно смеющегося Никаура во тьме тронного зала.
Кейфлу хватило трёхсот шагов до библиотеки, чтобы придумать план, как стереть с лица брата его подлую и гнилую ухмылку.
Дуат. Поля Иалу
– В ту же ночь я решился развернуть папирус, который как чтящий богов хекау обещал себе никогда не открывать, – ухмылка на лице Кейфла казалась застывшей погребальной маской. – Там были собраны проклятия. И одно из них я использовал против Никаура. Правда… ошибся в расчётах. Думаю, тогда я и умер. Потому что больше ничего не помню.
Аментет, на протяжении всего рассказа почти не дышавшая, неверяще покачала головой.
– Но ведь за проклятия сразу отправляют на съедение Амт!
– Мне повезло, что в Зале Судилища, кроме Осириса, была Исида… Я не видел её лица, но это она уговорила Царя Богов не взвешивать моё сердце.
«Моя тайна – почти ничто в сравнении с секретом Кейфла, – поняла девушка. – И всё же он доверился мне».
– Я благодарю тебя за ответное доверие, маа-херу Кейфл. И обещаю сохранить твою тайну.
Новый зов души раздался в голове аментет. Она дёрнулась, резко поднимаясь с кровати:
– Я должна идти.
Кейфл тоже встал, словно по привычке отвешивая небольшой поклон.
– Позволь задать один вопрос, прежде чем уйдёшь, – попросил он и, не дожидаясь разрешения, продолжил: – Если бы я никогда не испытывал эмоций, а потом резко ощутил бы их, то, наверное, больше всего захотел бы изучить этот феномен. А чего захотела ты?
Аментет слишком тревожилась о предстоящей встрече с душой в своём нынешнем состоянии. Она не могла достаточно глубоко обдумать вопрос мёртвого принца.
Поэтому ответила первое, что пришло в голову:
– Жить. Я захотела жить.
И этот ответ оказался правдой.
Кейфл поджал губы, но выражение его лица оставалось нечитаемым. «У меня есть что помнить. Плохое и хорошее, то, что делает меня мной. А каково же тебе чувствовать, но не знать, что и кого ты любила, где жила, какая твоя любимая еда или запах?.. – мысленно вопрошал принц. – И даже ничего не зная, ты хочешь жить. Это достойно уважения и сочувствия». Аментет настороженно следила за эмоциями Кейфла, но так и не смогла прочесть их. За что была ему благодарна, ведь и без чужой жалости знала, что её желанию не суждено было сбыться. «Глупая аментет. Ты даже не помнишь, что такое жизнь, и всё равно мечтаешь о ней, – безмолвно корила себя девушка. – Вот бы вспомнить хоть что-то о прошлом…» Но сколько бы она ни старалась найти во тьме памяти картины своей жизни до Дуата, она всё время натыкалась на непробиваемую стену.
Когда зов душ стал ещё громче, аментет поспешила к двери.
На прощание Кейфл произнёс:
– Надеюсь, ты не держишь на меня зла за ту просьбу. Я просто хотел узнать, действительно ли ты можешь испытывать эмоции. Но если я обидел, то прошу прощения.
Девушка смущённо потупила взор.
Она всё ещё не могла понять, как решилась даже попытаться создать поцелуй, и была благодарна Кейфлу за то, что он её остановил. «Но почему же меня беспокоят его слова?» Будучи не в силах разобраться в собственных чувствах, она лишь коротко кивнула, принимая извинения.
И, больше не поднимая взгляд на юношу, поспешила отправиться исполнять свой долг.
* * *Проводив на Поля Иалу несколько новых оправданных душ и выполнив их просьбы, аментет порадовалась, что они были больше сосредоточены на мыслях о своём посмертии, чем на ней. Потому что, как бы она ни пыталась скрывать эмоции, они вырывались из-под контроля при каждом удобном случае.
Остановившись у берега священной реки Хапи, аментет взглянула на небо. «До чего же прекрасный закат! – она мечтательно улыбнулась и тут же нахмурилась. – Нет, так нельзя! Что, если кто-то увидит?» Услышав шаги за спиной, девушка решила, что сама накликала на себя беду, но расслабить лицо всё-таки успела. Обернувшись, она оказалась лицом к лицу с другим слугой Осириса. «Неужели у меня тоже была такая же пустота в глазах?»
Мужчина в привычном для всех аментет чёрном облачении ровно произнёс:
– Царь Богов просил передать всем нам. Кто-то из новоприбывших маа-херу пытался использовать хека. Осирис просил найти душу и привести на беседу с ним.
Аментет словно окатило ледяной водой. Она с трудом удержала на лице бесстрастную маску, вспоминая рассказ маа-херу Кейфла. «Он назвался хекау!.. Неужели это его ищет Царь?» Не понимая, когда и зачем умерший принц успел использовать хека, аментет также не могла предположить, зачем он понадобился Осирису: «Я никогда не слышала о запрете на использование таких сил на Полях Иалу!»
Постаравшись придать тону самое нейтральное выражение, аментет спросила:
– Эта душа – нарушитель?
– Я не знаю.
– Царь Богов говорил что-то ещё?
– Нет.
– Ты знаешь, кто мог использовать хека?
– Я не знаю.
– Может, ты говорил с кем-то из наших собратьев?
– Нет.
Аментет коротко кивнула, принимая бессмысленные и бесстрастные ответы.
Чувствуя, что ещё немного – и её эмоции вырвутся наружу, она двинулась прочь от своего собрата. Оказавшись на достаточном расстоянии, девушка позволила себе издать раздражённый выдох. «Ничего удивительного, что Кейфл был так зол в нашу первую встречу! – думала она, нервно притопывая ногой по земле. – С такими истуканами невозможно разговаривать!» Но времени раздумывать над собственным везением в обретении чувств у неё не было. «Я должна поговорить с Кейфлом. Нужно предупредить его». Не теряя ни мгновения, аментет направилась к дому хекау.
Но, сколько бы она ни стучала в дверь, придя на место, Кейфл не открывал. И, судя по тишине, что царила внутри его домика, там было пусто. «Может быть, это не Кейфл? – надеялась она. – Мало ли на Полях бывших хекау?» Проблема была только в том, что прежде девушка ни с одной из душ не обсуждала их прошлое. «Мересанх! – идея царапнула мысли. – Она явно не прочь поговорить с другими и может что-то знать». Аментет надеялась найти того, кто использовал хека. Но лишь для того, чтобы удостовериться, что это был не Кейфл. «Если его поведут к Царю – мы оба пропадём», – в ужасе поняла она, шагая к дому Мересанх.
* * *Дойдя до уже знакомой виллы, девушка заставила себя не задерживаться у пруда с лотосами, но не могла не бросить на них хотя бы один взгляд.